Брахма-вичара
Ваше знание ограничено. Брахман обладает всеведением и всепроникновением. Например, чтобы сюда прийти, потребовалось усилие. Брахман всепроникающий — это нечто почти противоположное: источник времени и пространства всего сущего, то, что наполняет всё, что живёт, живёт во всём, в каждом.
Кришна говорит: «Сосредоточь свой ум на мне» — то есть постоянно сосредотачиваться на всеведающем, всепроникающем, всенаполняющем, независящем от гун природы, от любых качеств, и исследовать это. Это некий сверхсубъект, сверхобъект — исследовать, понимать, слушать его, воспринимать, анализировать, открываться, пребывая вне концепций, получать передачу бхавы, насыщаться им. Всё это называется Брахма-вичара.
Кришна говорит:
«Ты, Арджуна, слабоват для йоги, для тапаса не годишься, но я от тебя этого и не требую. Если ты поймёшь, что я прошу, ты всего достигнешь. Просто сосредоточь свой ум на мне, постоянно делай это».
То есть постоянно исследуй Брахмана, выполняй Брахма-вичару — вот такой совет он ему даёт.
Пребывание в естественном состоянии — краеугольный камень Учения Лайя-йоги, Сахаджа-стхити. Это то же самое, что исследовать Брахмана особым образом. Брахма-вичара — постоянно быть сосредоточенным.
Дело в том, что если мы пытаемся исследовать Брахмана умом и размышляем: «Он всеведающий», «Он всепроникающий», «Он вне гун» — это аналитическое исследование, начальный уровень. Настоящее же исследование должно быть вне ума: оно прямое, чистым сознанием проникаем глубже и глубже. Вот это и есть настоящее естественное состояние. Сахаджа-стхити и Брахма-вичара — это одно и то же.
«Посвяти свой ум мне, отдай его мне — вот и всё, чего я прошу. Если садхака не может совершить даже этот акт предания себя Господу, я удивляюсь, на что же годна его садхана? Если ты ответишь, что у твоего ума нет силы, я спрошу — откуда приходит сила посвящать себя, как ты делаешь теперь, пустым фантазиям, тщетным мечтам о семье, удаче и славе? Можешь ты направить эту силу на преданность Высшему? Человек с лёгкостью жертвует всем ради пагубных чувственных наслаждений, но возмущается и протестует, как если бы на него падала гора, когда слышит призыв посвятить свои мысли, чувства и действия Всемогущему».
Сила для исследования Брахмана и для воплощения мирских желаний, санкальп, пустых ожиданий и фантазий — одна и та же, то есть работает одна и та же манас-шакти. Здесь важен вектор приложения. Можно эту силу потратить впустую на фантазии, на поиск сиюминутных развлечений, а можно развернуть её в отношении Абсолюта и заниматься исследованием абсолютного — тогда жизнь проходит не зря.
Зачем нам заниматься вичарой, исследованием Абсолютного? Когда мы занимаемся этим, мы приобретаем качества того, что исследуем. Допустим, если мы исследуем Луну, Луна входит в нашу жизнь, в нашу судьбу и определяет её — мы получаем благословение Луны. Если мы долго смотрим на небо, наше сознание расширяется и тоже становится небоподобным. Если мы долго размышляем о Брахмане, мы сами становимся брахманоподобными. Этот закон ещё описан в Упанишадах: о чём ты думаешь, тем и становишься; о чём долго размышляешь, тем и становишься.
Через Брахма-вичару мы воссоединяемся с Брахманом и устраняем неведение. Какая бы практика ни проводилась, она должна проводиться из этого состояния. Можно делать ритуалы, но сами ритуалы — это только игра, манифестация энергии для конкретных целей, для сосредоточения санкальпа-шакти, воплощения вещей. Можно делать асаны, пранаямы — но это тоже манифестация Абсолютного. Самая же сердцевина лежит в Брахма-вичаре. Всё остальное — манифестация этого.
Если же мы упускаем Брахма-вичару и делаем ритуалы, асаны и пранаямы, но ум отвлечён и не сосредоточен, мы забываем самую суть и берём лишь внешнюю оболочку Дхармы. Мы как бы практикуем, но получаем лишь поверхностный результат.
«Спасение, по его мнению, так же дёшево и доступно, как зелень на овощном рынке. Ему хочется избавиться от уз столь же просто, его стремление невелико, но он желает добиться многого. Он более погружается в тамас (темноту невежества), чем в тапас (аскезу). Но он хочет плодов, которые мог бы принести один только тапас. Те, кем движет искреннее желание плода, должны преодолеть все препятствия и соблазны, сомнения и разочарования, и сосредоточиться на мысли о Господе. Тогда Господь не останется в стороне, он дарует такому садхаке состояние единства, описываемое как "Ахам Брахмасми", "Я — это ты, Ты — это Я", "Мы Едины". И садхака будет всегда, без перерыва наблюдать это единство — это называют ананья-бхавой».
Махатма, джняни и сиддх
Вопрос: Арджуна спросил: «Ты говоришь, что эта ананья-бхава, эта ананья-бхакти, постоянное чувство, постоянная преданность, совсем не трудны, и что нет необходимости в больших усилиях. Ты также утверждаешь, что для тех, кто обрёл это, ты легко достижим. Но в чём же именно польза в достижении тебя?»
Кришна улыбнулся на это и ответил:
«Арджуна, какое благо больше, чем это? Эта священная победа делает смертного человека махатмой — великой душой. Ты можешь задать вопрос, какая польза становиться махатмой? Слушай. Махатма намного выше обычного человека. Последний сосредоточен на теле и является дживой, обусловленным существом. Он отождествляет себя с телом и с дыханием, с частным, с волной, поэтому им движут радость и скорбь. Каждое ощущение веселит или печалит его. Он испытывает множество ударов, промежутки покоя сменяются для него порывами бури. Махатма свободен от всего двойственного, он выше, он вне этого, он освободился от отождествления себя с частным. Он во всеобщем, вечном, неизменном, в Брахма-бхаве, в состоянии Брахмана».
Махатма — это понятие, тождественное понятию джняни и сиддха. Путь к становлению махатмой лежит сначала через то, чтобы стать садху. Садху — это тот, кто поставил цель стать махатмой, кто мечтает стать махатмой, кто вырабатывает в себе соответствующие качества и выполняет тапасью, чтобы себя очистить. Внутри нас есть махатма, но его надо раскрыть и очистить, чтобы он проявился, поскольку этому мешают кармы, клеши, судьба, отождествление с телом. Постепенно этот махатма выходит наружу — тогда пробуждается наша Брахма-джняна. Пробуждение джняни — это всегда личный опыт, анубхава. Когда наша джняна набирает силу, мы можем оперировать шакти, энергией — это называется сиддхи, совершенный. Всё это включает понятие махатмы. В противовес махатме есть дуратма. Дуратма — это заблуждающаяся душа, заблуждающаяся джива, та, которая не понимает своего богоподобия и своего пути.
«Он знает, что Атман — неограниченная сущность, он знает, что он превосходит все ограничения, он свободен от осквернения тамасом и раджасом, качествами невежества и страсти. Желания не ослепляют его и не движут им, его сознание чистое, не затронуто привязанностью или ненавистью. У многих, сегодня выдающих себя за таких людей, нет чистоты в сердцах, их сознание загрязнено. Но для чистых сердцем нет более рождения и смерти, они не обязаны приходить на землю вновь. Без достижения такой чистоты ты не сможешь избегнуть круговорота рождения и смерти, как бы многочисленны ни были твои добрые дела, как бы высок ни был твой дух, какой бы славы на небесах ты не добился. Только всегда находящиеся в Брахма-бхаве смогут достичь вечного меня и освободиться от уз, растворившись во мне».
Вопрос: Тогда Арджуна выразил другое беспокоившее его сомнение. Он спросил: «Если это так, почему Упанишады объявляют, что те, кто достигают небес Брахма-локи, не должны рождаться вновь? Объясни, кто именно освобождается от круговорота рождения и смертей?»
Нидидхьясана и самоосвобождение
Итак, качество махатмы — это постоянная погружённость в созерцание Брахмана, в размышления о Брахмане. Когда мы становимся садху, нам это объясняют с самого начала. Когда мы становимся джняни, мы реализуем это в какой-то степени. Когда мы становимся сиддхом, мы реализуем это в большой степени. С самого начала нам следует приучить себя сосредоточить ум на Брахмане раз и навсегда. Такое сосредоточение и есть истинное созерцание.
Сами созерцательные практики — сосредоточение ума на пламени свечи, точке, на дыхании, на движении тела, на санкальпе — это подготовка к некоему великому деланию, они сами по себе не являются самодостаточными, то есть не самоцель. Но они ведут к Брахману с тем, чтобы ум смог раз и навсегда сосредоточиться на Абсолюте. Когда ум утончается, мы можем сделать это через что угодно: через дыхание, через внимательность к действию и телу, через санкальпу. Постепенно ум начинает разворачиваться: на санкальпу он уже не отдаёт столько энергии, санкальпа становится игровой — он отдаёт на неё 15–20%, остальное идёт на Брахмана. Ум распознаёт, что позади санкальпы располагается нечто неописуемое, вечное, всеведущее, всенаполняющее, абсолютное.
Санкальпа — это всего лишь отмычка, которая открывает эту дверь. А когда эта дверь распахивается, там открывается безграничность, ананда, непостижимость (ачинтья), то, что вне гун (три-гунатита), вне времени (кала-тита). И тогда джняни должен обратить на это внимание — на то, что раскрывается за его созерцательной практикой, и сосредоточить на этом целиком весь ум. А санкальпа играет роль поддерживающего якоря.
По мере такого сосредоточения ум очищается и все ложные представления отпадают. Но практикующий должен действовать так, чтобы посвящать все свои дела и все свои переживания этому сосредоточению. Когда он так делает, говорят, он находится в нидидхьясане — непрерывном сосредоточении. И когда его пытаются омрачить беспокойные мысли, соблазны, боль или страдания, а он не теряет этого состояния и всё равно размышляет о Брахмане — говорят, он самоосвобождается, освобождается силой своей внутренней свободы.
Самоосвобождение — это секрет перенаправления сознания с эмоций, мыслей, чувств, внешних объектов на Абсолют. Что-то вы переживаете, вам не нравится или, наоборот, притягивает вас, а вы не даёте уму на этом зациклиться и размышляете о Брахмане или прямо созерцаете Брахмана вне ума. В самом деле, надо подумать: тут такие огромные энергии, такие непостижимые вещи, а мы переживаем из-за мелочей — это очень неравноценно, невыгодно тратить на это время. Вот так думает махатма.
Садья-мукти и крама-мукти
«Арджуна, в Упанишадах упомянуты два типа освобождения: садья-мукти и крама-мукти. Садья-мукти называют также кайвалья-мукти, ведь получив его, незачем добиваться никаких небес. Его достигают сразу, а не постепенно, шаг за шагом».
Очень редко достигают такого мукти. Один из тех, кто достиг его, — это сын Вьясы, Шукадева. Он выполнил абсолютное вознесение, пройдя небеса и исчезнув вместе с телом из физического мира благодаря своей высокой реализации — так что содрогнулись небеса, земля и вселенная. Второй тип освобождения более низкий.
«Всё остальное подвержено изменению. Когда последствия накопленных заслуг исчерпываются, небеса приходится оставить и заново начинается жизнь на земле. Такие души не знают растворения. Только те, кто достигает кайвальи, растворяются и становятся едиными со всеобщим вечным».
Вопрос: «То есть, — прервал его Арджуна, — души, достигшие кайвальи, погибают, не так ли? Или есть разница между растворением и гибелью?»
Здесь Арджуна напугался, поскольку для него растворение (лайя) — то же самое, что и гибель души. Если джива объединится с Брахманом, с Абсолютом, то джива не останется, останется один Абсолют. И многих это волнует: а как же личность, как же джива, душа? Многих растворение пугает, и даже многие философские системы возникли из-за этого страха и непонимания.
- Двайта-веданта говорит: «Нет никакого растворения. Вот джива, вот Бог — всегда будут игры, всегда будет тонкое разделение. Мы вечные частички, мы служим Богу, но никогда не приблизимся и не растворимся. Лучше есть сахар, чем быть сахаром». Так они говорят. Это бхакты, типа вайшнавов, кришнаитов.
- Вишишта-двайта говорит: «Да, мы тождественны, но мы одновременно и различны». И вот эта тонкая непостижимость называется ачинтья-бхедабхеда-таттва — одновременное тождество и различие.
«Нет, Партха, лайя (растворение) не есть насан (гибель). Растворение не есть гибель. Лайя происходит, когда что-то стало невидимым».
Растворение означает полное воссоединение со своим потенциалом — не с чужим Брахманом. То есть Брахман — это не нечто холодное и чужое, хотя уму и эго может так показаться. Это самое близкое, и это воссоединение со своим потенциалом. А этот потенциал бесконечен по многообразию проявления. Если мы захотим, мы можем создать сколько угодно душ, личностей, эманировать сколько угодно аватаров. Нет смысла цепляться за одну дживу, если ты можешь стать творцом джив, если ты можешь создать себя как миллиарды джив, аватаров и тел. Растворяется карма, ограниченная карма, которую мы не контролируем, но не растворяется наш потенциал.
«Это случается при исчезновении вещи — она становится невидима, мы не можем более видеть её. Но разве ты можешь назвать вещь погибшей лишь оттого, что её не стало видно? Нет. Кусок сахара или соли, положенный в воду, исчезает, ты больше не можешь видеть его, но можешь ли ты сказать, что он уничтожен? Или ты скажешь, что он растворился? Он там, вкус свидетельствует об этом. Он потерял форму, но присутствует как его свойство, его гуна. Подобно этому, джива, обусловленная душа, растворяется в Брахмане — она вовсе не гибнет».
Джива только думает, что она джива. На самом деле реальность такова, что нет индивидуальной дживы самой по себе. Есть энергия, называемая джива-шакти, — как игровая манифестация Абсолюта, созданная Абсолютом. Но по своему неведению джива думает, что она нечто отдельное. Это как если бы палец думал, что он есть нечто отдельное, — но палец это часть тела, его манифестация.
И что же растворяется? Не джива растворяется, а растворяется ложное понимание дживой себя как отдельной от Абсолюта, её чувство разделённости. А сама энергия — джива-шакти, её операционная система: читта, манас, буддхи, ахамкара, способность творить тела и всё что угодно — это всё остаётся, но теперь принадлежит другому хозяину: не личности, а Абсолюту. То есть способность к эманациям и манифестациям всегда существует в проявленном.
Например, вы жили и думали, что вы сам по себе, что вы себе принадлежите. А затем вы медитируете, изучаете Дхарму и понимаете, что вы — Божий, вы не сами по себе. И вот это ложное понятие «я свой», «я только один, индивидуально себе принадлежу» — оно уходит. И так же как уходит это ложное понятие, уходит и иллюзия дживы. Но вы всё-таки остаётесь: остаётся ваше тело, ум, память, игровая личность — но теперь всё это имеет характер не кармы, а лилы, игры. Потому что вы понимаете, что всё это — манифестация Абсолюта.
«Если джива не растворилась подобным образом, она в лучшем случае может лишь странствовать между землёй и небесами, на некоторое время получая жизнь на небесах и вновь нисходя на землю для дальнейших попыток освобождения».
Вся сила и слава богов, ангелов, сиддхов — это способность осознать эту истину: растворить индивидуальное эго во всеобщем Абсолюте. После этого они как бы подключаются к глобальному мета-разуму, и из этого глобального мета-разума эманируют шакти, отражающую их черты индивидуальности. Их черты индивидуальности не пропали при растворении, но приобрели игровую окраску — произошло воссоединение. Вся сила, слава и шакти исходят только из этого.
Те же, кто не сумел раскрыть этот процесс, вынуждены черпать силу и славу из своего эго — например, как асуры. Они очень сильно занимаются развитием эго, не понимая, что весь свет эго берёт тоже из Атмана. Поэтому они всегда находятся в неверном толковании реальности. Их слава и сила иссякают, требуют постоянной подпитки и не могут длиться вечно.
Четыре пути к освобождению
Вопрос: Арджуна всё ещё испытывал сомнения. Он спросил: «Кришна, ты говоришь, что небеса, даже высочайшая Брахма-лока, не могут спасти человека от череды рождения и смертей. А как же тогда царский путь к спасению? Хочешь ли ты сказать, что те, которые стремятся к небесам, должны найти удовлетворение лишь в этом и ни в чём большем?»
Кришна отвечал:
«Партха, есть царство, не знающее упадка, царство вне всех этих небес. Многочисленны пути, которыми можно достичь его. Не зная об этих путях или о радостях того царства, человек идёт иными — либо извилистыми, либо приятными путями, он не знает, как различить верный и неверный пути».
Есть такая поговорка: «Все люди ищут приятных путей, но мудрецы ищут правильных путей». Для того чтобы различать пути, нужна вивека — способность отличать истинное, нужное от неистинного, ненужного в жизни.
«Я могу сказать тебе, что есть четыре дороги, которыми теперь идут люди.
Первая — карма-атита — вне карм, не затрагиваемая кармой.
Вторая — нишкама-карма — карма без всякого желания её плодов, карма, не затрагиваемая стремлением к её результатам.
«Третье — сакама-карма — карма со стремлением обрести её результат и наслаждаться им.
Четвёртое — карма-бхрашта — карма, не знающая воздержания и контроля».
Вопрос: «Если я правильно понял, то божественную гордость можно реализовать через Брахма-вичару»?
Да, никаким другим способом её невозможно реализовать. В противном случае это будет не божественная гордость, а личностная гордость — утончённая разновидность гордыни, прикрывающаяся ведантической практикой. Это очень важный пункт. Нужна тонкая вивека, самоотдача, чтобы истинная божественная гордость проявилась — она не имеет ничего общего с чем-то личностным, эгоистичным.
Вопрос: «А вот название "дуратма" — оно в какой-то степени идентично русскому слову "дурак"»?
«Дурр» — общий корень. Дуратма — глупая, заблуждающаяся душа. Есть корни, оканчивающиеся на «к»: севак (служитель), панчака (пятеричность). «Дурак» — значит буквально, если передать: глупящий, блудящий.
Вопрос: Что же в конечном счёте лишается перерождения при Просветлении? Что именно перестаёт перерождаться, и что такое жизнь в Абсолюте?
В перерождении рождается джива — индивидуальность.
Вопрос: «Поскольку эти перерождения прекращаются — что же остаётся»?
Остаётся «Брахма ахам бхава» — чувство тождества с Абсолютом — и способность этой «Брахма ахам бхавы» манифестировать в себя без перерождения. Можно сказать так: сейчас мы — индивидуальность, попавшая в ловушку, закапсулированная временем, пространством, телесностью. Некуда деваться: вот тело, надо жить. Освобождение — это когда тонкая часть нашего «Я» из этой ловушки выходит и никогда уже больше в неё не попадёт. Эта часть становится мета-разумом, распространённым в пространстве и времени, самодостаточным, ни в чём не нуждающимся. В сердцевине этого мета-разума — единство с Брахманом, «Брахма ахам бхава».
Этот мета-разум может послать аватару, манифестировать иллюзорное тело, создать локу; он скользит по коридорам времени и вероятности, он вне причин и следствий, вне кармы — в лиле. Он не перерождается. Если он захочет получить игровой опыт, то просто создаёт иллюзорное тело божества или человека, но сам никогда уже не покидает своего состояния. Это происходит по его личному намерению в качестве игры — просто игра. Таким образом, джива превращается в мета-разум. И этот мета-разум называют сиддхи, дэваты.
Вопрос: «То есть получается, это уровень божества — своего рода суперджива»?
Суперджива. Махатма — это и есть суперджива, великая душа. Говоря более наукообразным языком, наше сознание, наш разум становится единым коллективным мета-разумом. Допустим, есть коллективный разум у некоторых существ — крыс, насекомых, пчёл: рой. Много тел, но один разум управляет ими. Он умнее одного существа, может предвидеть будущее, управляет этими стадами. Эти существа — его иллюзорные тела, а сам он — мета-разум. На более высоком уровне, если представить состояние дэваты, он может раскидать все свои тела и аватары по всей вселенной. Сам же он ими не связан и никогда не покидает своей природы, даже когда создаёт тела. Суперджива. И сила этой супердживы кроется в «Брахма ахам бхаве» — в непокидании единства с Абсолютом.
Рекомендации по практике ритрита
Кто желает, можете завтра выполнять практику. Не каждый раз в Гималаях можно проходить ритрит. Я могу порекомендовать следующее расписание.
Взять простую формальную практику по плану: одна часовая сессия и получасовая сессия ходьбы в созерцании. Итого в день — 3 сессии по 1,5 часа, то есть 4,5 часа практики. Остальное время — свободное, любая практика на выбор.
Первая сессия: Брахма-вичара и аналитические медитации
Чередовать Брахма-вичару с аналитическими медитациями над логическими схемами Учения. Например:
- «Четыре осознанности»;
- шравана, манана, нидидхьясана;
- формула: «мир погрузить в индрии, индрии в манас, манас в буддхи, буддхи в Атман»;
- формула: «авидья, асмита, рага, двеша, абхинивеша».
Можно выбирать какую-то одну формулу и глубоко анализировать её — как всё происходит — и чередовать с Брахма-вичарой. Например: помедитировали 45 минут Брахма-вичару, ум уже не сосредотачивается — переходим на аналитику. Аналитическое размышление над формулами Учения даёт уму большую концентрацию, ясность и понимание Учения. Самое простое: шравана, манана, нидидхьясана — что они значат и как их применять в жизни?
После сессии — ходьба 30 минут с выбранной санкальпой (чанкраманам).
Вторая сессия: мантра-йога
Мантра-йога — один час, затем снова ходьба 30 минут.
Третья сессия: шамбхави-мудра
Использовать окружающее пространство для интеграции. После шамбхави-мудры — ходьба 30 минут.
Здесь можно выбирать разные виды шамбхави-мудры, в том числе вводные упражнения. Одна из таких практик: на вдохе представляем маленький светящийся «Ом», на выдохе — как он уходит от нас далеко в пространство, на вдохе — втягиваем его обратно. Постепенно мы всё больше и больше увеличиваем его — словно на ниточке — до тех пор, пока он не дойдёт до гор, до самого горизонта. Вместе с этим «Ом», входящим и выходящим в дыхании, сознание расширяется. Когда оно достаточно расширилось — просто замираем и выполняем шамбхави-мудру.
Итого три сессии: Брахма-вичара с аналитикой; мантра-йога; шамбхави-мудра. В перерывах — ходьба с выбранной санкальпой: «Атма-вичара», «Сон» и другие базовые санкальпы. Остальное время — любые практики, в которые получали передачи: работа с энергией, асаны, пранаямы или просто отдых.


