Остановка как основа духовной практики
Пить чай в состоянии осознанности — это способ остановиться. Кажется, что мы должны всё время идти вперёд. Но на самом деле, в глубине, внутри мы должны остановиться. Пока мы не научимся останавливаться, мы не обретём джняну. Кажется, что мы должны идти вперёд, развиваться, эволюционировать — но это снаружи. Внутри нужно остановиться. Когда мы останавливаемся, это называется «принять великое решение оставаться в недеянии». Невозможно достичь сахаджа-стхити, пока не остановишься. Внутри нас есть некий поток, который не движется и не развивается, у него нет понятия «идти вперёд».
Просто так сидеть — это способ останавливать ум, останавливать стремления. Мастера Дзен, когда ученик что-либо спрашивал, говорили ему: «Выпей чашечку чая». Что это означает? Просто остановись. Не проецируй, не загадывай, не желай, не беги, будь в настоящем, утверждайся в настоящем. Потому что Лайя-йога — это не бежать вперёд, а искусство жить в настоящем. Даже если мы делаем много разных вещей, это не должно вводить нас в заблуждение. Эти вещи должны делаться на периферии, а в настоящем вы должны уметь останавливаться. И пока вы не научитесь этому, ваш ум будет обманывать вас новыми целями, новыми знаниями на периферии, новыми желаниями — будет создаваться новая карма. Но как только вы научитесь останавливаться, новая карма прекращает своё накопление.
Лила: пространство игры против причинно-следственного потока
Остановиться означает войти в состояние игры — лилы. Не уметь останавливаться означает вращаться в причинах и следствиях. Тот, чей ум остановлен, чьи кармы и эго остановлены, постепенно входит в пространство лилы. В пространстве игры нет таких ограничений, как в карме, в причине-следствии.
Садху — это тот, кто учится жить в пространстве игры. Человек живёт в причинах и следствиях. И лучше всего практика получается в пространстве игры, а в причине-следствии — сколько ни практикуй, не получишь от практики пользы. Сама практика станет новой причиной чего-то. Пока вы не остановились, игра будет в неудовлетворённость, будет погоня, гонка — это и называют кармой, причиной-следствием. Как только вы начали останавливаться, эта гонка прекращается, неудовлетворённость исчезает, начинает пробуждаться глубина, новое измерение осознанности.
Всё созерцание — это искусство правильно любить Бога. Мы созерцаем не ум и не какие-то ясности — мы созерцаем Абсолют. Вся Лайя-йога даёт ответы на вопрос, как именно надо правильно любить Бога. Святые говорят, писания говорят, что его можно любить только в состоянии недеяния, остановки. Пока вы в гонке за причинами, следствиями, за плодами, достижениями, за амбициями, за желаниями — ум не остановлен, и любить Бога по-настоящему невозможно, невозможно поглощаться им неразрывно; всегда будет неудовлетворённость, страдания, ограничения. Его можно любить из состояния остановки. Это и есть созерцательное недеяние. Когда вместо того, чтобы бежать вперёд или думать о прошлом, вы идёте вглубь — это состояние остановки нарастает и постепенно вытягивает вас из причинно-следственного потока реки времени.
Река времени уносит всех, она сильнее, чем Ганга. В Гангу не рекомендуют заходить купаться там, где быстрое течение — если нет специальных поручней, унести может. Когда мы были в Уттаркаши, я сказал, чтобы никто не купался, чтобы никого потом не ловили где-то внизу — просто зайти и помочить голову. Течение быстрое и может унести. Река времени — это такое же быстрое течение, и она всех сносит.
Садху: выход из реки карм и жизнь в недеянии
Садху — это тот, кто учится выходить из реки причин, следствий, карм. Войти в недеяние означает жить в тотальном настоящем осознавании. Вы не живёте проекциями будущего: планами, надеждами, страхами; вы не живёте в прошлом: воспоминаниями, прошлыми обидами, привязанностями. Вы врастаете в «сейчас, здесь, вглубь». Вы не действуете механично на основе памяти самскар прошлого, вы не создаёте новых карм. Из недеяния карма не создаётся — карма создаётся только из делателя. Недеяние — это когда делатель превзойдён. Из недеяния вы не пытаетесь себе присвоить что-то, присвоить результаты своего служения, результаты восприятия: «я вкушаю, я ощущаю». Любые чувственные впечатления вы не пытаетесь себе присваивать — вы всё отдаёте этому недеянию. Это недеяние есть Бог.
Тот, чей ум остановился, постепенно становится счастливым — просто так, без причины — он перестаёт быть несчастным. Он перестаёт просить и начинает предлагать, начинает давать больше. Он перестаёт что-либо просить у других, у природы, у жизни, у Бога, перестаёт быть нищим — он становится богатым изнутри. А богатство приходит изнутри, благодаря остановке, вхождению в «великое недеяние». Ему ничего не надо в материальном мире — по крайней мере, нужно всё меньше и меньше. Он всё больше и больше имеет внутри себя в духовном мире. Кто научился входить в состояние игры, тот своего рода становится духовным богачом.
Делатель — карта, тот, кто имеет сознание делателя, картритва-буддхи, — всё время чувствует себя бедным, потому что он в причинах-следствиях, он ещё не остановился, и чувство делателя его не покидает. Тут надо понять: как быть без делателя? Как остановиться? Как вместо кармы жить в лиле — в божественной игре? Как жить не для эго, а для Бога и для всех других живых существ, которые на самом деле есть Бог и не отличны от вас? Как быть не бедным в карме, а духовно богатым в лиле? Всё это — из недеяния, из состояния самадхи.
Поэтому пейте чай вот так часто, и всё это придёт. Останавливайтесь часто, и всё это будет вырастать в вас. Будьте здесь и сейчас постоянно, в текущем моменте, не вспоминая прошлое, не мотивируя будущее. Тем, кому положено планировать, выражать санкальпы, — они это делают, но это не должно быть привязанностью, это игра. Бог не открывается делателям — он открывается неделателям. Бог не открывается в действиях — он открывается в недеянии.
Внешнее действие и внутренняя неподвижность
Надо всю свою жизнь делать вот таким чаепитием — что бы вы ни делали. Это средство не делать, а не средство делать. Вовне надо быть эффективным, ответственным, аккуратным, дисциплинированным. Потому что если у вас нет этих качеств в жизни, в жизни будет трудно — майя может даже наказывать. Но мы говорим не про внешнюю жизнь, мы говорим про жизнь внутреннюю. Тело пусть делает то, что оно должно, но внутри надо быть в недеянии. Тогда где бы вы ни были, вы будете видеть только Бога, думать о Боге, быть в Боге. Сидите ли вы, метёте пол, танцуете, работаете, читаете — всё это будет одним и тем же. Вот это ощущение, что «всё это одно», будет нарастать.
От своих карм вы не убежите, даже став садху, — прарабдха-карма всё равно есть. Прарабдха-карму нельзя остановить: она как выпущенная стрела, которую нельзя остановить, пока она не долетит и сама не упадёт. Прарабдха-карма есть и у садху, и у обычных людей, и вы от неё никуда не денетесь — всё, что вам суждено по карме пройти, это будет. Но в состоянии недеяния это перестаёт быть проблемой, цеплянием, это перестаёт быть причиной для новых следствий, для будущих тел. Это просто проживается как игра, перестаёт быть судьбой — это становится лилой.
Садху играет со своей судьбой. С простыми людьми судьба играет. Почему садху это может делать? Потому что он остановлен, в недеянии, он находится в той точке, где можно играть с причинами-следствиями, оперировать ими. И когда вы вот так приходите, вам не обязательно даже что-то спрашивать, стремиться куда-то. Садитесь, попейте чай, просто сидите, не ждите.
Садхана питона: терпение и принятие как путь к недеянию
Садху — это тот, кто учится терпению, бесконечному ожиданию. Он не ждёт в будущем чего-то — он ждёт просто, без цели, без причин, в настоящем; просто пребывает. Сидение в безмолвии, в тишине, в недеянии пробуждает внутри ядерную силу, огромную шакти — если вы, конечно, не спите в это время.
Иногда в Индии некоторые садху делали это как специальную садхану: они не только сидели, но и лежали на одном месте. Это называется «садхана питона» — сидеть на одном месте в недеянии. Созерцающий садху стремится стать таким питоном: чтобы не майя его загипнотизировала, а чтобы он загипнотизировал майю. Иногда, когда Гуру посвящал ученика, давал ему саньясу или что-нибудь ещё, он потом говорил: «Оставайся здесь и выполняй садхану питона». И несколько лет ученик просто лежит или просто сидит. Кто пройдёт мимо — что-то ему пожертвует, он съест; не пожертвует — значит, время поста. И он всё принимает: и холод, и жару, и дождь. Со временем внутри него открывается это пространство недеяния, которое нарастает и нарастает. А потом можно эту садхану оставить, можно ходить, делать что угодно — но это недеяние уже никуда не денется.
И важно в этом состоянии учиться принимать всё: похвалу, оскорбления, хорошее и плохое. Если вы боитесь что-то принимать, не принимаете вызов, разделяете: принимаете только хорошее, а то, что вам не нравится, отвергаете или избегаете — эта садхана не получится. Это тоже будет форма деяния. Тут важно принимать всё: и то, что нравится, и то, что не нравится. И принимать не «сцепив зубы», а легко, играючи, с любовью, с радостным сердцем, как дар от Бога.
Образ змеи и лягушки: самьога — равновесие деяния и недеяния
Когда вы утвердились в таком недеянии, вы можете действовать телом и умом, но внутри вас ничего не будет действовать. Это иллюстрируется такой картинкой: на языке у змеи танцует лягушка. Лягушка выражает принцип активности — остаточный, небольшой принцип активности. А змея — это принцип недеяния, неподвижности. Лягушка танцует снаружи, а змея — это неподвижность внутри. Но змея не глотает лягушку, и лягушка не спрыгивает — она танцует на языке у змеи. В любой момент змея может проглотить лягушку. Вот такое равновесие называется самьога: деяние и недеяние. Тело действует, уму позволяется двигаться, но внутри есть неподвижность. Змея полностью неподвижна, она загипнотизировала лягушку. Лягушка не может убежать, но змея её и не глотает, и не прекращает действие — лягушка танцует.
И садху, живя в недеянии, позволяет вещам и событиям случаться, происходить, но не привязывается — он играет. И тогда мир становится чистой мандалой, он перестаёт быть миром кармы, причин-следствий. Наступает прекрасный период жизни — период игры, цветения, и ему уже нет конца. Это цветение с каждым днём глубже и глубже, оно продолжается в мире богов, сиддхов. И вот это цветение корнями входит в недеяние, в это состояние остановки, в чай.


