Брахма-вичара
Божественная реальность
Духовная жизнь на пути освобождения мокша-дхармы начинается с некой точки базового состояния. Например, есть ваджрная абсолютная вера, а есть вера нулевая, и у нас есть какая-то вера между этими двумя полярными крайностями — какой-то у нас уровень веры. Есть любовь к Богу абсолютная, как у святых, богов, есть нулевая. Мы начинаем с какой-то позиции персональной, эта позиция очень персональная у каждого, зависит от множества факторов прошлых жизней, нынешних усилий. Также есть осознанность. Есть абсолютная осознанность, допустим, мы возьмём Брахму, есть нулевая осознанность, если возьмём камень, и есть наша личная осознанность как у людей.
Мы начинаем с определёнными показателями, и в процессе духовной жизни мы должны повышать эти показатели, двигать дальше, понемногу двигать дальше, постепенно двигать дальше. Двигать их на самом деле нелегко, даже на миллиметр сдвинуть требует работы постоянной.
Напротив, легко плыть по течению, оставаться с теми же показателями, или напротив уменьшать их, ухудшать — это легко. Скатываться вниз всегда легко, и бессознательность, безверие нулевое, чувственные желания — почему? Потому что много помощи идёт от материального мира, от тела, от окружающей среды, помогают скатываться. Сама структура материальной природы (Пракрити) она помогает, способствует этому. Тело, отношения, материальные связи, информационная среда — она как бы так говорит: «Понизь». А идти против Пракрити (материальной природы) и углублять веру, углублять медитацию, углублять любовь к Богу — это как идти против самой структуры этой природы, против кармы.
Карма тянет душу в одну сторону, а душа стремится в другую, но ей тоже есть помощь. Ей помогают святые, священные тексты, линия Гуру, божественные существа, девы и ангелы, но они помогают не так явно и не так зримо, потому что это не их область, где они живут, это не их торжество. Это не их царство, то есть это не царство, где живут боги, сиддхи, ангелы и девы — они сюда как бы посылают лучи своих благословений, но они здесь не живут, не торжествуют. Это не мир торжества Бога, как в раю, например, как в чистых странах. Это мир торжества сансарных энергий, поэтому помощь эта не всегда доступна, и душа находится в нелёгком положении в сансаре.
С одной стороны противодействие Пракрити, с другой стороны помощь не всегда доступна, с третьей у неё есть свобода воли и выбор, и весь мир у её ног, с четвертой есть карма, которая говорит: «Не убежишь от меня». Она находится как сосредоточие разных векторов, разнообразных сил, и путь садханы означает мудро, начиная с какой-то точки, с основы, увеличивать свои качества. Улучшать свои качества, которые позволяли бы идти всё ближе, ближе к познанию Бога, и для этого нужна постоянная работа, постоянный труд.
Непрерывность духовного труда
Как вы знаете, труд — это медитация, труд — это концентрация, труд — это развитие осознанности, труд — это воспитание веры в Прибежище и Бога, и труд — это также развитие в себе любви к Богу, к абсолютной истине. От того, как мы трудились в течение этого дня, в нашей душе появляются какие-то качества, а значит у нас немного меняется вектор судьбы, увеличивается свобода воли.
Часто мы забываем, что труд — это не только когда мы делаем ритуалы, медитируем, этот труд должен происходить непрерывно, то есть для садху нет выходных, нет обычной жизни, повседневной жизни — вот такая его специфика. Если спортсмен может после тренировки расслабиться где-нибудь и немного почувствовать себя не спортсменом, садху он не может расслабиться и сказать: «Немного почувствую себя не садху», потому что его труд проникает во все аспекты жизни. Он не может перестать быть садху — в этом смысл духовного труда.
Например, математик он может устать от вычислений, от изучения и формул, отвлечься на что-нибудь, переключиться, но садху он не может оставить свой путь. У него как бы нет вектора, куда бы он мог переключиться, почувствовать себя мирским человеком, подумать: «А Бог с ним с этим Богом, со святыми, с освобождением, побуду я мирским человеком» — то есть для него это неприемлемо. Он, конечно, может так сделать, но с точки зрения дхармы это будет для него называться как духовное отступление.
С другой стороны садху тоже человек, у него есть ограничения, и он должен научиться так переключаться, отвлекаться, расслабляться, чтобы тем не менее оставаться в дхарме, оставаться в полноте духовной работы. Тогда он идёт к Гуру и спрашивает: «А как мне так сделать?»
Гуру говорит: «У тебя же есть такой выбор как многообразие. Если ты устал от атма-вичары, переключись на санкальпу пространство. Устал от санкальпы пространство — у тебя есть санкальпа божественная гордость. Устал от санкальпы божественной гордости — у тебя есть чистое видение. Устал от ходьбы с санкальпами — ходи в полноте внимания, попроще в сатипаттхане. Устал в сатипаттхане — читай мантру. Устал от мантры — делай пранаямы. Устал от пранаям — медитируй на атма-вичару. Надоело медитировать — читай тексты. Перечитал тексты — можешь севу делать».
Если садху обладает духовной практикой, он понимает, как это переключаться, и он не устаёт, он всё время находится в правильном потоке духовной жизни, в правильном потоке практики, его внутренняя работа не прекращается.
Необходимость любви к садхане
Но все эти вещи они работают только тогда, когда есть заслуги, только когда по-настоящему приятно делать. Из чувства долга вы так не продержитесь — что надо из чувства долга, надо читать мантру, медитировать, надо делать санкальпу, заставлять, как студент перед экзаменами. Ему не хочется учить, но как бы институт, сессия на носу, могут исключить и стипендию не получить, потом домой приезжать, перед родителями неудобно. Он заставляет себя, а его студенческая душа совсем другого требует.
Но здесь так не получится, на чувстве долга десятки лет невозможно практиковать. Мы должны полюбить садхану и найти свой способ жить в этой любви непрерывно. Тогда и методы возможно полюбить, то есть всё сводится к тому, что надо полюбить Бога, полюбить дхарму, чтобы дхарма вызывала радость, восторг, благоговение. Она вызывает, когда у нас видья в гороскопе, грах нет, когда у нас высокий уровень праны, но это ведь всё волнообразно, это не всегда. Сложно добиться такого, как самолёт раз полетел и вверх — жизнь садху она такая с синусоидами.
Но для этого необходимо развивать такие тонкие вещи как вера, преданность и любовь, которые будут всегда поддерживать. Наставления Махадева Малай Шри Рамалинги — это наставления о вере и преданности, любви и самоотдаче. Это классика тамильских сиддхов, так можно сказать, причём близкая к нам по времени, не пять тысяч лет назад, не тысяча — это сотни лет разница, но это уже классика поэзии духовных наставлений южной традиции сиддхов.
«О высшее космическое божественное, что стало чувствами, инструментами ума и всеми вещами, природой Пуруши, областью времени безграничной вьйома (обширной областью одухотворенного ума), парам (духовным разумом), Парампарам, упашанта мауна — состоянием глубокого покоя и тишины, ещё более глубоким и интенсивным состоянием покоя и безграничным состоянием «ты», соединяющим «есмь» и окончательным «то», а также состоянием атита — трансцендентным (принадлежащим сверх разуму)».
Развитие вкуса к размышлению о Боге
Чтобы Бог, божественность вдохновляла, чтобы у нас была любовь, вдохновляющая к Богу, мы должны получить вкус к размышлению о Боге, к слушанию, к размышлению, думанию о Боге. Когда утром просыпаетесь и ваша первая мысль о Боге, и эта мысль радостная и вдохновляющая, и она сопровождает вас в течение дня, и когда засыпаете, ваша мысль тоже о Боге — значит у вас есть вкус к размышлению о Боге.
Чтобы такой вкус появился, стал устойчивым, мы должны его сначала тренировать, и такая тренировка и есть брахма-вичара. Если созерцательные санкальпы тренируют, готовят наше сознание, чтобы мы могли воспринимать реальность Бога, то брахма-вичара предполагает, что мы прошли эту тренировку и развили способность к созерцанию, и вы готовы воспринимать Бога через нашу созерцательность.
Есть брахма-вичара с опорой на интеллект, брахма-вичара с опорой на спанду, на тончайшую вибрацию мысли, называемые брахма-кара-вритти или вичара-спанда, которая движет нас к Богу. Есть брахма-вичара с опорой на внемысленное состояние, но высокие уровни брахма-вичары будут нам доступны гораздо позже.
Самую простую брахма-вичару надо начинать с опоры на мысли, на слова, на тексты, на интеллект. Например, вы задаёте четыре фундаментальных вопроса для себя: что есть Бог (брахман, Абсолют), где он пребывает, каковы его качества, какова моя связь с ним. Надо полюбить эти вопросы и глубоко выполнить по ним аналитическую медитацию. Мы должны ответить для себя интеллектуально сначала из священных текстов. Затем то, что описано в священных текстах, должны переложить на свою душу и выработать своё собственное понимание: что есть Бог, где он пребывает, каковы его качества, какова моя связь с ним. Когда у души появится такое влечение, поддерживать и питать это влечение, непрерывно молиться.
Томление о Боге
Был такой европейский мистик, христианский, Тертуллиан, он говорил так: «Душа должна томиться о Боге, а если она не томится о Боге, нужно томиться о томлении о Боге, а если нет томления о томлении о Боге, нужно молиться, чтобы было томление о томлении о Боге». Если у души нет любви к Богу, нужно молиться, чтобы была эта любовь к Богу, нужно её желать, взращивать, воспитывать и зарождать такое намерение. Такое томление о Боге или томление о томлении о любви к Богу, то есть желание самой любви к Богу, а если нет желания о самой любви к Богу, то надо желать, чтобы такое желание появилось. Изначально у нас должен быть импульс, мы должны сначала это пожелать.
Оно не имеет ничего общего с неудовлетворённостью. Неудовлетворённость, основанная на надеждах, цепляниях и страхах, идущих от эго — это немного другое. Такое томление оно происходит скорее как жажда воссоединиться с Богом и всё отдать в состоянии радости, преданности и любви. Одновременно осознание несовершенства душой и своего состояния нынешнего, своего качества, но в нём нет ни уныния, ни цепляния, ни страданий. Скорее это сладкие страдания, это подобно как страдания от любви.
Страдания от любви и от влюблённости они другого плана, это не страдания, когда человек мёрзнет или хочет есть, или его оскорбляют — это такие сладостные страдания. Это страдания как желание получить ещё большую любовь, чем ты сейчас имеешь, это не страдание от недостатка, а страдания от желания большего избытка, большей полноты и большего цветения. Как есть такая поговорка: «У каждого свои проблемы, у кого-то суп жидкий, а у кого-то бриллианты мелкие». Страдания от неразделённой любви с Богом — это скорее страдания от того, что мелкие бриллианты. Это как желание ещё большей любви и полноты.
Это не страдания как обычные страдания от чего-то, нехватки — это приятные страдания, потому что в процессе таких страданий душа растёт, очищается. Она даже подсознательно их желает, потому что они помогают помнить о Боге — это одна из высших рас в бхакти-йоге, матхура-раса, её разновидность, её любовь в разлуке, то есть непрерывное памятование о Боге в состоянии при этом разлучённости, потому что есть понимание факта разлучённости. Есть стремление воссоединиться, то есть куда двигаться, как любовь к Богу, как к супругу.
Различные расы в любви к Богу
Есть различные расы, в которых переживается любовь. Шанта-раса — это нейтральная раса, с какой можно начинать. Нейтральная означает: я отношусь к Богу как к чистому сознанию, почти как к природе, но к осознанному свету, но у меня нет каких-то с ним личных отношений, так сказать, всё это не глубоко. Я не ощущаю Бога как главный факт моей жизни, хотя я понимаю умом, что мне надо к нему стремиться, и меня вдохновляет всё возвышенное и божественное. Шанта-раса означает: я иду к Богу, но у меня нет как бы такой сильной мотивации, я хочу медитировать, хочу какой-то опыт, но огня в этом нет, страсти в этом нет.
Ватсалья-раса означает чувство заботы как родитель к ребёнку, это значит: я думаю о Боге как о предмете моей заботы, я хочу служить Богу, я хочу помогать всем его делам, я хочу быть его руками и ногами, я хочу подносить ему самое лучшее. У меня такое благоговейное, трепетное отношение ко всему, что связано с Богом, с дхармой, садху, ашрамом, со святыми, как родитель заботится о ребёнке. Родитель о ребёнке очень тщательно заботится, он ни о чём не думает, куда ребёнок пошёл, он беспокоится. Он даёт ему самое лучшее, он забирает у себя самое ценное, самое вкусное, самые вкусные куски и даёт своему ребёнку — вот такое отношение к Богу.
Это ватсалья-раса, когда мы начинаем ревностно исполнять свои обязанности. Ревностное исполнение своих обязанностей — это признак ватсалья-раса, когда вы стремитесь хорошо делать севу, потому что вы не можете плохо сделать, ведь это для Бога, как же я могу Богу что-то поднести такое плохо сделанное, я не могу. Это ведь вы не делаете для управляющего, конечно это делается для сангхи, сангха — это драгоценность, но в первую очередь это делается для Бога. Просто моё чувство любви к Богу не позволит ему поднести не самое лучшее, я хочу поднести самое лучшее.
Это сева, такое отношение к севе, или когда вы выполняете что-то, жертвуете, неважно что вы делаете, вы делаете самым тщательным образом, ревностно, самое лучшее, потому что это для Бога. Для Бога нужно делать лучше всех, это же самое чистое, самое возвышенное, самое лучшее, самое красивое, самое бесконечное существо во всём мироздании. Я отношусь к нему с большим благоговением, с большой верой, я хочу ему всё поднести. Может я не умею всё подносить лучшим способом, и я не совершенен, но я стремлюсь это делать. Такое чувство тщательности, ревностности, заботы — это ватсалья-раса.
Шанта-раса это какая? Я в присутствии мету пол, неважно, я там не подмёл, у меня всё ровно, всё в едином «вкусе» как бы, у меня такой разряд безразличия. Я помедитирую, я пойму Бога в медитации, но когда я мету, Бога в моей метле нет, и ревностности и страсти такой нет. А когда я Богу это делаю, то я пребываю в полноте внимания, в метле, в полноте самоотдачи, и мой ум охвачен большим благоговением. Может быть я буду мести абсолютно также физически, ведь вопрос не про физические действия, физически вы совершенства никогда не достигните в материальном мире. Но мой ум это делает с большой ревностностью, с большой самоотдачей и верой, и моя душа расцветает от большого акта подметания пола. Это уже не шанта-раса, здесь только полнота внимания, этот дух раскрывается как бутон цветка. Я мету пол на земле, а душой воспаряю к небесам, потому что я вкладываю свою веру, преданность и душу в этот простой акт действия — это ватсалья-раса.
Матхурья-раса или шрингара-раса — это радостное влечение к Богу, основанное на блаженстве, на любовной преданности, это ещё глубже. Это я так люблю Бога так глубоко и сильно, предан этому состоянию, как любимый человек любит другого человека, когда он любит его больше чем самого себя, больше самой жизни, когда есть полная самоотдача, полное предание, полное самозабвение. В этом есть и осознанность, но в этом есть и огромная вера и преданность, и я настолько сильно его люблю, что для меня никаких других вещей, которые могли бы сбивать меня в этот момент, не существует.
Мысли не имеют власти надо мной, потому что моя любовь сильнее мыслей, эмоции не имеют власти надо мной, она сильнее мыслей. Мирские заботы — это всё кажется несущественным, неважным, потому что моя любовь она поглощает меня с огромной силой, и она не только поглощает меня, она даёт ответное чувство радости, блаженства, подобное тому, как человек получает его, когда общается с любимым человеком. Это матхурья-раса, это самое глубокое, самое сокровенное, сильное чувство.
«О, высшее универсальное божественное! Ты стало как самим собой, так и мной. Ты – неизменное и невыразимое состояние чистоты за пределами проявлений. Ты – само осознающее сознательное бытие, находящееся в чистой бесконечности самосуществования. Ты стало источником всех проявлений и врожденной и естественной сущностью всего. Ты – стало осознаванием знания нерушимого мира сознания-истины. О, все заполняющая бесконечная истина существования, владеющая сиянием света осознающей силы. О, вечный высший божественный покой за пределами мыслей и слов. Высочайшее и космическое божественное проявилось в этом мире как мать, отец и сын, посредством связующей игры ума, силы жизни и тела. Оно стало собой, оно стало мной, а также всей вселенной все существования, повелевающей вечно движущимися энергиями. Оно явило себя как «единство и множественность».
Дасья-раса: путь преданного служения
Ещё одна раса, которую я не упомянул после шанта-расы — это дасья-раса. Дасья-раса означает чувствовать себя слугой Бога, чувствовать Бога центром своей жизни, чувствовать себя вторичным по отношению к Богу, находиться в покорности Богу, в состоянии полного смирения. Чувствовать себя спутником, вращающимся вокруг планеты Бога в состоянии глубокого смирения и желания служить Богу как единственному господину своего сердца.
Например, Хануман — один из примеров дасья-расы. Хануман обладал большой преданностью Раме, и он всегда поклонялся стопам Рамы. Он также поклонялся стопам супруги Рамы Ситы, и, когда его кто-то спросил: «Чьи стопы лучше, стопы Рамы или стопы Ситы?», он так деликатно сказал: «Стопы Ситы нежнее, конечно, но со стопами Рамы не сравнится ничто».
Дасья-раса означает, что Бог становится центром нашего существования, и мы чувствуем себя в отношениях преданного слуги. Мы чувствуем необходимость всю свою жизнь делать служение Богу, сделать подношения Богу, стать его руками и ногами. Если ватсалья — это ревностная забота, когда между Богом и душой ломаются дистанции, примерно как между родителем и ребёнком, то дасья — это именно почтительное расстояние. В этой почтительности есть глубокое смирение, когда душа чувствует необходимость полностью покориться Богу, полностью смириться, полностью сдаться и подчиниться добровольно, стать его слугой.
Эта стадия очень важна для того, чтобы преодолеть гордость, преодолеть безверие и почувствовать живую связь с Богом. Дасья-раса означает: я готов выполнять любой приказ Бога, я готов выполнять любую волю Бога, я готов выполнять всё, что мне транслирует божественная воля. У меня нет своих предпочтений, у меня нет своих вкусов, у меня нет своей концепции, я не привязан к своей воле, я не привязан к своим мнениям.
Я готов быть любым, лишь бы угодить Богу или тому, что его представляет, я готов принять любую конфигурацию, любую схему, я не цепляюсь за свои фиксированные идеи, сформированный опыт, потому что я сдаюсь и принимаю позицию слуги.
Различие между шанта-расой и дасья-расой
Дасья-раса более высокая по сравнению с шанта-расой. Шанта-раса нейтральная, в шанта-расе нет контакта с волей Бога, там есть контакт с мудростью Бога — вы медитируете и воспринимаете свет, воспринимаете ум, подобный пространству: «О, великое переживание». Но подчинения энергии этого света нет, самоотдачи перед ним ещё нет, потому что есть свои кармы, свой ум, и он пытается интегрироваться с этим сознанием и светом, но они тоже влияют.
Когда я в медитации самадхи, то я чувствую его величие, а когда выхожу, моя воля идёт своим путём, а божественный свет идёт своим путём. Это две параллельные непересекающиеся воли, и я умом только пытаюсь подчинять тело, но всё это от ума.
Когда я убираю себя и решаю жить по воле Бога, а не по своему узкому разумению, не по своим фиксированным идеям, не по своему эго, не по своей гордости, не по своим целям, не по своим планам, когда я понимаю, что моя воля ущербна, мала по сравнению с божественной волей, и для моего же блага будет покориться божественной воле — с какой целью? Чтобы открыться ей, чтобы она вошла в меня, потому что, когда она войдёт, она войдёт не просто так, а как мощный импульс благословения (ануграхи). Тогда я стану с ней одно, я начну летать на её крыльях, потому что крылья моей воли меня далеко не перенесут, до состояния турья не долетят, они только в джаграт могут порхать чуть-чуть. Вознестись в более высокие измерения божественного света нужна превосходящая меня воля, и, понимая это, я сознательно ей сдаюсь, приглашаю её в себя.
Внешняя и внутренняя божественная воля
Я говорю: «Пусть эта воля будет проявляться через Гуру, через ишта-девату, через монахов или садху, через что угодно изнутри, но я её буду слушать и воспринимать, и я буду ей сдаваться». Сначала она проявляется через внешнее всегда, потому что внутри канал божественной воли заблокирован. Но потом она проявляется глубже также и как внутренняя божественная воля.
Этот нелёгкий переход от внешней божественной воли, когда она проявлена через Прибежище, через святых линии передачи, через братьев по дхарме, к восприятию внутреннего проявления божественной воли — это глубокий момент самоотдачи, определённого просветления. Божественная воля снаружи может быть конкретизирована, но божественная воля внутри не имеет конкретного проявления — это не то, что глаз, голос в душе появляется и говорит: «Встань и иди, делай то-то». Если такое проявляется — это происки демонов, скорее всего.
Она проявляется как внутреннее интуитивное понимание, внутреннее интуитивное знание о сущности Бога, сущности самой природы божественной воли — и всё это дасья-раса.
Когда йогин пребывает в дасья-расе, у него не стоит вопрос служить Богу или нет, не стоит вопрос сдаваться Богу или нет — у него стоит вопрос, как ему лучше служить и как лучше, полнее ему сдаваться. Он ищет предлог, чтобы служить Богу, ищет предлог, чтобы сдаться Богу, ему любой предлог подойдёт. Если человек скажет: «Вот служи ему», он будет ему служить, потому что это его личное, глубокое желание. Он не будет смотреть: «Да что этот человек, он не достоин, он обладает такими качествами, мне бы лучше другому человеку, я его не воспринимаю». Тут не важен человек вообще, человек — это просто каналы, это как мурти.
Ведь в Индии считается, что красота мурти не так важна, потому что мурти — это просто связующее звено между вами и Богом. Это камень можно даже взять — вот шивалингам, можно ему цветы класть, или это шалиграм, можно найти овальный камень — это олицетворение Вишну, потому что есть желание служить, поклоняться и сдаваться Богу.
Таким же образом на стадии дасья-расы человек сам ищет, кому бы служить, в какой ситуации быть, когда можно служить Богу любым способом, или он ищет, как бы проявилась божественная воля, чтобы её можно было принять, потому что через такие ситуации он открывает себя божественной воле. Божественная воля насыщает его, питает его и входит в него, и он начинает летать на крыльях божественной воли.
Опять же здесь не вопрос, что делать — мы иногда делаем конкретные вещи в материальном мире, можно делать то же самое, что и в шанта-расе, даже можно делать похожее на мирские вещи. Всё дело в умонастроении, в нашем подходе, в оценке, как мы проявляемся.
«Он есть высочайшее и вселенское божественное, пламя света необычайно щедрой милости, проявленной со всем божественным изобилием в пространстве мудрости осознавания, вне границ постижения ума. Он стал бессмертным безбрежным пространством, светом и игрой знания в запредельной области, превосходящей наданта (он есть мир истины). О высший вселенский владыка! Ты стал вселенной, дживой, божествами: Шивой, Брахмой и Вишну, а также харан или аран, богиней Махамайей и другими. Ты стал неизменным и недвижимым «я», кутастха бесконечного Брахмана и трансцендентным динамическим сознанием вселенной. Ты стал миром жизни и окончательной реализации. Ты стал всем многообразием религий, а также парам, во исполнение воли трансцендентного мира божественного изобилия, — то есть троичностью: супер разумом вне досягаемости религий, и за пределами всего; перешедшим на более высокий уровень пара парам (миром запредельного, постигающего сверх разума)».
Брахма-вичара: исследование божественной реальности
Когда вы начинаете направлять свой ум на Бога — а всё это называется брахма-вичара — у вас появляется способность исследовать божественную реальность и понимать её. Исследование божественной реальности понемногу открывает тайны божественного измерения, этих тайн очень много, и они приходят постепенно как внутреннее прозрение, внутреннее откровение.
Такое исследовательское сознание не должно иссякать при правильной брахма-вичаре — оно называется брахма-кара-вритти (колебания ума, направленные на Бога), на Абсолют, также она называется вичара-спанда (вибрация сознания, которая исследует природу Бога), природу Абсолюта.
Это подобно тому, как если есть зверь, которого охотник выслеживает, то этот неутомимый охотник движется-движется, или есть некое сокровище, которое кладоискатель решил добыть, то этот кладоискатель непрерывно ищет и ищет, и идёт всё ближе-ближе к состоянию клада. Когда золотоискатель ищет какую-то руду, он всё ближе-ближе подбирается к золотой жиле, и на это указывают знаки: там алмазные россыпи, там какие-то золотые слитки, их всё больше и больше становится.
Он чувствует, что он вот-вот ближе-ближе к золотой жиле, и он ещё внимательней исследует, идёт дальше, его охватывает такой азарт, радость, трепет, ликование и предвкушение одновременно. Вот что-то наподобие возникает, когда мы исследуем божественную реальность.
Когда вы исследуете божественную реальность, у вас естественно развивается любовь к такому исследованию или любовь к объекту исследования, потому что невозможно, не любя, длительное время направлять свой ум на что-либо. Когда такая любовь к исследованию развивается, мы начинаем понимать сущность божественной реальности, насколько нам доступно — это и есть вивека.
Например, мы понимаем, что Бог отделён от пяти оболочек, что он не делатель, что он отделён от творения, что он не имеет отношения к нашей карме, что он не участвует в нашей карме, что мы свою карму творим своими действиями, опираясь на ту небольшую свободу воли, которую мы имеем. В нас он представлен как Атман, но Атман отделён от пяти оболочек. Разные виды пониманий, разные виды прозрений рождаются в результате вичара-спанды, брахма-вичары.
«Он стал майей более низшей природы (манаки, присущей царству животных); он стал чистой-нечистой природой (мохини); он стал незамутнённой природой (бинду); он стал миром за пределами всего вышеперечисленного; переживанием самости — «я-есмь». Также он стал состоянием не-самости, состоянием, в котором «я» поистине становится своим собственным, состоянием, в котором божественное обнаруживается как «я-он» или моё есть его. Также состоянием вне предыдущего, в котором божественное превосходит уровень разделённости, высшее не отличает себя самого от своей космической манифестации и от всех живых существ».
Прозрения божественной реальности
Ряд прозрений, которые сопровождают брахма-вичару: например, Бог присутствует везде и во всём, он пронизывает каждое живое существо. Это прозрение не интеллектуально, оно может приходить в опыте, как например бхавы, разлитые везде, переживания света. Есть множество религий пантеизма — пантеизм это учение о том, что природа пронизана Богом и Бог есть всё в окружающих. На западе различные философы придерживались идеалистической. Когда вы переживаете такое прозрение в результате брахма-вичары, это становится вашим собственным опытом вездесущего присутствия божественного Источника.
Другое прозрение связано с тем, что Бог отличен от материи, от Пракрити и от пяти оболочек. Такие прозрения производят изменения в вашем отношении к жизни, к самому себе, к своей карме. Например, когда вы это поняли, вы переживаете или прозреваете следующий принцип, что Бог — это абсолютная чистота, чистота изначальных первопринципов и элементов, и он тоже есть в вас.
Когда, например, кто-то критикует вас, говоря конкретно: «Ты вот такой-то, ты такой-то», у вас нет никаких реакций, потому что вы знаете — Бога невозможно критиковать, потому что он изначальная чистота и он вне любой материи. Если я в данный момент помню о Боге, если я в данный момент сам пребываю в Боге, то это ко мне не относится.
Иногда так учителя проверяют учеников — они им говорят что-нибудь, что их пяти оболочкам и карме не понравилось бы, чтобы оно не согласовывалось с их ходом мыслей, представлениями о себе, с эго, а затем смотрят их реакцию. Реакция негативная — значит есть отождествление, реакция нулевая — значит есть переживание Бога в шанта-расе, реакция абсолютно позитивная — есть более высокие переживания Бога в более высоких расах. Когда божественный Источник познан, своё единство с ним познано, то нет никаких негативных реакций на то, что касается пяти оболочек и эго.
Иногда Бхагаван Шри Раджниш так делал — у него была ученица еврейка, и он при всех начинал говорить, что она еврейка, что она жадная еврейка, и все её грехи, недостатки, или про какого-нибудь ещё человека. Если человек был в измерении преданности, то он понимал, что это к нему не имеет никакого отношения — это же говорится про какие-то оболочки (коши) чьи-то, это не говорится про Бога и моё состояние в Боге, значит не имеет никакого отношения ко мне. Это можно критиковать сколько угодно, над этим можно смеяться сколько угодно, ничто из этого меня не касается. Если же отождествление есть, то ум возбуждается сразу, он начинает страдать, он начинает переживать обиды и прочее.
Когда вы воспринимаете Бога, несвязанного с пятью оболочками, как абсолютно чистого, как своё единство с Богом, ваши эмоциональные реакции меняются, ваши цепляния уходят, и ваше отношение с окружающими тоже меняется. Это признак того, что даршан божественного, его ануграха в эти аспекты проникла.
Таких прозрений может быть очень много, касающихся различных аспектов, например, совершенство Бога. Бог (Абсолют) — это совершенство, его невозможно улучшить, дополнить, это абсолютная полнота (парипурна). Когда у вас возникает прозревание в эти аспекты, объединение с ними, эти качества зарождаются в вас. Вы по-настоящему понимаете сущность анупайя (сущность недеяния), вы понимаете — улучшить божественную природу невозможно, её усовершенствовать невозможно. Нужно расслабиться и пребывать, отдаваясь на божественную милость. Самая сущность практики созерцания естественного состояния происходит в результате таких прозрений.
Или парипурна (полнота) — божественной сущности невозможно ничего прибавить, невозможно отобрать ничего. Она не нуждается ни в чём. Когда вы прозреваете в это и у вас объединение с божественной сущностью происходит, у вас исчезают желания. Если Бог — это совершенная полнота, а я сам реализовываю с ним единство, то я тоже совершенная полнота, значит я не нуждаюсь также ни в чём, потому что Бог самоподдерживающий себя, он сам себя питает. Он сам себе радость, он сам себе благо, он ни в чём не нуждается. Он сам для себя является опорой, не имея никакой другой опоры.
Если я с ним воссоединяюсь в аспекте парипурна, я сам себя питаю, сам себе радуюсь, я ни в чём не нуждаюсь, сам себя поддерживаю, являюсь сам себе опорой до тех пор, пока я в состоянии единства. Если я выпадаю, конечно, это тоже заканчивается.
«Превосходя и это состояние, он — высочайшее божественное становится космическим божественным, то есть — всем (состоянием осознавания сверх разума — чит сабха). Затем он становится миром истинного сознания, и, наконец, проявляется как всенаполняющее и вечно расширяющееся божественное, в высочайшем состоянии покоя. О золотая вершина! О единая реальность, проявляющаяся как снаружи, так и внутри! О внутренняя правда агам — священных духовных писаний: любви, преданности и почитания! О сладость сахарного тростника, беспрерывно наполняющая свежим ароматом тех, кто открыт для знания твоей великой славы! О щедрый подарок исполняющего желания небесного дерева божественного изобилия (кальпа тару)! О сладкий плод этого древа! О свет гармонии божественной милости, что наделяет неизменным блаженством слова, несущие истину».
Свет божественной милости и единство с саттвой
Свет гармонии божественной милости следует воспринимать как духовный опыт. Когда вы пребываете во внутренней гармонии, в процессе брахма-вичары, созерцании Бога, когда ваша любовь настолько глубока, что вы поглощаетесь ею, у вас возникает особое чистое состояние — переживание чистой саттвы.
Даттатрея считается сведущим в саттвичных состояниях, знатоком и мастером высоких и саттвичных состояний. Если вы почитаете тысячу имён Даттатрейи, там много имён связанных с Даттатреей в аспекте знатока саттвы. Такое глубоко гармоничное состояние — это состояние единства с саттвой. Единство с саттвой — это единство со светом Бога, самым благим, лучезарным и светоносным состоянием. Когда вы с ним соединяетесь, этот свет словно начинает исходить на вас. Откуда он исходит? Нет конкретного направления, откуда он исходит — он исходит изнутри, поскольку вы объединились с этим чистым, саттвичным состоянием как природой Даттатрейи.
«О сияние небес! О бесконечное пространство света, что манифестируется подобно яркому пламени! О высочайшее безграничное и вечное божественное, что находится внутри этого пространства. Ты — великолепие солнца, вечно манифестирующее свет своих лучей и рассеивающее тьму. Он — есть телесная плоть, здоровая жизненная сила, внутренний свет, сознание сердца, блаженство и сладость, подобная мёду, возникающая в сознании. Он — есть время, а также движение сознания за пределами времени. Он награждает плодами истины. Он — форма, качество и внутреннее содержание признаков и символов, проявленных чит-шакти. Он — божественный наставник и Гуру за пределами форм, качеств и определений (таким образом, он является как гуна, так и ниргуна одновременно).
О высшее и универсальное божественное! О великое! О проявление жизни сат-чит-ананды! О собственный материк покоя! О царь, правящий всем этим! О чистое знание! О истинная любовь! О совершенная амрита блаженства! О благожелательная причина! О состояние турья, что является трансцендентным по отношению к причине! О божественный свет — турья-муди — свет постижения вершин сверх разума. О неповторимая гора блаженства, с вершин которой в изобилии нисходит поток твоей милости! О высочайшая истина, проявляющаяся за пределами полного знания, полученного из чистейших Вед! О древняя истина! О жизнь, что проявляется в чистом пространстве мира недвойственности, которая имеет поистине природу света силы осознавания и которая изгоняет темноту прочь! О высочайший владыка сладостного блаженства, что входит и объединяется, а также насыщает сердце, ищущее чистое знание».
Открытие божественного Источника
Когда вы воспитываете в себе веру, преданность к Богу, и у вас возникает привычка к брахма-вичаре (исследованию Бога), вы понимаете, что духовная практика — это дело не только вас одних. Более того, это дело в большей степени божественного Источника, чем вас.
Сначала вы не подозревали о божественном Источнике, но догадывались, конечно — видели богов, слышали слово «Бог», философию изучали, но это всё было поверхностным. Вы считали себя главным актором, участником духовной жизни, духовной практики, и считали, что всё зависит от вас, и полагались на себя достаточно сильно.
Но когда вы подходите к этому моменту, внезапно вы обнаруживаете силу, мудрость, осознанность и свет, настолько вас превосходящий, что вы даже не знаете, как к ней подступиться и как её описать. Понимаете, что все плоды вашей духовной жизни — они в ней, а не в вас, и вы не можете ничего с ней сделать. Вы не можете с ней договориться, подкупить, завоевать, принудить — вообще ничего невозможно, потому что она бесконечно мудрее, бесконечно сильнее, бесконечно тоньше, чем вы.
Момент самоотдачи
Вы её можете только обнаружить как факт, который вам не был виден ясно, а теперь вы увидели. И что вы будете делать? Вы пришли к тому, что вы можете её видеть — вся ваша духовная жизнь нужна была для этого, очень нужна была, все тренировки и практики. Но теперь вы пришли и можете видеть ясно, различать её — что вы будете делать?
Такой вопрос мне задавали: «А что вы будете делать, если перед вами появится мать Кали?» — я спросил: «А что, можно что-то делать?!». Если перед вами появится Даттатрея, если появится Шива, что вы сможете сделать?
Этот момент очень важный в жизни йогина — это момент самоотдачи, момент прапатти-йоги, когда все йоги заменяются одним видом йоги — йогой самоотдачи. Когда такая самоотдача происходит, то божественный Источник поселяется в душе, он проникает в душу своей милостью, и душа растворяется в её милости так, что она становится одним с этим божественным Источником, когда нельзя сказать «это ты», «это я».
Три типа взаимоотношений души и Бога
Есть три типа ведической традиции, описания таких взаимоотношений:
- бхеда (различие)
- абхеда (отсутствие различий)
- бхеда-абхеда (непостижимое единство и различие)
Все эти три отношения души и Бога: я отличен от Бога, я един с Богом до неразличения, и я непостижимо и един с Богом, и отличен одновременно. Все эти три вкуса душа будет переживать в момент такой самоотдачи, когда она придёт к этому.
Естественное пребывание в осознанности означает — я живу в измерении самоотдачи. Высшая стадия присутствия (сахаджа, сахаджа-самадхи) — это жизнь в измерении самоотдачи, жизнь, осенённая божественной благодатью и божественной милостью, когда либо меня как личности нет, либо она есть, но полностью подчинённая. Либо она непостижимо есть, непостижимо едина с Богом, и там, в той части, где она есть, она полностью подчинённая. Там, в той части, где она единая с Богом, там не встаёт никаких вопросов, потому что двойственности нет.


