Намасте!

Монашество как высший путь к духовной силе и Освобождению

22.05.2026
0 мин. чтения
0
Поделиться
Монашество как высший путь к духовной силе и Освобождению

Комментарий к тексту «Сутра о мудрости и глупости». Глава 15: «Похвала достоинствам монашеского состояния»

Сила монашества и его значение для традиции

«Тот, кто вступает в монашество, обретает чрезвычайно много благих заслуг. Тот, кто разрешит сыну или дочери, слуге или кому-нибудь ещё вступить в монашество или сам вступит в монашество, становится обладателем неисчислимых благих заслуг».

Там, где есть монашество, есть духовная сила. Там, где нет монашества, всё поверхностно. Сила традиции, сила организации заключается в том, есть ли там аскеты, монахи — тапасви, тапас. Если есть монахи, значит, и миряне будут практиковать тапас. Будет тапас у монахов, тапас у мирян — будет духовная сила.

Особый уклад жизни, особый образ жизни, особые правила, особые отношения, отрешение от мирского, смирение, послушание, возведённое в культ, настоящая, не игрушечная борьба с эгоизмом — всё это монашество, всё это сила.

Тем, кто является монахом, надо ценить этот статус и нести его достойно всю жизнь. Потому что как только ты стал монахом, ты практикуешь не только для себя — на тебя смотрят другие, миряне, ты их надежда, и ты должен оправдать надежды. На тебя смотрят другие живые существа, у которых есть кармическая связь только с тобой, которых ты в будущем должен освободить силой тапаса. У каждого есть группа живых существ, которые имеют связь только с вами — может, они сейчас в нижних мирах, в адах, в телах животных, в мире людей — и только вы, достигнув святости, можете их вытащить оттуда. У других будд, святых, учителей, монахов нет с ними связи вообще: они их не знают и никогда не встретят.

Истинная цель садху: выход за пределы сансары

«Благая заслуга совершившего даяние позволяет ему в течение десяти рождений наслаждаться богатством или в божественных обителях непрерывно возрождаться».

Когда мы жертвуем на дхарму, это возвращается всегда стократно, многократно. Смысл нашей жизни в этом мире — не просто что-то делать и накапливать заслуги. Наш смысл жизни — освободиться от сансары, войти в другую жизнь. Не сделать эту жизнь более гармоничной, счастливой и удачной, а освободиться от сансары вообще. И даже не родиться в райских измерениях — это может быть лишь промежуточной инстанцией — а освободиться от сансары полностью. Всё это сансара: шесть миров сансары, наша Земля и Вселенная — это сансара.

Цель садху — не устраиваться в этой жизни комфортно. Как промежуточная цель, в поведении это можно понять: надо делать жизнь удобной и защищённой. Но это относительная, временная цель. Истинная же цель, которую мы взращиваем в глубине души, — это выход в чистое измерение: сначала в чистую саттву, в состояние Ишвары, Бога-творца, Владыки Вселенной, в единстве с ним, Бхагаваном Даттатрейей. А затем — выход даже за пределы саттвы, в состояние Брахмана, где нет ни саттвы, ни раджаса, ни тамаса.

Это означает, что Дхарме нужно не то, чтобы что-то поднести, а что-то себе оставить. Дхарме нужно подносить всё, самого себя полностью. Не «я подношу Дхарме что-то», а «я весь предаю себя Дхарме» — тогда Дхарма благословит. Вот такой дух делает нас полностью преданными Дхарме.

Ценность раннего вступления на духовный путь

«Но несравнима по величине своей благая заслуга того, кто разрешит вступление в монашество или сам в него вступит. Почему так? Потому что благая заслуга совершившего даяние исчерпывается, имеет конец. Благая же заслуга вступившего в монашество неизмерима, бесконечна».

Если бы я родился в семье, зная, что уже в это время есть монастырь, обладая взрослым разумом, я бы, конечно, попросил родителей отвести меня лет в четыре в монастырь и сделать монахом, если бы это было возможно. Чем раньше мы вступаем на духовный путь, чем раньше начинаем тапас, тем благоприятнее для духовной жизни. Мы можем заложить основы для Освобождения в этой жизни.

Поскольку всё в этом мире временно и непостоянно, следует прямо сейчас начать практику, не откладывая её. Потому что когда в будущем таттвы начнут разрушаться, а ум придёт в смятение, если ты не достиг духовного уровня — в снах придут дурные знаки: закатывающееся солнце и луна, демоны, отбирающие жизненную силу — уже будет не до практики. Будешь думать только о том, как сохранить свою жизнь и устранить препятствия. Именно так происходит с неверующими людьми, которые при жизни не задумываются о непостоянстве и тратят своё время на пустые развлечения.

Монах почему становится монахом? Потому что он очень глубоко задумывается о четырёх осознанностях. Задумавшись однажды, он не отпускает эту тему, идёт прямо, не сомневаясь и не колеблясь, подобно рогу носорога. Даже если у него ещё не выработаны все качества. То же самое относится к практикующему карма-саньясину.

Монашество и четыре ашрама: путь к саньясе

«Если благая заслуга соблюдающего нравственные запреты позволяет стать риши, обладателем пяти видов трансцендентных способностей, или пользоваться радостями высокого мира Брахмы, то благая заслуга вступившего в монашество уму непостижима и не может она иссякнуть вплоть до перехода в Нирвану».

Очень благоприятно в конце жизни каждому принять обеты монаха — даже если он не монах — после шестидесяти лет и удалиться в затвор. Это самый правильный путь. В традиционном ведическом обществе, когда вырастали дети, когда они женились и выходили замуж, когда были решены все материальные вопросы, грихастха к шестидесяти годам менял свой статус на ванапрастху, удалялся от дел, шёл в лес и медитировал — один или вместе с женой — и посвящал свою жизнь медитации. Когда он в лесу некоторое время укреплял свой дух и способность к медитации, и вайрагья в нём возрастала, он из ванапрастхи становился саньяси — принимал саньясу, полное отрешение. У него уже не было никаких обязанностей, кроме медитации, санкальпы «Ахам Брахмасми» и пребывания в воззрении. Он мог только ходить, жить на подаяние и медитировать.

Смысл саньясы — полностью стать свободным, отрешиться от всего, сосредоточиться только на медитации. Это очень важно. Не всегда бывает возможно человеку стать саньяси из-за обязанностей, семьи и детей, но он должен понять дух вайрагьи и дух отречения и быть саньясином внутри. Не всегда есть возможность быть монахом снаружи. Те, кто стал — это их заслуга, хорошая карма. Но даже если нет такой возможности, надо впитывать эти качества в свою жизнь изнутри и учиться быть монахом внутри. Антар-вайрагья, антар-тапасья — внутреннее отречение, внутренняя аскеза.

Несравненная заслуга монашества

«Благая заслуга того, кто построил ступу из семи драгоценных материалов, которая возвышается до обители тридцати трёх божеств, ни в коей мере не может спорить с благой заслугой вступившего в монашество.

Почему так? Потому что и ступу из семи драгоценных материалов могут разрушить злонамеренные глупцы. Благую же заслугу вступления в монашество разрушить нельзя. Так, если один искусный врач исцелит глаза ста слепых и вернёт им зрение или если сто человек должны быть ослеплены, а некто могучий спасёт их от опасности ослепления, то благие заслуги этих двух людей, хотя и безмерны, но всё же они не могут ни в коей мере спорить с благой заслугой разрешившего вступление в монашество или того, кто вступил в монашество. Почему так? Потому что глаза, подаренные теми двумя людьми, ограничиваются видением лишь мирских благ и радостей. К тому же природа телесных глаз есть природа, подверженная уничтожению. Если же разрешишь другому вступить в монашество или сам в монашество вступишь, то, наставляя и ведя другого, к концу кальпы мира живых существ обретёшь несравненный глаз мудрости. Природа же глаза мудрости такова, что он не уничтожается с концом кальпы».

Если вы будете близко общаться с Гуру, просить Его давать самых радикальных наставлений — знайте: всё для вас окончится многими годами тёмного ритрита, полным отречением, всеми опытами, Просветлением и Освобождением. Но знайте: Гуру не сразу даст вам такие наставления, вам не удастся просто так получить их. Вам надо будет проявить себя, потому что вы не сможете сразу их выполнить, и долгое время Гуру будет прятать их от вас, будет говорить: «Всё нормально, практикуй, нормально». Если человек спрашивает: «Гуру, жениться мне или нет?» — Гуру скажет: «Женись! Если бы ты был готов, ты бы уже этого не спрашивал».

К Бхагавану Шри Раджнишу пришёл человек и задал подобный вопрос. Он сказал: «Женись». Этот человек сказал: «Но Вы же не женились». Он ответил: «Так я ни у кого и не спрашивал».

Дело в том, что у вас есть кармы, и эти кармы должны быть очищены. Вы не можете практиковать вайрагью, пока не очистите эти кармы. Вайрагья должна приходить естественно, как зелёный листок становится жёлтым и сам отпадает. Но нацеливаться на неё надо, настраивать свой ум надо.

Раньше я проповедовал очень радикально, и тогда многие люди сердились на меня, потому что мать уходила от семьи, жена уходила от мужа, и многим это не нравилось. Они не могли понять, что жена непостоянна, муж непостоянен, мать непостоянна, дети непостоянны. Это всё иллюзия, этому не надо придавать большого значения. Тебе повезло — ты встретился с Дхармой. Ты можешь силой своей реализации семь поколений вперёд и назад на небеса поднять. Не так уж важны эти связи в этой жизни. Ты можешь вообще всю сансару очистить. Это большая заслуга, большая удача.

Но потом я прекратил так делать. Вам надо понять радикализм Гуру. Радикализм Гуру глубоко спрятан. Если вы глубоко приблизитесь к нему, вы это увидите. Но мы живём в социуме, в определённой мирской светской культуре, правители наши — не садху и не саньясины, общество — не садху, они не могут понять радикализма садху. Есть определённый культурный слой, в котором мы можем жить. Но истинный садху, истинный Мастер всегда обладает великим радикализмом — в том смысле, что он ни на секунду не поддерживает сансарное кармическое видение. Он живёт в другой, трансцендентной обители. Но чтобы получить шактипат, даршан этого радикализма, надо быть готовым, надо измениться, очиститься, чтобы подойти к этому даршану.

Монашество как путь к Освобождению: ответственность и духовный рост

«Вместе с тем благодаря подобной благой заслуге будешь беспрепятственно наслаждаться сколь угодно неисчерпаемыми благами в мире богов и людей до тех пор, пока, в конце концов, сам не станешь буддой. Почему так? Потому что дхарма вступления в монашество делает бессильным сонм мар и причисляет к сонму будд. Вместе с тем она уничтожает грехи и устраняет неблагие дхармы, а благие дхармы порождает. Она очищает от грехов и скверны, порождая деяния, ведущие к накоплению несравненных благих заслуг. Поэтому Победоносный говорил: «Благая заслуга вступления в монашество выше горы Меру, глубже моря и обширнее небесного пространства»».

Это великая заслуга, потому что монашество заканчивается тапасьей, монашество заканчивается Освобождением и Просветлением — если это правильное монашество. Если монашество неправильное, оно может тоже плохо кончиться: нарушенными самайями, апарадхами, даже падением в ад. И такое бывает в жизни. Поэтому, идя в монахи, мы должны взять на себя великую ответственность за следование своим принципам, за соблюдение духа монашества, клятв, обязательств, самайи — особенно самайи. За следование своему Мастеру. Если мы всё правильно делаем, монашество обязательно приведёт к Освобождению и Просветлению. За самовоспитание, за очищение себя от самскар.

Монашество подобно тому, как вы пересели с велосипеда на гоночный автомобиль. Если вы едете на велосипеде, можно отвлекаться, даже ездить без рук. В детстве я любил ездить без рук — так шиковать, ещё и глаза закрывать. Но если вы садитесь на гоночный автомобиль, он едет очень быстро — триста километров в час — и нужна очень большая внимательность, концентрация. Можно приехать очень быстро, но можно и сильно вывернуть, выбросить в кювет. И любая интенсивная практика — монашество или аскеза — это езда на гоночном автомобиле с большой скоростью. Это значит большие требования: внимательность, соблюдение инструкций, правила эксплуатации автомобиля — тогда ты доезжаешь.

Монашество, если это правильное монашество, ведёт к тапасу, тапас ведёт к самадхи, самадхи ведёт к Просветлению, Просветление ведёт к Освобождению, Освобождение ведёт к становлению джняни, становление джняни ведёт к становлению сиддхом, становление сиддхом ведёт к становлению богом, божеством, деватой, избранным — когда мы превращаемся в своё избранное божество, Даттатрейю. Шиваиты превращаются в Шиву. Последователи Вишну и Кришны обретают облик своего избранного божества. Становление божеством приводит к рупа-самадхи, самадхи чистейшей формы — сарупья-мукти. Салокья-мукти ведёт к проживанию в том же мире, где живут другие божества. И наконец — к полному кайвалья-сарупья-мукти, полному слиянию с Абсолютом, с Ишварой.

Монашество ведёт к полному пробуждению, потому что год от года монах вырабатывает в себе качества. Придя в монахи, человек сразу не готов выполнять суровую садхану, суровую тапасью и получать опыт самадхи. Он должен воспитывать себя, обучаться длительное время — не сразу. Не надо иметь ожидание, будто ты придёшь и на втором году войдёшь в самадхи, через три года станешь просветлённым и так далее. Это иллюзии, достойные ребёнка. Так не бывает.

Монах годами воспитывает себя, усмиряет себя, сталкивается с множеством трудностей, о которых он даже не подозревал в мирской жизни. Но он обретает мудрость, опыт и становится истинным садху после первых двенадцати лет. И вот следующие двенадцать лет — это время истинной садханы, когда можно глубоко сосредоточиться на практике и воспользоваться всем тем, чему тебя научили в первые двенадцать лет.

Но когда вы учитесь, вы должны по-настоящему измениться, вы должны изменить черты своего характера, очистить привязанности, устранить клеши:

  • Кто был недоброжелательным — должен научиться общаться дружелюбно.
  • Кто был болтливым — должен научиться соблюдать мауну.
  • Кто был в миру привязан к противоположному полу — должен обрести вайрагью, вайрагью, вайрагью...
  • У кого была тенденция к лени — должен обрести несгибаемую волю.
  • Кто привык осуждать других, судить, рядить, нечисто высказываться — должен пресечь в себе эту тенденцию и изменить её на постоянную похвалу.
  • Кто недолюбливал других — должен научиться любить других, радоваться другим, сострадать.
  • Кто был эгоцентричен — должен по-настоящему научиться обменивать себя с другими и заботиться о других больше, чем о себе.

Это большая духовная работа, но именно такой подход делает мирского человека настоящим садху, настоящим монахом.

Препятствие монашеству как тяжкий грех. Путь садху для всех

«Если кто, помешав или воспрепятствовав вступлению в монашество, не позволил такому желанию осуществиться, то он совершил тяжкое греховное деяние. В результате подобного злого деяния человек как бы уходит в темноту, где ничего не видно, и попадает в полный мрак ада кромешной тьмы».

Монашество — это, я бы сказал, общий термин для безупречного садху. В какой-то степени, пока вы в монастыре, вы все монахи. Те, кто носит белое: брахмачари, карма-саньяси — вы тоже ориентируйтесь в это русло. Есть разные статусы — брахмачари, кандидат, послушник, монах, монах-свами — но всё это одна семья садху, которая выбрала свой путь к божественным существам, Освобождению и Просветлению.

Это радикальный путь, когда надо много менять себя, много выполнять садханы, много выполнять тапасью, освобождаться от привязанностей и стереотипов мирского общества. Мы очень сильно состоим из стереотипов мирского общества. Стереотипы мирского общества, магия социальных установок, потребительская и материалистическая культура очень глубоко проникли в наше сознание, потому что вся наша жизнь была воспитанием в определённом русле.

Становясь на путь садханы, на путь монаха, мы должны выработать в себе другую культуру — культуру садху, посмотреть на мир глазами садху. И когда мы посмотрим на мир глазами садху, мы увидим, что садху видят мир совершенно иначе. Всё, что мы думали — было неправильно. Может, в той системе координат, в той системе ценностей, которая связана со светской жизнью, это и было правильно, но с точки зрения садху всё это было неправильно, всё было бессмысленно, всё было бесполезно. У садху другое мировоззрение, и за первые двенадцать лет обучения это тоже надо глубоко в себе понять.

Дхарма и правильный путь

В 1997 году, читая лекцию, я столкнулся с вопросом: «А поможет ли йога стать богатым, жить гармонично?» Я ответил: «Пожалуй, нет. Она поможет понять бессмысленность многих вещей».

Цель духовной жизни — действовать не так, как нам нравится, а как правильно. Все люди ищут приятные пути, только мудрые ищут правильные пути. Приятные и правильные сначала не всегда совпадают. Но когда мы вступаем на правильный путь, правильный путь — Дхарма — всегда является счастьем, абсолютным, не мирским счастьем.

Все люди ищут приятного, ищут счастья, ищут радостного, но только мудрецы ищут правильного. Правильное — это Дхарма, неправильное — это адхарма: то, что соответствует вселенским законам, и то, что не соответствует. Часто эгоистичному человеку приятно и нравится то, что не соответствует вселенским законам. Дхарма — это всегда то, что проявляет божественные законы, соответствует вселенским законам. Закон вселенной очень глубок и неоднозначен. Вступая на путь садху, мы клянёмся, даём обет постигать этот закон и жить по этому закону, не отклоняться от него.

Подобно тому, как все реки и ручьи стекаются в море, так и после такого злого деяния все грехи собираются на теле твоём. Подобно тому, как огонь, появившийся в конце кальпы, сжигает без остатка гору Меру, так и огонь ада живых существ сжигает такого грешника без остатка. Если разрешить другому вступить в монашество или самому вступить в монашество, то благая заслуга от этого является чрезвычайно великой. Вступление в монашество означает омовение всей греховной скверны чистейшей водой священных книг, полное пресечение страданий сансары и является одной из причин вхождения в Нирвану. Кто стопами, веру принявшими, шествует по чистейшей почве религиозных нравственных запретов, отверстым глазом Дхармы различает благо и зло мира, по желанию своего сердца идёт благородным восьмеричным путём, тот достигнет града Нирваны. Поэтому у старого ли, у молодого ли, вступившего в монашество или другим разрешившего в монашество вступить — благая заслуга за это суть величайшая из великих.

Монашество как путь полного посвящения

Монашество — это конкретная практика, путь к Богу, который идёт без ограничений, без отвлечений. Допустим, есть спортивная команда, которая тренируется и играет как любители, а есть команда профессионалов. Тренер команды профессионалов даёт установку тренироваться трижды в день, чтобы стать олимпийскими чемпионами. Нагрузки больше и требования больше, но и результаты гораздо выше.

Вступив в монашество, мы должны быть требовательны к себе. Когда нам хочется поговорить на мирские темы, у нас внутри должен проснуться внутренний цензор, внутренний страж Дхармы, и задать вопрос: «А не потеряю ли я свой путь, говоря на эти темы? Не потеряет ли путь другой человек, слушая эти слова? Не лишние ли это слова для монаха?» И только проанализировав трижды, надо говорить обдуманно.

Решив что-то сделать, надо спросить себя трижды:

  • «Не потеряю ли я свой путь как монах, как тот, кто хочет стать монахом?»
  • «Не потеряет ли свой путь другой, кто тоже хочет стать монахом, из-за моих поступков?»

И только трижды утвердительно ответив своему внутреннему стражу Дхармы, нужно что-то делать. Если у вас возникают мысли, вы таким же образом должны спросить: «Не потеряю ли я свой путь как монах из-за этих мыслей? Не потеряет ли свой путь другой из-за этих мыслей? Не принесёт ли ему каких-либо страданий?» И только затем думать.

Если вы так будете спрашивать, вы увидите, что в монашестве позволительно думать только чисто: восхвалять, благопожелать, желать здоровья и счастья другим. Хулить, критиковать, завидовать, обижаться — нельзя, потому что так теряете свой путь и другие теряют свой путь. В монашестве это запрещено. Говорить можно только чисто: восхвалять других, благопожелать, а злые и обижающие слова запрещены. Совершать можно только благие поступки. Поступки, которые отвращают другого от Дхармы или приносят другим беспокойство, совершать тоже нельзя. Всё, что из нас исходит, должно быть чистым, осмысленным, благоприятным для Дхармы.

Самоконтроль как основа монашеской жизни

Сама жизнь в такой обстановке — это жизнь постоянного самоконтроля, потому что у ума есть две тенденции: первая — подкидывать греховные идеи, вторая — постоянно их изощрённо оправдывать. Таково его свойство. И чтобы жить в таком потоке чистых проявлений тела, речи и ума, нам придётся быть очень внимательными, очень бдительными, полностью перестроиться, всегда следить за собой — утром, в обед и вечером.

Вначале садху кажется очень трудно это, потому что его ум постоянно генерирует, постоянно что-то хочет излучать. Это излучение — это карма. Надо этот ум постоянно хватать за руку, ловить его — ловить на слове, на действии, на нечистой мысли. Это кажется очень обременительным. Но потом постепенно мы привыкаем, взращивается самоконтроль. Это и есть начало подлинной практики усмирения ума. Мы должны усмирить ум, усмирить эго.

Ваша медитация — не ради медитации, она ради усмирения ума. Ваше созерцание, ваше осознавание — не ради самого осознавания, а ради очищения от клеш и усмирения ума. Созерцание должно вести к очищению. Если оно не ведёт к очищению — это неправильное созерцание. Медитация должна вести к усмирению эго и очищению. Если она не ведёт — это неправильная медитация.

Наша медитация проверяется в повседневной жизни: как мы проявляемся, как мы ведём себя, как мы говорим, как мы думаем, как трое наших врат — тела, речи и ума — проявляются. Если из человека исходит благое: чистые мысли, чистые слова, чистые поступки, — то значит, медитация успешна.

Если мы правильно воспитываем себя на духовном пути, мы через некоторое время становимся радостью сангхи, восторгом сангхи, гордостью сангхи, достоинством сангхи. Если же мы становимся головной болью сангхи, зубной болью сангхи и ещё какой-нибудь — значит, мы неправильно воспитываем себя, мы что-то постоянно забываем и нам надо обратить на это внимание. Критерий таков: другие становятся минимум спокойными и радостными в нашем присутствии, а максимум — вдохновлёнными, пробуждёнными, уверовавшими.

История о домохозяине Пэльке

В то время Победоносный, находясь в Раджагрихе, пребывал в роще Венувана, где обитают птички календаки. Один столетний домохозяин по имени Пэльке, услыхав, сколь неисчислимы достоинства вступления в монашество, подумал, почему бы и ему не вступить в монашество, и сказал своей жене, своим детям и слугам: «Я вступлю в монашество». Поскольку тот человек был очень стар и лишь докучал своим домочадцам, которые считали его совершенно бесполезным, то последние, услышав, что он выразил желание вступить в монашество, очень обрадовались и сказали: «Вступай скорее, наступило как раз подходящее время».

Тогда домохозяин покинул дом и пошёл в рощу Венувана просить Победоносного принять его в монашество. Придя в рощу Венувана, он спросил у монахов: «Где пребывает великомилосердный Будда Победоносный, широко творящий полезные дела для богов и людей?» Монахи ответили: «Будда Победоносный ушёл в другое место, чтобы творить пользу для многочисленных живых существ». Тогда домохозяин спросил монахов: «Кто из великих учителей, окружающих Будду, самый знающий и самый мудрый?» «Достопочтенный Шарипутра», — ответили ему монахи. И домохозяин пришёл к Шарипутре и, отбросив посох, поприветствовал его, сказав: «О, достопочтенный, прими меня в монашество».

Достопочтенный Шарипутра окинул взглядом домохозяина и подумал: «Поскольку этот домохозяин очень стар, то он не сможет ни Учение постигать, ни практиковать самадхи, ни выполнять обязанности члена монашеской общины». И, подумав так, Шарипутра сказал: «Иди-ка ты отсюда. Ты слишком стар, время твоё прошло, и ты уже не годишься для монашества».

Пошёл тогда домохозяин к архатам Махакашьяпе, Упали, Анирудхе и другим и просил их принять его в монашество. Но те вопрошали: «Обращался ли ты ранее к кому-либо с просьбой принять тебя в монашество?» «Я просил достопочтенного Шарипутру», — отвечал им домохозяин. «И что же он ответил?» «Он сказал, что я слишком стар, время моё прошло, поэтому я не гожусь для монашества». Тогда монахи сказали: «Поскольку самый знающий и самый мудрый Шарипутра не принял тебя в монашество, то и мы не можем принять. Так, если искусный врач, сведущий в способах лечения, осмотрев больного, не берётся его лечить, то заурядные врачи и подавно лечить не станут, так как больной, несомненно, отмечен знаком смерти. Коли уж мудрый Шарипутра отказал тебе в монашестве, то и другие монахи не дадут дозволения».

Тот домохозяин, не получив разрешения монахов на вступление в монашество, покинул рощу Венувана, сел на пороге и громким голосом начал горестно вопить: «С самого рождения я не совершил ни одного большого греха, почему же мне не позволяют вступить в монашество? Такой, как Упали, происходящий из брадобреев, подметальщик и уборщик нечистот, такой, как Атапа, убивший пропасть людей, такой, как Асека, дикарь и свирепый человек, — все они обрели монашество! Какой же грех совершил я, что меня в монашество не принимают?»

Тогда подошёл к нему Победоносный и явил воочию тело своё, блистающее яркими лучами и украшенное символами божественной красоты. «Почему ты так горестно вопиешь?» — спросил Победоносный у домохозяина. Услышав голос Победоносного, который был подобен сладкозвучному голосу Брахмы, домохозяин несказанно обрадовался, как радуется сын, увидев мать. Он пал на землю, поприветствовал Будду и сказал: «Если такие живые существа, которые людей убивали, над людьми насмехались, лгали и клеветали, монашество обрели, то какой же грех совершил я, что мне не разрешают вступить в монашество? Мои домочадцы говорят, что я стал к старости докучлив и не нужен. Если меня в монашество не примут и я вернусь домой, то меня не пустят в мой собственный дом. Поэтому не будет у меня места, где голову преклонить, и я здесь же немедля расстанусь с жизнью».

Тогда Победоносный спросил домохозяина Пэльке: «Кто решился, подняв руку к небесам, определённо сказать: этот может вступить в монашество, а этот не может вступить в монашество?» Домохозяин ответил: «Наимудрейший из окружения Победоносного — вселенского владыки, вращающего колесо Учения, следующий по величию после Победоносного, направитель мира Шарипутра — не принял меня в монашество».

Тогда Победоносный в великом милосердии своём утешил домохозяина ласковыми словами, какими утешают родители своего горячо любимого сына, и сказал ему: «Не печалься, я приму тебя в монашество. Шарипутра — это не тот, кто на протяжении трёх неизмеримых кальп с усердием занимался аскезой и за сто кальп обрёл благую заслугу. Шарипутра и не тот, кто во всех рождениях совершал труднейшие деяния, позволяя главу себе отсечь, вырвать глаза, кости и костный мозг вынуть, срезать мясо с тела, кровь свою выпить, кожу содрать, ноги, руки, уши и нос отсечь и всё это в дар преподнести. Шарипутра и не тот, кто отдал своё тело тигрице, в огненную яму прыгнул, в тело воткнул тысячу гвоздей, вставил тысячу светильников. Не тот также Шарипутра, кто в начальной неизмеримой кальпе восемьдесят тысяч будд чтил, в срединной неизмеримой кальпе девяносто девять тысяч будд чтил, в конечной неизмеримой кальпе сто тысяч будд чтил, а, в монашество вступив, практиковал и достиг буддства. Только я являюсь властелином Учения, поднятым шестью парамитами, облачённым в броню терпения, восседающим на алмазном троне под деревом бодхи, покорившим злых мар и ставшим воистину Буддой. И нет, таким образом, равных мне в просветлённости. Поэтому следуй за мной, и ты вступишь в монашество».

Так Победоносный всячески ободрял домохозяина, и скорбь того утихла, и он, очень довольный, последовал за Буддой в храм. Там Победоносный сказал великому Маудгальяяне: «Прими этого домохозяина в монашество».

Кармическая связь и посвящение в монашество

Почему всё так случилось? Дело в том, что живое существо может посвятить в монашество только тот, кто имеет с ним причинно-следственную связь. Имеющий причинно-следственную кармическую связь с Буддой не может быть посвящён в монашество другим. Имеющий же кармическую связь с другим — Буддой не может быть посвящён в монашество. Имеющий кармическую связь с Шарипутрой не может быть посвящён в монашество Маудгальяяной, Кашьяпой, Анирудхой или другими учениками Будды. Таким образом, никем, кроме того, с кем имеешь причинно-следственную связь, не можешь быть посвящён в монашество.

Маудгальяяна тоже подумал: «Этот домохозяин стар, и он не может ни священные тексты наизусть заучивать, ни практиковать дхьяну, ни выполнять обязанности члена монашеской общины. Однако царь Дхармы — Победоносный — повелел мне принять его в монашество. Поэтому в силу устава нельзя отослать домохозяина обратно». Подумав так, Маудгальяяна посвятил старца в монашество и принял от него обеты. Человек этот в предыдущих рождениях уже породил основу для своего духовного освобождения. И то, что его зацепил железный крючок Учения, было так же неизбежно, как быть на крючке рыбе. Поскольку этот человек и основу для своего духовного освобождения породил, и массу благих заслуг накопил, то днём и ночью усердно прилегая, он научился читать и произносить наизусть слова священных книг, воспринял и постиг Сутра-питаку, Виная-питаку и Абхидхарма-питаку.

Ступени духовного пути

В монашество следует стремиться так же, как этот домохозяин Пэльке. Если же нет возможности стать монахом, надо стремиться к состоянию брахмачари. Если нет возможности быть практикующим брахмачари, надо стремиться к карма-саньяси. Если нет возможности стать карма-саньяси, надо практиковать в том статусе, в котором ты есть. Но если нет возможности практиковать, то уже не поможет ничего.

Гуру
Дхарма
освобождение
тапас
Сансара
вайрагья
монашество
садху
кармическая связь
divider
i
Этот материал доступен по подписке
Откройте для себя сотни часов эксклюзивных материалов, которые поддержат вас на пути духовного роста. Ваша подписка — это мгновенный доступ.
Ваша поддержка помогает распространять духовные знания на благо всех существ.
Статьи
Видья AI
Поиск
Лекции