2021.12.10
ОМ ОМ ОМ
Воззрение и поведение: адвайта в действии
«О госпоже Розите Форбс сказали, что она находится в Индии, и Шри Бхагаван заметил: Исследователи ищут счастье в обнаружении любопытного открытия новых земель и рискуя в приключениях. Они дрожат от радости, но где находится Радость? Только внутри. Радость не открыть во внешнем мире. Шри Бхагаван сказал, что советуется идея не-двойственности, но не адвайта в действии. Как человек изучит адвайту, если он не найдет учителя и не получит наставлений? Разве тогда не будет двойственности? Вот почему адвайта неприменима в действии».
Очень важное наставление Шри Рамана Махарши о разделении воззрения и поведения. Адвайтой мы руководствуемся в воззрении, в поведении руководствуемся относительной истиной. Потому что если вы попробуете руководствоваться в поведении недвойственным воззрением, вы сразу же столкнетесь со множеством противоречий — вы даже нормально жить не сможете. Потому что единственное существо, которое полностью руководствуется адвайтой в поведении, — это Ишвара, Шива.
То есть если вы можете проявить из семенного слога в анахата-чакре новую вселенную, семь подземных миров, семь небесных миров, создав звезды, планеты, богов и людей, и воспринимая мир как проявление своего сознания, — тогда вы можете полностью руководствоваться адвайтой в поведении, поскольку вы соединили в абсолютном смысле Шиву и Шакти до максимального предела, две истины. Все остальные разделяют воззрение с поведением.
Однажды ученик подошел ко мне и сказал: «Гуру, я хочу соединить воззрение с поведением». (Смех.) Я сказал: «Кто тебе мешает? Соединяй, если сможешь». Это наш всегда недостижимый идеал, которым идут и Боги, и сиддхи. И вы будете идти к этому, пока не реализуете 16 кала и то, что за пределами 16 кала, — став Богом, Творцом вселенной. Потому что проявить адвайту в поведении означает проявить недвойственную энергию. Не только воззрение или созерцание, но энергию — такую, как чит-шакти, ананда-шакти, джняна-иччха-шакти, джняна-шакти, крийя-шакти, пятеричную крийя-шакти. А проявить энергию — это уровень Ишвары. Не ниже, даже не богов, даже не сиддхов, даже не риши.
Вопрос: Гуруджи, считается, что после достижения джняны, просветления, ты уже ничего не хочешь. За счет чего тогда происходит процесс дальнейшей эволюции, разворачивания шакти? Это естественный процесс, просто пребывание в джняне, или есть всё же какое-то внутреннее стремление к чему-то ещё? Ом.
Ты ничего не хочешь — с оговоркой: кроме как следовать пути Божественной воли. А когда Божественная воля проявляет энергию, то это происходит естественно. Это не делаешь ты, но через тебя проявляется иччха, джняна, крийя-шакти и другие. А поскольку у Шивы этой воли очень много, то никаких проблем что-либо проявлять во всей вселенной, во всем многообразии — но это уже не ты проявляешь. Ты действительно ничего не хочешь, кроме как созерцать, быть в единстве с Шивой и проявлять Божественную волю. Но Шива в проявлении не ограничен.
«Цитируя монолог Александра Селькирка, Шри Бхагаван сказал: Счастье уединения не найти в укромных уголках. Его можно иметь даже в оживленных центрах. Счастье не следует искать в уединении или в оживленных центрах. Оно — в Себе, в Атмане. Наблюдая луну перед восходом солнца, Шри Бхагаван заметил: Посмотрите на луну и на облако в небе. Нет разницы в их сиянии. Луна выглядит лишь как некая частичка облака. Ум джняни подобен этой луне перед солнечным светом. Он присутствует здесь, но не сияет сам по себе.**
Просматривая письма, которые пришли в этот день, Шри Бхагаван прочел вслух следующий текст из одного письма: Мальчик-брахман, работающий по дому, отправился спать обычно. Во сне он кричал. Проснувшись, он сказал, что чувствовал, как его прана выходит из тела через рот и ноздри. Поэтому он кричал. Вскоре после этого он обнаружил, что мертв, а его душа взята на Вайкунтху, где Бог Вишну был окружен другими богами и преданными с рельефными знаками вайшнавов на лбах. Вишну сказал: "Этот человек должен быть доставлен сюда завтра в два часа утра. Почему его доставили сюда сейчас?" Мальчик затем проснулся и рассказал о своем переживании. На следующий день в два часа он умер.**
Госпожа Дхар очень хотела задать некоторые вопросы и получить помощь от Шри Бхагавана. Она нерешительно подошла к Нему и тихо рассказала о своих трудностях. Мои попытки концентрации сбиваются внезапным сердцебиением, сопровождаемым тяжелым, коротким и быстрым дыханием. Затем мои мысли также вырываются, и ум становится неконтролируемым. В здоровом состоянии сосредоточение идет более успешно, и мое дыхание останавливается при глубокой концентрации.**
Я давно хотела получить помощь от близкого соприкосновения с Шри Бхагаваном для достижения наибольшей высоты в моей медитации, и поэтому приехала сюда, предприняв значительные усилия. Я почувствовала себя здесь больной. Я не могу медитировать, и поэтому чувствую себя угнетенной. Я предприняла значительные усилия, чтобы сконцентрировать ум, несмотря на обеспокоенность коротким и быстрым дыханием. Хотя и был частичный успех, но это меня не удовлетворяет. Приближается время моего отъезда. Я чувствую себя все более и более угнетенной, когда думаю, что должна покинуть это место. Здесь я нашла людей, обретших покой медитацией в этом Холле, тогда как мне не удалось обрести блаженства такого покоя. Это само по себе действует на меня угнетающе.**
Махарши: Эта мысль "Я не способна концентрироваться" сама является препятствием. Почему она должна возникнуть? Посетитель: Может ли человек оставаться без мыслей, возникающих все 24 часа в сутки? Должна ли я оставаться без медитации? Махарши: Что такое "часы"? Это — понятие. Каждый ваш вопрос побуждаем мыслью. Ваша природа — Покой и Счастье. Мысли препятствуют Осознанию. Медитация или концентрация предназначены для избавления от препятствий, а не для обретения Атмана. Разве кто-либо может оставаться отдельным от Атмана, Себя? Нет. Истинной природой Атмана, Я, провозглашен Покой, Мир. Если этот Покой не найден, то не нахождение — лишь мысль, которая чужда Атману».
Вивека, вайрагья и притча о двух царях
Медитация и концентрация в джняна-паде предназначены для зарождения вичары, вивеки и вайрагьи. С помощью вичары у нас углубляется различение — что надо пестовать, а что оставить. Различение ведет к пониманию отрешения: оставлению того, что надо оставить, и тому, чему надо предаться. Когда у нас зарождается вивека и вайрагья, мы перестаем быть обычным человеком, одержимым эгоистичными представлениями и кармой.
Есть такой рассказ. Было два царя: один — царь большого государства, другой — царь небольшого. Но царя небольшого государства все очень хвалили его жители. Говорили, что он щедрый, набожный, аскетичный, справедливый, саттвичный. И царя большого государства это очень сильно раздражало, и он очень сильно завидовал. В конце концов ему это надоело, он решил двинуть войска на маленькое государство и захватить его. Он захватил это государство, разбил войско. Тот царь бежал и где-то прятался. Победитель объявил за его голову награду. Но его агенты доносили ему, что жители по-прежнему восхваляют старого царя и говорят, какой он был хороший, как жаль, что он ушел. Это царя очень сильно злило. Он велел разыскивать беглеца и объявил за него награду — 10 тысяч золотых монет. Но никто не мог найти его.
Однажды один бедный брахман, которому надо было выдать дочку замуж и для этого требовалось 10 тысяч золотых монет, подумал: «Пойду, может быть, найду этого царя или просто у кого-нибудь попрошу». Он бродил по лесу, расспрашивал разных аскетов и наткнулся на того самого царя. Но царь к этому времени уже стал аскетом: отрастил бороду, жил как садху, как санньяси. Он разочаровался в мирском образе жизни — царства уже нет, — и решил идти по пути освобождения. Он уже медитировал.
Брахман спросил его: «Ты не знаешь, как найти этого царя? И не знаешь ли кого, кто пожертвовал бы мне 10 тысяч монет? Моя дочка выходит замуж». Царь ответил: «Ты у меня спрашиваешь? Посмотри — я уже всё потерял, и ты у меня спрашиваешь, где найти монеты?» Брахман узнал его и подумал: «Ты хоть и бывший царь, но цари щедрые, они одаривают, особенно брахманов, — это же дхарма кшатриев. Может быть, ты хоть как-нибудь одаришь меня?» Ну, есть такие брахманы в Индии. (Смех.) Они считают, что им обязательно должны дать, — это же их дхарма.
Царь задумался: «Что я могу дать? Я уже сам нищий, более нищий, чем этот брахман». Тогда он сказал: «Хорошо, пойдем со мной к царю». И они отправились. Когда пришли, царь в облике нищего предстал перед победителем, и тот его не узнал. Тогда царь сказал: «Посмотри — это я, твой старый соперник, которого ты сокрушил. Я убежал от тебя, и вот сейчас пришел к тебе сам. А это брахман, у него дочка выходит замуж, ему надо 10 тысяч золотых монет. Ты объявил за мою голову 10 тысяч золотых монет. Вот моя голова — если ты ее отрубишь, отдай брахману эти 10 тысяч».
Когда царь это услышал, он вдруг понял, почему так его люди хвалили. Он понял, какая между ними пропасть: насколько он сам эгоистичен и насколько тот царь возвышен и благороден в самоотдаче. Он сошел с трона и поклонился к его ногам. Он понял, что не может даже сравниться с ним в достоинствах, поскольку тот был готов ради своего слова своему бывшему подданному — уже будучи экс-царем, фактически нищим — выполнить свой царский долг, отдав свою голову.
И он понял, как справедливо его восхваляли жители. Вот так и эгоистичные качества эго — когда у вас развивается вайрагья, они отдаются Богу и больше вас не беспокоят. Потому что с помощью вивеки зарождается вайрагья, и вы всегда знаете, что делать с эгоистичными качествами, — они всегда направляются в одно место. Вот это и есть самоосвобождение и самоотдача.
«Медитация практикуется только для того, чтобы избавиться от этих чуждых фантазий. Поэтому мысль должно успокаивать, как только она возникает. Как бы мысль ни возникла, не позволяйте ей себя унести. Вы чувствуете тело, когда забываете Атман. Но можете ли вы забыть Атман? Будучи Атманом, как забыть Его? Должно быть два "я", чтобы одно забывало другое. Это абсурдно. Поэтому Атман не угнетен; в Нем нет несовершенства; Он всегда счастлив».
Природа Атмана и реализация, независимая от состояния глаз
Атман, наш Атман, никогда не угнетен. Наша исконная светоносная природа — чистая, подобная небу, незапятнанная, не имеющая субъекта и объекта — всегда чиста, совершенна и никогда не может быть угнетена. Бывает так, что наш ум и эго ее не воспринимают, но это ничего не означает. Факт невосприятия не означает, что Он не существует или что Он угнетен. Таким же образом бывает, что мы не видим Солнца на небе из-за туч, но это ничего не означает. Солнце всегда существует, даже если наша способность воспринимать его из-за туч ограничена. Мы не можем отменить факт существования Солнца, закрыв глаза.
Поэтому Хемалекха говорила Хемачуде: «Факт открытия или закрытия глаз очень много значит для тебя». Она подсмеивалась над его реализацией, спрашивая: что это за реализация, которая зависит от прикрытых или открытых глаз, которая пропадает, когда глаза открываются, и появляется, когда они закрываются? Какова цена такой реализации?
Мы должны уходить от зависимости от прикрытых и открытых глаз — к такой реализации, которая от этого не зависит. К реализации, которая уверена в абсолютной чистоте и совершенстве Атмана, в пребывании в Атмане, в ежемгновенном пребывании прямо в данный настоящий момент. Сначала такая уверенность проявляется как воззрение, а затем она перерастает в созерцание — в ежемгновенное созерцание. И оно отличается от точечной атма-вичары, пестующей внутреннего наблюдателя. Затем такая уверенность перерастает в проявление в поведении, в соединении с энергиями. Это не то, что мы смешиваем недвойственное воззрение с поведением. Мы привносим недвойственное воззрение и созерцание в поведение.
«Противоположное чувство — лишь мысль, в которой на самом деле нет запаса жизненных сил, нет стойкости. Избавьтесь от мыслей. Почему человек должен стараться медитировать? Будучи собой, он всегда реализован. Только освободитесь от мыслей».
Три способа избавления от мыслей
Избавиться от мыслей можно по-разному.
Волевым усилием вы можете надавить на мысль — она уйдет, как в медитации махашанти. Но если вы только волевым усилием приучились надавливать на нее, то она уйдет на некоторое время, а затем снова придет. И вам придется все время надавливать на мысль, чтобы она уходила, и вы можете стать напряженным. Такое бывает с теми, кто таким способом медитирует много часов в махашанти.
Это подобно тому, как вы стоите на необитаемом острове, и вдруг из воды вылезает крокодил. Вы хватаете дубину и бьете крокодила, и он карабкается назад в воду. И вы ждете наготове с дубиной. Остров небольшой, и вы можете контролировать весь остров — допустим, 3 на 5. Но вы знаете, что каждую секунду крокодил может вылезти с любой стороны. Вы наготове, у вас дубина. И как только морда крокодила высовывается, вы наносите удар — он спрячется, и вы снова в такой бдительной готовности. Вот на что похожа медитация махашанти, когда действуют таким образом. Поэтому те, кто так медитирует, — все такие настороже, унмани. Но это вымученное безмыслие, такая аманаска.
Другой способ — вы все мысли преображаете. Все, что приходит в поле вашего сознания, вы преображаете, поклоняетесь и растворяете. Вы преображаете в Божеств, поклоняетесь и растворяете. Вы научились работать с этим. Это путь тантры. Путь сутры и путь тантры различаются. Вы можете использовать силу этих крокодилов.
Наконец, третий способ — вы пребываете в самоосвобожденном состоянии, когда говорите: «Пусть себе выходят, это неважно, они не могут до меня достать». Вы пребываете в естественном состоянии осознанности, так что мысли сильно ослаблены, вытеснены на периферию, и им не придается почти никакого значения — они как игра. Они, возникнув, игриво высвобождаются в своей светоносной природе, а вы озабочены другим: не борьбой с мыслями, а поддержанием светоносной природы, устойчивостью в этом состоянии. И вы нерушимо устойчивы в этом, подобно горе. Пусть мысли возникают и уходят, как птицы, летающие вокруг горы, — они не помешают.
При этом ваше состояние не застывшее, оно текучее: может объединяться, огибать любые препятствия, гибко соединяться со всем. И такое состояние очень чистое и подобно огню — все, что попадает в него, мгновенно очищается, сжигается, переплавляется. То есть мысли, попав в костер вашего осознавания, сжигаются, очищаются. И такое состояние легкое, вездесущее, может везде проникать, но ни за что не цепляется, подобно ветру. И оно вмещает в себя все, подобно элементу пространства. Таковы пять аналогий естественного состояния. Мы должны помнить об этих пяти аналогиях.
Аманаска: виды безмыслия
Когда мы реализуем такое состояние безмыслия, это безмыслие — ануттара-тантра. Вот оно, нами желаемое. Это безмыслие, аманаска, становится нашей естественной природой.
Почему естественной? Есть еще другой вид безмыслия — аманаска в кундалини-йоге. Вы работаете с энергией: когда энергия входит в центральный канал, ваши мысли сами останавливаются за счет энергии, потому что энергетика тела меняется — ида и пингала соединяются в сушумна-нади. И такое безмыслие обусловлено праной. Но когда ида и пингала снова заработают, прана изменится — и ваше безмыслие тоже закончится. Оно требует постоянной работы с энергией.
Сахаджа-аманаска: естественное безмыслие в ануттара-тантре
В ануттара-тантре безмыслие является естественным — сахаджа-аманаска — вот нами желаемое состояние. Оно естественное, потому что естественная осознанность как таковая уже присуща нашему сознанию. Она не требует чрезмерных усилий, техник или волевого подавления. Стоит войти в такую естественную осознанность, в состояние без мыслей, — и свобода от мыслей станет естественной. Вы почувствуете: это же естественно — всегда быть без мыслей. Это так хорошо, просто, правильно и логично. И даже эта мысль, возникнув, тут же исчезнет, потому что она будет не сама по себе, а лишь выражением вашего естества — не более.
И наоборот, пребывать в мыслях неестественно: это забирает уйму энергии, скукоживает ум и создаёт трудности восприятия и понимания. Мысль — это какой-то старый процессор прошлого века, который очень медленно работает и туго воспринимает. Это как Windows 2. Представьте современную программу — и попробуйте поработать на ней: что-то тяжёлое, громоздкое. А без мыслей — это интуитивное прямое восприятие: ясное, очень быстрое и при этом лёгкое, незатратное.
Вопрос: Гуру, почему это состояние не становится естественным, когда входишь в кундалини-йога-самадхи? То есть входишь в кундалини-йога-самадхи, понимаешь, насколько оно великое, а обычное сознание — не очень. Прана возвращается, но сознание-то должно остаться? Или это всё-таки определённая тренировка для сахаджа-самадхи?
Когда прана опускается, ум идёт за праной и возвращается в прежнюю точку — потому что прана возвратилась. В кундалини-йоге всё сильно зависит от праны. Пока ваши каналы чисты и вы занимались шесть часов кумбхакой — вы на высоте. Асаны, очищение ветра, кумбхака, трайбандха-мудра — и у вас высокий уровень энергии, вы чувствуете себя почти достигшим четвёртой бхуми. Но затем вы поели, пообщались с кем-то, изменились кармы, не было времени практиковать шесть часов в день — и ваши праны уже стали иными, поверхностные и внутренние каналы засорились. И вы чувствуете себя уже не на четвёртой бхуми, а на первой. Вот такие скачки характерны для кундалини-йоги.
Я знал одного человека — он тогда был монахом у меня. Он делал по восемь часов суровой пранаямы: очищение ветра, прана, ясность, такие опыты. Затем он ехал в автобусе или общался с кем-то — его каналы загрязнялись, и он чувствовал себя омрачённым. Он старался, боролся с этим, делал випарита-карани, делал гаджа-карани, другие техники йоги. Он всегда мечтал техниками поддерживать естественную осознанность, хотя я ему говорил, что это ненадёжно. Если ты хочешь так жить, тебе надо жить в горах, в определённых условиях, в пещерах, вообще всю жизнь ни с кем не общаться и всю жизнь шесть часов делать пранаямы. И то не факт — ты всё равно зависишь от энергии.
Вопрос: За счёт чего тогда обретается сахаджа-самадхи? Если здесь ум привязан к энергии, то к чему ум должен привязаться, чтобы войти в сахаджа-самадхи?
— В лайя-йоге.
— За счёт созерцания.
— Вивеки, вайрагьи.
— Войти в сахаджа-самадхи — да. Но за счёт техник ты входишь в сахаджа-самадхи, а потом выпадаешь из него. Техника — только вспомогательная.
Механизмы удержания в сахаджа-самадхи
В ануттара-тантре — распознавание сахаджи с помощью вивеки и преданность созерцанию сахаджи. Самоотдача — вот что удерживает нас; механизмы удержания здесь иные.
Есть ещё бхава-самадхи — за счёт преданности Богу. Когда йогин, постоянно поклоняясь Богу, пестует преданность, любовь, чувство огромной любви к Богу — он окрашивается этой волной и из неё не выпадает.
Также есть практика Божественной гордости в йоге избранного Божества. Это традиционная практика в тантрах, хотя сейчас она редко упоминается: медитация, отождествление себя с избранным Божеством, зарождение Божественного величия. Это тоже бхава-самадхи.
Таким образом, гуру-йога, преданность, медитация Божественной гордости, дающая бхаву, и тонкое созерцание, преданность созерцанию — вот что формирует механизм удержания.
«Вы думаете, что состояние здоровья не позволяет вам медитировать? Эта депрессия должна быть прослежена до её основания. Основанием является ложное отождествление тела с Атманом. Болеет не Я, а тело. Но ведь не оно приходит и сообщает вам, что заболело. Это вы говорите так. Почему? Потому что ошибочно отождествляете себя с телом. Тело само есть мысль. Будьте тем, кто вы есть на самом деле. Для уныния нет никаких причин.
Госпожу Дхар позвали, и она ушла. Обсуждение этого вопроса, тем не менее, продолжалось следующим образом.
Посетитель: Ответы Шри Бхагавана не позволяют нам задавать дальнейшие вопросы не потому, что наши умы успокоились, а потому, что мы не способны приводить доводы по существу. Наша неудовлетворённость не исчезла. Чтобы прошли физические болезни, должны уйти недуги умственные. И те, и другие гибнут, когда гибнут мысли. Мысли не гибнут без усилия. Усилие невозможно при нынешней слабости ума. Уму требуется милость, чтобы обрести силу. Милость должна проявиться только после отдачи. Поэтому все вопросы — с умыслом или без него — равносильны прошению милости Шри Бхагавана.
Махарши улыбнулся и сказал: «Да».
Посетитель: Отдача, как говорят, — это любовь и преданность [бхакти], но известно, что Шри Бхагаван предпочитает исследование Атмана. Это сбивает с толку слушателя.
Махарши: Отдача может стать результативной только когда выполнена с полным знанием. Такое знание приходит после исследования, которое заканчивается отдачей себя.
Посетитель: Знание Высочайшего Бытия приходит после выхода за пределы индивидуального «я». Это — джняна. Где же тогда необходимость в отдаче?
Махарши: Именно так. Нет никакой разницы между джняной и отдачей. (Улыбается.)
Посетитель: Как тогда удовлетворить спрашивающего? Остаётся единственный выбор — общение с мудрым [сатсанг] или преданность Богу [Ишвара-бхакти].
Махарши: (улыбаясь) Да».
Самоотдача и очищение двойственных представлений
Людям с малой заслугой сложно понять самоотдачу и вхождение в естественную осознанность. Им нужно выполнить методы для очищения и усмирения ума, чтобы их представления изменились. Пока есть разные двойственные представления, трудно понять, о чём говорит Шри Рамана Махарши, поскольку такое понимание часто возникает лишь концептуальным.
История о Лал-Бабу: смирение эго как условие дикши
Был один преданный Бога Вишну по имени Лал-Бабу. Он очень усердно делал садхану, манасик-пуджу — Вишну даже являлся ему в образах во время медитации. Но гуру не спешил его инициировать. Когда Лал-Бабу просил о дикше, гуру отвечал: «Пока ты ещё не готов — в твоём уме есть загрязнение, двойственные представления».
Лал-Бабу построил храм, очень много жертвовал, всю жизнь делал севу, хотя и был мирянином. Он был очень набожен и предан: с утра до вечера — джапа, поклонения. Душа его была полна огромной любви к Вишну. Вишну являлся ему в медитациях, он выполнял манасик-пуджи и бахья-пуджи. Но гуру год за годом говорил: «Нет, ты ещё не освободился от двойственных представлений, тебе ещё рано давать дикшу». Лал-Бабу думал: «Я уже скоро состарюсь — когда же дикша? Получу ли я её вообще в этой жизни?»
И он взмолился Вишну: «Вишну, что мне делать? Гуру не даёт дикшу, говорит, что у меня двойственные представления мешают мне. Я вижу тебя — а он говорит, что я ещё не готов. Что же делать?»
И Вишну сказал: «Там есть твой давний соперник — вот в той области». А у него действительно был давний соперник: такой же влиятельный и богатый ученик того же гуру, тоже построивший храм. Между ними было соперничество: кто больше храмов построит, чей храм красивее? Было и тонкое негласное состязание: если тот узнавал, что этот построил какой-то храм, он строил ещё лучше; если тот слышал, что этот угостил на бандаре тысячу садху, тот хотел угостить две тысячи. У обоих была такая тонкая гордость.
И Вишну сказал: «Пойди к нему как простой нищий и попроси милостыню». А между ними была не просто неприязнь — между ними была судебная тяжба. Лал-Бабу выиграл по суду огромный участок земли и чуть ли не разорил соперника. Между ними было серьёзное противостояние. И Вишну сказал: иди к этому давнему сопернику и попроси у него милостыню — как нищий, просто как садху.
Лал-Бабу пошёл. Тот человек всё равно продолжал служить: у него был храм, он собирал много садху, раздавал прасад, кормил голодных. Лал-Бабу пришёл к нему как простой человек и встал в очередь за тарелкой супа. Служители доложили хозяину: «Пришёл твой давний враг и соперник — и сейчас как нищий просит у тебя суп».
Тот не понял, в чём дело, и спросил: «Ты — мой старый давний соперник, и ты сейчас просишь как нищий? Я вижу, ты на самом деле очень возвысился, очень очистился, ты такой смиренный». И он приказал принести золото, дары, накрыть вкусный прасад — как примирение, делая подношения: «Я уважаю тебя. Это вызов своему эго — ты настолько освободился от него, что пришёл как простой человек».
И Лал-Бабу сказал: «На самом деле это слишком много для меня — твои золото и дары. Я пришёл просто как нищий, попросить тарелку супа». Тот заплакал и сказал: «Ты действительно возвышенная душа. Я не понимал этого». А Лал-Бабу ответил: «На самом деле я не возвышенная душа — гуру мне даже дикшу не даёт. Я пришёл просто потому что Вишну мне сказал прийти. Я несчастный человек, у которого нет даже настоящей преданности, у которого много двойственных иллюзий, эгоизма и представлений».
Купец сказал: «Хотел бы я быть такой возвышенной душой, чтобы ко мне приходил Вишну, как к тебе. Ты действительно возвышенная душа».
И в этот момент явился Вишну. Он сказал: «Вот теперь ты готов к дикше. Иди к своему гуру и проси дикшу. Твои двойственные представления и твой эгоизм исчезли только сейчас — потому что именно это мешало твоей преданности и вере, стояло на твоём пути».
Из воспоминаний о Шри Рамане Махарши: служители и чудеса Аруначалы
«В ходе беседы Шри Бхагаван высоко оценил служение Паланисвами и Айясвами — Своих прежних служителей. Он сказал, что они установили в саду две грубые платформы, которые занимали Он Сам и Паланисвами, и которые были очень удобны. Они были сделаны из соломы и бамбуковых матов и были даже более удобными, чем кушетка, находящаяся здесь. Паланисвами обычно проходил по тропинке между рядами колючих груш, чтобы каждый вечер приносить пищу, получаемую как подаяние. Хотя Шри Бхагаван и протестовал, Паланисвами упорно продолжал делать это. Он был лишён жадности или любого рода привязанности. Он заработал немного денег, помогая улаживать споры и ссоры, и оставил свои небольшие сбережения у кого-то в городе, чтобы брать их в случае необходимости. Ему предложили удобное жилище в его родной деревне, от которого он отказался и продолжал жить со Шри Бхагаваном до самого конца.
Айясвами в прошлом работал под началом европейцев в Южной Африке и был чистым, деятельным и способным. Он мог бы управиться даже с десятью ашрамами одновременно. Он также был свободен от какой-либо привязанности или жадности. Он был предан Паланисвами, даже любил его. Он был более одарён, чем другие.
Анналмалай сначала посещал Махарши в пещере Вирупакша; потом он ушёл в Ковилур и изучал некоторые тамильские священные тексты. Он вернулся в Скандашрам, где умер в январе 1922 года. К тому времени он сочинил 36 строф на тамили, исполненных выразительности и пыла.
Был зачитан отрывок из «Аруначала Махатмья» (Слава Аруначале). В нём говорилось о Пангуни — хромом мудреце, который восстановил свои ноги милостью Шри Аруначалы. Затем Шри Бхагаван рассказал историю человека, которого видел, когда Он был в Гурумуртаме.
Его звали Куппу Айяр. Ноги у него совершенно не действовали, он не мог ходить. Однажды, двигаясь на ягодицах, он направлялся в Ветталам. Внезапно какой-то старик появился перед ним и сказал: «Поднимись и иди. Почему ты передвигаешься на ягодицах?» Куппу Айяр был вне себя от волнения. Он непроизвольно поднялся и свободно пошёл. Пройдя небольшое расстояние, он посмотрел назад, чтобы увидеть прохожего, который заставил его идти, но не мог никого найти. Он рассказывал об этом происшествии всем, кто поражался, увидев, что он ходит. Любой старик в городе мог засвидетельствовать, что ноги Куппу Айяра снова работают.
Кроме того, одну ученицу из школы для девочек заманили в ловушку и ограбили, отняв все её драгоценности. Внезапно появился какой-то старик, освободил эту девочку, проводил её до дома и затем исчез. Такие таинственные происшествия часто случались в Тируваннамалае».
ОМ ОМ ОМ


