Результат форматирования
Мотивация и время (Маха-Кала)
Нас сюда привела определённая мотивация, и мы должны вспомнить её. Какая-то мотивация привела нас в этот мир, в это тело. Разные мотивации приводят к разным результатам. И какая-то мотивация должна привести нас к Богу, к божественной мудрости. Мы должны управлять своими мотивациями.
Часто бывает, что мотивации управляют нами, а не мы ими. Эти мотивации проявляются откуда-то из глубин, изнутри, из таких глубин, которые мы даже не осознаём. Нам нужно научиться осознавать все свои мотивации. Единственный способ для этого — обнаружить их источник. Все наши мотивации откуда-то исходят. У них есть источник: родитель, отец, который их рождает.
Не все мотивации хороши. Не за всеми мотивациями надо следовать. Не все мотивации истинны. Более того, никакие мотивации не являются абсолютной истиной.
Что побуждает нас делать что-либо: идти по пути сансары, по духовному пути, искать чувственных наслаждений, искать реализации? Откуда появляются эти мотивации? Они исходят из определённого источника. Этот источник генерирует тонкую энергию, энергию изменений, вибрацию (спанду). И эти изменения (вритти) на поле вселенского сознания проявляются как кала — время.
Время — это определённые силы, которые движут, мягко толкают всех живых существ: богов, людей, демонов, асуров. Толкая их к своим целям, к своим миссиям, к плодам своей кармы — хорошей и плохой (карма-пхала), к результатам своих карм. Время награждает и время наказывает каждого из нас. Время даёт одни плоды, а другие вещи отбирает. Именно время вытаскивает из нас наши кармы из каналов.
Почему человек стареет? Геронтологи, ювенологи, учёные всего мира исследуют этот вопрос: как стать бессмертным, как не умирать и жить вечно. Исследуют ДНК, хромосомы, тело и разум, механизмы наследственности — ничего не могут понять, ничего не получается, средством Макропулоса бессмертие не достигается. Эликсир бессмертия не могут создать ни генетики, ни алхимики. Потому что секрет бессмертия, вечной жизни не заключён в теле. Бесполезно искать его в теле. Тело — это внешнее. Секрет заключён во времени, в давлении времени, в силе времени. Кала-шакти — сила времени — оказывает своё давление на всех живых существ, как могучая река, как могучее течение. И все по этому течению плывут.
Почему человек стареет? Прана времени входит в каналы, каналы засоряются, праны не могут двигаться в теле и циркулировать, как раньше — как в детстве, как в молодости. Количество пран уменьшается на одну треть, на две трети. И уже душа не может жить в теле, потому что каналы забиваются понемногу — в шестнадцать, семнадцать, восемнадцать лет, так постепенно это и работает. Мы заняты своими делами, бегаем туда-сюда, выясняем отношения, путешествуем. А время делает свою работу, чтобы привести нас к определённому финалу нашей кармы. Когда ветры не могут циркулировать полностью, тело уже неработоспособно. Поэтому секрет не в теле. Он в давлении времени, в кала. Эта сила называется Маха-Кала — божество Маха-Кала. Его никто не может обмануть.
В Катманду, в Непале, есть большое изображение: чёрный Маха-Кала. Если надо кого-то проверить, человек должен подойти и произнести что-то перед Маха-Калой. Все боятся лгать перед ним. У него гневные атрибуты: шесть рук, и он может наказать, если солгать. Только правду нужно говорить. Если солжёт — Маха-Кала накажет болезнью, препятствием, плохой судьбой, вернёт эту карму.
Время нельзя обмануть, но время обманывает всех. Оно зарождает надежды, планы, ожидания, цепляния. Сколько их в молодости — все с горящими глазами стремятся. И время у всех всё забирает, когда все становятся дряхлыми, ни на что не способными, утратившими интерес к жизни, поддерживающими только функции этого тела. Никакие планы уже не интересны, никаких амбиций, никакой ревности, никакой привязанности. Никто не видел, чтобы бабушка ревновала дедушку в девяносто лет. Никто не видел амбициозных стариков, ревнивых стариков. Всё, батарейки сели.
Время отсекает надежды, планы, страхи, цепляния. Старики понимают, что у них уже всё в этой жизни было и ничего не будет — в следующей будет. И они думают только о том, как уйти. Но молодые этого не понимают, они слишком захвачены настоящим. Они думают, что старики — это какая-то другая раса, какие-то инопланетяне, что с ними такого не будет. Они-то всегда будут молодыми, юными, креативными, будут зажигать всегда. Что старики — это какие-то странные люди, вообще непонятно. Да, все молодые так думают. Они не понимают, не задумываются: это их будущее ходит рядом. Они смотрят на самих себя через тридцать, сорок, пятьдесят лет. Это вы сами — потому что это даршан времени каждому живому существу. И время порождает у нас разные мотивации: действовать так, работать так, заводить семью, проявлять себя в творчестве, искать истину. Но время и разрушает эти мотивации. То есть время — инициатор всех наших карм, Маха-Кала.
И только Бог, Абсолют, Бхагаван Даттатрейя, Парабрахман может освободить нас от диктата времени.
Время обманывает всех: и людей, и богов, сансарных богов, не святых. Наша мотивация такова, чтобы мы могли уйти от времени — от прошлого, будущего, настоящего. Обосноваться без времени, вне времени, в вечности, в трансцендентном. И это может быть только божественной реальностью. Свобода — это быть свободным от времени, от хода времени, от влияния Маха-Калы, от прошлого, будущего и настоящего. Пока у вас есть будущее, значит, у вас есть и прошлое. Когда мы отсекаем надежду на будущее во внешнем мире, уходит цепляние и за прошлое. Потому что само время — будущее, прошлое, настоящее — это единый фактор тонкой энергии, к которому прикипел наш ум и наши праны и которые движутся вместе со временем. Процесс освобождения от сансары — это освобождение от хода времени.
Мы должны понять, как духовная жизнь может освободить нас от хода времени. Как пребывание в божественном делает нас независимыми от времени, от неумолимого Маха-Калы.
История о риши и Маха-Кале
У одного риши был сын. Риши находился в самадхи, и сын тоже находился в глубокой медитации, но был очень неопытным. Погрузившись в тонкий мир, в дхьяну, он увидел апсару, летящую по небу. В тонком теле полетел за ней и переселился с ней на небеса богов — Сварга-локи. Развлекался с ней в течение нескольких сотен лет, затем потерял осознанность, переселился в одно тело, в другое — и всё это в его уме. Его тело уже изгнило. Риши вышел из самадхи, увидел это и рассердился на Маха-Калу. Решил его проклясть и начал уже сосредотачивать свой ум, поскольку Маха-Кала забрал у него сына в молодости раньше времени.
Тогда Маха-Кала появился с атрибутами — с топориком в руке, шестью руками — в своём облике в иллюзорном теле и сказал:
«Ты риши, а ведёшь себя как ребёнок. Накопил тапас и хочешь весь тапас израсходовать на проклятие. Чего ты этим добьёшься? Даже боги мне подвластны. Всё управляется законом кармы, управляется законом времени. Посмотри, где твой сын».
Когда риши увидел, что его сын захватился иллюзиями своего ума и много раз уже перевоплотился, выйдя в савикальпа-самадхи из тела, и что сейчас он совсем в другом теле уже медитирует на берегу реки, — он понял игру своей привязанности, своего эго, устыдился этого и сказал:
«Прости меня, ты воистину знаешь реальность. А мы понимаем мало».
Итак, познать божественную реальность — это единственный способ превзойти время, превзойти непостоянство. Мы постоянно должны размышлять о непостоянстве. Непостоянство означает, что мы родились и непременно умрём. Непостоянство означает, что время — Маха-Кала — обесценит все наши жизненные планы, все наши амбиции и цели, основанные на теле, на внешнем мире. Мы должны жить каждую секунду, не привязываясь к этому миру, отрешённо от этого мира, отрешённо от этого тела. Если мы делаем что-то, мы должны делать это не для себя, а для служения, для божественной воли, для служения другим.
Естественное состояние: праджняна, сахаджа-стхити, созерцание
Наставление из «Трипура Рахасьи»: история Хемалекхи и Хемачуды
В «Трипура Рахасье», в главе десятой, Даттатрейя продолжает наставлять Парашураму. Он рассказывает историю о том, как Хемалекха руководила своим супругом на пути просветления. Когда царь Хемачуда вошёл в самадхи благодаря наставлениям Хемалекхи, он просидел в нём полтора часа. Затем открыл глаза, увидел рядом с собой жену и снова закрыл глаза, чтобы вновь войти в это состояние. Хемалекха тогда сказала ему:
«Что ты обретаешь, закрывая глаза? Что ты теряешь, открывая глаза? Скажи, что происходит? Глаза закрываются, открываются, закрываются. Что ты теряешь, что ты приобретаешь?»
И она не дала ему медитировать дальше с закрытыми глазами.
Понимание этой главы крайне важно с точки зрения учения Лайя-йоги. Если вы не сумеете понять её, вы будете оставаться незрелым практикующим. Вы так и не научитесь выходить за пределы дхьяны, дхараны, савикальпа- и нирвикальпа-самадхи, не перейдёте к сахаджа-самадхи. Или, скажем так: даже если вы никогда не достигнете нирвикальпа-самадхи или савикальпа-самадхи, вы будете обусловлены концентрацией, медитацией успокоения, медитацией покоя — но не сумеете созерцать в движении, не овладеете полнотой внимательности и созерцательным присутствием. А между тем, это наша главная задача и работа.
Наша задача — не действовать, а наблюдать. Наша задача — не делать, а пребывать в осознанном наблюдении. Наша задача — быть не делателями, а наблюдателями. Это наша судьба, наш путь, наша садхана.
Все мы знаем, как быть делателями, но мы не знаем, как быть неделателем, как пребывать в недеянии, в созерцательном недеянии. Все мы знаем, как наблюдать за миром и за другими, но мы не знаем, как наблюдать из состояния наблюдателя, как наблюдать самого себя и как освобождаться от наблюдаемого, как не зависеть от наблюдаемого.
Притча о театре
Я привожу такой пример. Есть театр. В театре играют актёры. И на сцену случайно попадает простолюдин. Он даже не понимает, что это театр. Он думает, что всё по-настоящему: солдаты, цари, царицы, рабы. Он начинает действовать, как будто это часть его жизни. А в это время зрители наслаждаются игрой, они наблюдают. Они не играют. Они рассматривают это как представление, как шоу. Они в зрительном зале в мягких креслах. А простолюдин на сцене страдает, получает все удары судьбы, когда происходит что-то по сценарию. Затем кто-то ему говорит: «Пойми, этот мир нереален. Тебе не надо воспринимать всё это всерьёз. Тебе надо научиться наблюдать — иди, сядь в зрительный зал, не будь глупым человеком».
Таким же образом нам нужно научиться сидеть в зрительном зале своего наблюдения.
- Те, кто сидят в зрительном зале, — это мудрецы, садху, джняни, которые воспринимают мир как иллюзию и не привязываются к нему.
- Те, кто считают, что то, что играется на сцене, — реальность, это аджняни, люди, пребывающие в неведении.
Когда мы учимся наблюдать то, что происходит, отстраняться от наблюдаемого, выращиваем наблюдающее сознание — мы ведём себя как садху. Когда мы учимся быть не делателями, а наблюдателями, наблюдаем за действиями тела, за мыслями, за эмоциями, наблюдаем пространство за мыслями и стараемся в нём утвердиться — это поведение садху. Когда мы действуем, не отождествляясь с процессом действия, когда наша главная часть сознания наблюдает и утверждается в состоянии свидетеля всего — тогда постепенно этот внутренний свидетель внутри нас кристаллизуется, выращивается, становится обособленным, независимым, самодостаточным.
Наш ум разворачивается вовнутрь. Если вы увидите садху, его ум всегда развёрнут вовнутрь, даже если вам это незаметно. Он может смеяться, улыбаться, жестикулировать, заниматься разными делами — но его ум развёрнут вовнутрь, и он смотрит внутрь себя. А часть его сознания действует в этом мире. Садху, ум которого не развёрнут вовнутрь, а развёрнут наружу, — это ещё не садху. Наша задача — развернуть ум вовнутрь, успокоить его внутри, чтобы органы чувств не похитили нашу жизненную силу и наше внимание — глаза, уши и прочее, — и утвердиться в состоянии свидетеля, наблюдателя.
Несколько лет будет потрачено на то, чтобы в этом утвердиться. Мы кое-что узнаем об этом наблюдателе, он раскроет нам кое-какие секреты. Тогда мы покидаем сцену, на которой происходит спектакль, садимся в зрительном зале и начинаем наслаждаться игрой. Мир вместо того, чтобы быть ревнивой супругой, становится доброжелательной, мягкой сестрой — то есть возникают другие отношения с миром. Всё очень ровно, очень тихо, мягко.
Исследование наблюдателя (вичара) и обнаружение божественной реальности
Следующая стадия: мы должны обнаружить самого наблюдателя, исследовать его, понять его как светоносное, чистое пространство сознания. Мы не должны останавливаться на наблюдателе. Наблюдатель — это не Бог. Наблюдатель — это даже не лик Бога. Наблюдатель — это просто ровный, спокойный, отрешённый ум. Но это ещё не конечная остановка, как многие ошибочно думают. И те, кто всю жизнь наблюдает наблюдателя, но не догадывается углубиться в исследование его природы, не могут постичь природу божественного и обрести просветление.
Что происходит, когда мы утверждаемся в наблюдателе? У нас зарождается вивека — некая мудрость, различение, способное различать чистую сущность наблюдателя, ум как таковой и внешнюю реальность. И мысли, эмоции над нами уже невластны, потому что мы привыкли жить внутренней реальностью. Мы видим, что внутренняя реальность никуда не уходит и никуда не приходит — она всегда с нами. Мы освобождаемся от диктата внешней реальности. Нам уже никуда не хочется ехать, у нас уже нет больших грубых желаний. Мы всегда здесь. Мы всегда в себе. Это чувство целостности, центрированности всегда с нами. И у нас понемногу появляется знание единого «вкуса»: любая одежда — ты счастлив, любая еда — ты счастлив, любое место на планете — ты счастлив, любое положение, любой статус — ты счастлив. Это признаки зарождения начального единого «вкуса».
Но затем нам нужно понять, что даже наблюдатель — это ум. Он не может дать нам освобождения, он может дать нам успокоение. Он может дать небольшую внутреннюю радость, самодостаточность, некую отрешённость (вайрагью). Мы должны продолжать наше исследование (вичару) этого наблюдателя. Благодаря наблюдению мы находим некий центр и понимаем, что весь мир — это игра, весь мир — это театр, а мы сами — в зрительном зале. Но теперь мы должны понять: кто написал этот сценарий, кто поставил этот спектакль, кто режиссёр, кто постановщик? Нам надо найти режиссёра, того, кто всё это рисует. Тогда мы занимаемся исследованием наблюдателя. Исследование наблюдателя, его анализ и проникновение в него — это называется вичара.
Мы должны вновь и вновь направлять своё сознание, чтобы исследовать ум, который наблюдает. Каков он, какова его форма, цвет, фиксация, есть ли у него границы, что это? И когда наше наблюдение, исследование (вичара) начинает проникать в обыденную жизнь, в сон — мы не должны останавливаться. Даже в сновидении мы должны наблюдать, даже в тонком теле. Мы должны наблюдать не тонкий мир, не тонкое тело, не играть со сновидениями, а искать того, кто видит сновидения. Не играть в воображении с видениями и образами в медитации, а искать наблюдателя — того, кто наблюдает всё это.
Почему нам так это важно? Зачем нам такая изощрённая психология? Потому что мы ищем Бога. И мы его нигде не найдём, кроме как в собственном сознании — ни в статуях, ни в словах, ни в концепциях. Нам нужно найти его в своём собственном сознании. Потому что именно божественная реальность освободит нас от законов кармы, от законов сансары и непостоянства. Потому что Бог скрыт в наблюдателе — как запах скрыт в цветке, как ценность золота скрыта в кольце, в украшении. Но мы должны проникнуть в секрет наблюдателя, тщательно его исследовать. И снова должна появиться вичара, снова вивека — различение.
Исследуя наблюдателя, мы должны обнаружить то, что относится к нам как к личности, и то, что является не нами, не личностью. Мы должны развернуть этого наблюдателя, обнаружить в нём светоносность пространства, пустоту. И понять, что то, что мы считали собой, наблюдателем, по сути, тоже не реально. Отделить чистую Пустоту от того центра, который мы сформировали как процесс наблюдения.
И вот с этого момента наш ум внезапно распахивается. Мы перестаём копаться в психологии, и начинается теология. Психология — это наука о душе. Теология — это наука о Боге. Мы проходим этот узел, который называется ахам-вритти, эту «я-мысль», которая называется чит-джада-грантхи — узел сочленения с телом, — поднимаемся над ним, выше него, и обнаруживаем там божественную реальность. Мы обнаруживаем там лик Бога и можем теперь созерцать лик Бога.
Созерцание как пространство зеркала
Когда мы способны выйти за пределы мыслей и наблюдателя, мы обнаруживаем там пространство, которое можно уподобить зеркалу. Все мысли и явления возникают подобно отражениям в этом зеркале. И теперь нам нужно, чётко различая зеркало и отражение, учиться пребывать в состоянии зеркала. Надо научиться различать пространство сознания и все объекты, которые в нём подвешены.
Теперь задача меняется. Надо не наблюдать мир, не исследовать наблюдателя — это уже пройденный этап. Надо идти дальше. Надо созерцать лик Бога. Надо обращать внимание на пространство, в котором всё подвешено, а не на предметы и даже не на наблюдателя. Вот с этого момента начинается созерцание. Ваш распахнутый ум по-настоящему становится на путь освобождения. Вы начинаете видеть лик Бога утром, в обед и вечером. Иллюзия сансары больше не введёт вас в заблуждение ни в материальном мире, ни в сновидениях в астральном мире. Ваш ум будет ясен, ярок и распахнут. Днём и ночью вы будете созерцать единую сферу. Это не значит, что вы сразу достигнете просветления, освобождения. Это значит, что вы вышли на верную дорогу и больше не ошибётесь, если специально не будете совершать ошибки.
Наставление Хемалекхи царю Хемачуде
Кхемалекха даёт наставления царю Хемачуде именно по этим тонким процессам.
«Я обнаружил чистое, незамутнённое счастье, и я не могу найти даже малое удовлетворение в мирских делах».
Хемачуда говорит, что очень сильно разочарован в сансаре, во внешних материальных делах, что всё ему надоело во внешнем материальном мире и что любые наслаждения и желания в нём безвкусны, как высосанный апельсин, который жуют только бездельники. Он говорит: «Какая жалость, что людям до сих пор неведомо блаженство собственной Высшей Сущности». Хемачуда, медитируя, обнаружил это пространство Пустоты, успокоив свой ум — благодаря медитации и наставлениям по Джняна-йоге Хемалекхи.
«Я был глупцом, я бежал за чувственными удовольствиями, не осознавая тот безграничный океан, который находится внутри меня. Я был так увлечён, что принимал все эти непрерывные удовольствия за реальность. И даже когда страдал, всё равно не прекращал к ним стремиться. Какая жалость».
Хемачуда говорит: «Люди — глупцы, не способные отличить удовольствие от боли». Иногда приводится такой пример: верблюд идёт по пустыне, ему жарко и нет воды, он находит колючку. Он пытается её пожевать, но она полностью безжизненная, даже сухая. Колючка колет ему язык, и у него течёт кровь. А он думает, что это солёная вода, жуёт колючку и думает, что ему становится лучше.
Таково состояние человека, который гоняется за внешними удовольствиями: даже когда он страдает, он пытается искать в этом какие-то наслаждения. Хемачуда говорит: «Они ищут удовольствия, но им достаётся страдание».
Как только мы начинаем делать ставку на внешний мир, на внешнюю реальность, теряем внутреннее пространство, теряем распахнутый ум или даже теряем самую малость этого наблюдателя — мы создаём причины будущих страданий. Мы сами себе подставляем ножку. Мы создаём себе сразу кучу будущих проблем, даже если они сейчас не видны. Напротив, как только мы возвращаемся к внутреннему наблюдателю и к распахнутому уму, подобному пространству, мы избавляемся от миллионов проблем этой жизни и следующих — не сразу, правда, не сразу.
«Я тебя умоляю, позволь мне снова оказаться в умиротворении, в этом спокойном уме, где так хорошо. Я на тебя смотрю, и мне жаль: хотя ты, вроде бы, знаешь об этом состоянии, ты, похоже, всегда занята разной бессмысленной заботой, в делах и устремлениях».
Странно он так сказал — потому что он медитирует, он сидит, а она не медитирует. И тогда Хемалекха мягко улыбнулась и говорит:
«Мой повелитель, ты всё ещё не познал высшее состояние святости, при достижении которого мудрец превосходит двойственность и уже никогда не будет смущён. То состояние также далеко от тебя, как небо от земли».
Хемалекха ставит его на место: «Ты ещё мальчуган в духовной жизни. Ты очень сильно зависишь от спокойствия, от спокойного ума, ты привязан к медитации, но не постиг йогу не-медитации. Ты неспособен находиться в медитативном состоянии на фоне движения ума, на фоне движения тела, на фоне восприятия. Созерцательное присутствие, божественная гордость, распахнутый ум тебе не ведомы. Ты, как новичок, только и можешь успокаивать мысли и быть в ясности за мыслями».
То, что сказала Хемалекха, говорит о её высочайшем уровне реализации. Этот уровень реализации называется в учении Лайя-йоги сахаджа-самадхи.
«Твоя малая мера мудрости не лучше, чем её отсутствие, потому что она не абсолютна. Эта мудрость остаётся обусловленной закрытием или открытием твоих глаз».
Ограниченность медитации успокоения
Что дают закрытые глаза? Они дают шанти — мир, успокоение, отсутствие колебания ума, отсутствие вритти. Читта-вритти-ниродха — это путь йоги Патанджали: пресечение активности ума и пребывание в спокойствии. Но само такое состояние спокойствия в тибетском буддизме называется шамадха. Оно не даёт реализации, поскольку длится лишь до тех пор, пока в уме не начались волны, не начались движения. Как только в уме начинаются волны, вся ананда, всё пространство реализации теряется. И такой йогин снова оказывается в замешательстве, в страдании и привязанностях. Он снова запутывается.
Один саньяси семнадцать лет провёл в горах. Он оставил жену, семью, детей. Эта женщина через семнадцать лет где-то услышала, что он сидит в горах, и решила посетить его — уже как садху, чтобы получить благословения и узнать, какую мудрость он постиг. Но когда этот саньяси услышал об этом, его ум пришёл в движение. Он спрятался, боясь, что в нём снова проснётся привязанность, любовь, ревность — то, от чего он ушёл. Он подумал: «Мне так хорошо было в спокойном состоянии ума, вот её не было рядом, я так хорошо мог медитировать в отречении. Но сейчас всё это может уйти, оно под угрозой. Лучше я спрячусь». И он правильно сделал, потому что его ум слаб, потому что его ум очень зависим. Он ещё не решил проблему жизни и смерти. Он ещё мужчина, она ещё женщина. И он легко сдаётся привязанностям. Для него это единственный способ хоть как-то успокоить ум и освободиться от привязанности. Или он должен был прийти к ней, испытать любовь и привязанность снова и снять свою оранжевую одежду, сказав, что не боится, — а на самом деле всё потерять. Он правильно сделал. Для этого и есть путь отречения. Именно поэтому есть тысячи отшельников, миллионы садху, которые сидят в горах. Но это не есть конечная точка, это не есть искомый результат, это не есть вершина просветления.
Хемалекха учит этому царя. Она говорит: твоя мудрость обусловлена открытием и закрытием глаз. Спокойный ум даёт тебе присутствие, беспокойный сразу разрушает. Отсутствие восприятия даёт тебе божественное присутствие. Как только восприятие появляется, ты не знаешь, как быть в божественном присутствии, — ты его теряешь.
Бхагаван Шри Раджниш рассказывал, как один человек всё время читал мантру. Он был очень погружён в свою мантру непрерывно и был в постоянной ананде — блаженстве. Тогда Раджниш сказал: «Постой, попробуй остановить ум. Ты можешь хоть на секунду быть без мантры? Ведь если это истинное блаженство, оно не должно ни от чего зависеть, не должно быть ничем разрушимо». Он посмотрел ему в глаза, чтобы его ум немного успокоился и остановился. И этот человек перестал читать мантру. Прошло некоторое время, и он начал страшно ругаться. Начал кричать: «Всё ушло, весь экстаз ушло, всё блаженство, все благословение ушло. Что ты наделал? Ты разрушил все мои двадцать лет духовной жизни. Я достиг такого блаженства. Я думал, это никогда не разрушится. Я думал, теперь я всё время буду как на небесах». Раджниш сказал: «Если это разрушимо, может быть, оно и стоит того, чтоб быть разрушенным. Если оно так легко разрушается, оно поверхностное. Значит, это не есть никакая реализация».
Об этом же говорит Хемалекха Хемачуде:
«Если твоя реализация зависит от восприятия или невосприятия объектов, от закрытия или открытия глаз, как оно может быть истинной реализацией? Что маленькое веко шириной в ячменное зёрнышко меняет всё? Глаза открыты — Бога нет. Глаза закрыты — Бог есть».
Совершенство не зависит от деятельности или её отсутствия, усилия или отсутствия усилия. Как это состояние может быть совершенным, если умственная или физическая деятельность может влиять на него? Как оно может быть совершенным, если оно находится только внутри?
Иногда есть люди, которые, услышав наставления о том, что надо повернуть ум вовнутрь, уходят очень глубоко внутрь себя и начинают замораживать органы чувств, игнорировать внешнюю реальность. И где-то внутри они очень стараются быть как можно глубже. Тогда, если они видят мир или какие-то объекты, они напрягаются. Иногда это могут быть отшельники: если они видят человека, они тоже стараются его избежать.
«Что говорить о твоей запутанной мудрости? Как смешно думать, что твоё веко длиной в один дюйм может прятать пространство, в котором в одном только уголке вращаются миллионы миров. Послушай, что я тебе скажу: пока эти узлы не будут разрублены, до тех пор истинное блаженство тобой не будет найдено».
Этих узлов миллионы, и они созданы оковами заблуждения. Всё это — неведение Высшей Сущности.
Три нечистоты: анава-мала, майя-мала и карма-мала
О каких узлах говорит Хемалекха? Она говорит о трёх нечистотах, трёх малах.
Анава-мала — чувство «я маленький, я есть эго, я есть тело»: чувство мелкости, незначительности, локальности. Я локализован в теле. Я человек. Я эго. Когда нам не приходит мысль: «Я — Абсолют, я — безграничное пространство» — это действует анава-мала, нечистота, связанная с мелкостью, локальностью, узостью мышления.
Майя-мала — чувство многообразия, когда мы смотрим и думаем: это мужчина, это женщина, это русский, это американец, это хинди, это украинец, это буддист, это индуист, это христианин. Многообразие — мы не видим единства в этом многообразии, не видим, что за всем этим есть единое пространство, Единая Сфера божественности.
Карма-мала — вытекает из двух предыдущих: чувство «я делаю», «я — делатель, плоды моих действий принадлежат мне, восприятие моё, наслаждение и боль принадлежат мне». Присваивание всего восприятия.
Эти узлы — барьеры между нами и Богом.
Хемалекха говорит: «Эти узлы порождают ошибочные представления». И главное из них — отождествление тела с Высшей Сущностью. Анава-мала — это отождествление с эго, с умом, с телом. Анава — это эго, нечто маленькое, незначительное, локальное. Это отождествление вызывает непрекращающийся поток счастья и страданий в форме цикла рождения и смерти. Она говорит также: Высшая Сущность подобна зеркалу, и в этом зеркале явления просто отражаются.
В одной из инициаций Гуру показывает ученику зеркало и говорит о разнице между зеркалом и отражениями — о том, что надо научиться наблюдать зеркало и не очаровываться отражениями. Когда мы понимаем эту разницу, мы способны видеть лик Бога: быть в состоянии распахнутого ума, спокойного ума и независимости от зрения, слуха, осязания, обоняния. В этом спокойном уме находить тонкое наблюдающее сознание, обосновываться в нём и распознавать его как пустоту, как светоносное пространство, как то место, где нет времени, хода истории, гун, таттв и чего бы то ни было материального. Сдаваться этому пространству. Предаваться ему. Быть ему преданным как Богу. Поглощаться им и действовать из этого пространства на фоне восприятия, на фоне любых переживаний, делая каждое переживание поклонением божественному. Это и есть путь Лайя-йоги.
Хемалекха учит Хемачуду:
«Ты не обретёшь окончательного спасения, пока не освободишься от этих бесчисленных узлов невежества».
Ум как мистический 3D-принтер
Наше сознание можно уподобить волшебному 3D-принтеру. Сейчас с помощью трёхмерных принтеров печатают даже человеческие органы для трансплантации. Один человек решил создать принтер, чтобы он печатал дома в трёхмерном измерении — очень удобно: в качестве картриджа, наверное, будет заливаться цемент, и он распечатывает целые блоки по заранее созданной программе. Одной девочке, например, распечатали экзоскелет. Девочка, парализованная с детства, ходит с помощью него. Принтер стоит дома, по интернету скачиваешь программу, и он печатает любую вещь в объёме.
Таким же образом наш ум — это мистический 3D-принтер. Он может распечатать любую вещь, любую ситуацию, любого человека, какого мы захотим, из пространства пустоты мистическим образом. А что является программой? Программой являются наши тонкие мысли, наши тонкие образы, которые мы закладываем в этот ум. В качестве вещества для картриджа он берёт элементы природы, стихии, элементы вселенной. И бывает, что этот ум распечатывает что-то неприятное. Спрашивается: а кто закладывал программу? Кто управляет принтером? Твой принтер.
Один йог в состоянии глубокой концентрации сидел под деревом, затем подумал: «Хорошо бы что-то поесть». Внезапно появились чапати на банановом листе. Он очень удивился, что его сознание материализует вещи. Затем подумал: «Если оно может материализовать чапати, оно может реализовать и тигра». И испугался. Мысль о тигре пошла раскручиваться. Пришёл тигр. Так работает наш ум.
Когда в нашей жизни что-то происходит — это наш принтер это напечатал. Нам нужно бдительно смотреть за умом. Нам нужно учиться закладывать в него правильные программы. И нам нужно научиться управлять этим принтером, чтобы он не печатал сам по себе. Потому что такой принтер может печатать и динозавров. А эти динозавры могут даже съесть. Этот ум вновь и вновь печатает нам трёхмерное грубое физическое тело — вновь и вновь в материальном грубом измерении эту физическую земную реальность, и он не выключается. Такое состояние, будто мы потеряли управление, контроль над ним. А в этом грубом теле мы вынуждены жить по законам грубой реальности, подвергаться законам кармы. Мы не можем в нём себя достаточно хорошо осознавать, поэтому страдаем. Святые говорят: этот принтер надо выключить. Другие говорят, что можно его и не выключать, но нужна очень хитрая программа, которая не будет распечатывать грубые тела. А можно распечатывать голограмму — например, радужные тела в облике божеств — и не страдать. Пусть он развлекается, необязательно выключать.
Путь к сахаджа-самадхи: вичара, вивека и вайрагья
Хемалекха говорит:
«Не довольствуйся тем состоянием успокоения, которое наступает при закрытых глазах в медитации. Обнаружь чистое пространство сознания и пойми, что оно существует везде и во всём».
Когда мы обнаруживаем это чистое пространство сознания, мы впервые видим лик Бога и лик божественной реальности. И что бы ты ни увидел, ни признал — всё содержится в этом пространстве сознания.
«Твоё суждение: "я потеряю это, открыв свои глаза" — это узел, который должен быть разрублен. Тогда уже не будет нужды ни в каком достижении. Помни: не может быть совершенным состоянием то, которое было обретено».
Она ему говорит: ты не можешь обрести его как нечто новое, ты не можешь создать его, ты не можешь достичь. Оно может открыться тебе как вечно существующее. Оно может благословить тебя. Но если оно обретается как нечто новое — это несовершенное состояние.
Мы должны со всей серьёзностью отнестись к советам Хемалекхи, потому что этот пример использует сам Бхагаван Даттатрейя, чтобы учить Парашураму.
Мы должны размышлять над этой ситуацией, в которой оказался Хемачуда. Она произошла, может быть, миллионы лет назад во время Двапара-юги или Трета-юги. Но проблемы людей той эпохи такие же, как наши. И если мы последуем совету Хемалекхи и сможем обнаружить то состояние распахнутого ума, которое не обусловлено ни спокойствием ума, ни движением мыслей, ни отсутствием восприятия, ни восприятием — то мы находимся на верном пути.
Вновь и вновь надо прилагать усилия в исследовании этой истины. Такое усилие мы называем вичара. Вичара породит вивеку — различение: когда вы будете понимать, что есть истина, что есть не-истина, что есть распахнутый ум, что есть скукоженный ум, что есть отвлечение, что есть божественное присутствие. Когда вичара наберёт силу и мы утвердимся в этом распахнутом присутствии божественного, возникает вайрагья — отделение и отрешение от того, что раньше приносило нам страдания.
Самоотдача и растворение эго
Что происходит, когда мы обнаруживаем пространство божественного присутствия? Внезапно наше эго начинает дрожать. Все цели и смыслы нашего эго ставятся под сомнение. Мы обнаруживаем их мелкоту, их ограниченность и даже бесполезность. Мы обнаруживаем, что они не являются тем, что принесёт нам счастье.
Рано или поздно мы приходим к выводу, что хорошо бы пожертвовать Богу все планы эго, все его цели, ценности и привязанности. Хорошо бы выполнить такой предельный акт пожертвования и самоотдачи — отдать всё это. И если мы примем такое решение, наша карма оставит нас. Тогда наступит период благословения, который уже никогда не будет заканчиваться.
Когда мы пожертвуем всё это, мы обнаружим ещё одну удивительную вещь: то, что мы жертвовали, никогда нам и не принадлежало. Факт жертвования был условным. Мы воображали, будто мы имеем что-то. Это, например, как если бы вы сказали Гуру: «Я хочу пожертвовать вам Эмпайр-стейт-билдинг или собор Парижской Богоматери» — великое пожертвование сделать. Таким же образом то, что мы считаем собой, нами не являлось. Это не мы и не наше. Но нам кажется это ценным, и мы даже думаем, что выполнить такое самоотречение, такую самоотдачу — великий подвиг.
Но если мы жертвуем что-то, то мы жертвуем иллюзию обладания, иллюзию бытия чем-то, иллюзию отождествления. А святые, понимая всю эту игру, говорят: да, конечно, это очень важно. Рамана Махариши говорил: это напоминает ситуацию, когда мурти господа Ганеши делают из жёлтого теста, а потом от него же отщипывают это тесто и ему предлагают. Вот что такое наша великая самоотдача. Но она необходима — потому что наша вера в «я», в эго реальна.
Пратьябхиджня: самоузнавание
Когда такая самоотдача происходит, не остаётся ничего, кроме божественного. Наступает период благословения и игры. Все наши привязанности, отождествления, цепляния растворяются, растворяются, растворяются. Нет больше той личности, которая была ограничена, обусловлена, мыслила себя личностью или телом.
Наступает великий процесс самоузнавания. Самоотдача, прапатти, атма-ниведана — это вторая стадия в Лайя-йоге. А третья: пратьябхиджня — самоузнавание. Великие тайны, божественные тайны начинают раскрываться. Это подобно тому, как мальчик, который был сыном царя, но от него всё это скрывали, и он не знал этого. Внезапно ему кто-то сказал, или он начал сам исследовать своё генеалогическое древо. И он начал обнаруживать, что он — сын царя. Он ничего не делал, чтобы захватить власть: не воевал, не устраивал переворотов, не добивался этого. Он просто узнал это. Начал узнавать — и узнал.
Пратьябхиджня — это великое благословение, которое стирает остатки нашей кармы. Именно такая пратьябхиджня освобождает нас от времени, от обмана времени, диктата времени. Пратьябхиджня расшифровывается так: пратья означает поворот, адхи означает лицо, бхиджня — узнавание. То есть узнавание самого себя в процессе поворота к своему собственному лицу.
Мы должны повернуться к своему собственному божественному лицу. Когда мы поворачиваемся к нему, мы узнаём лик божественного. У нас появляются внутренние духовные глаза, чтобы видеть лик божественного. Вы ничего другого там не увидите, если смотрите этими глазами, — потому что всё мироздание есть божественность. Всё, что существует, — это единая божественность. И мы не можем не быть божественными, если изучаем учение Адвайты.
Когда мы узнаём лик божественного, возникает джняна — постижение божественной мудрости. Тогда вся наша карма, всё наше неведение, все наши иллюзии перестают быть важными. Всё это можно отбросить.
К Будде пришёл человек и сказал: «Я тебе принёс пожертвование». Будда сказал: «Оставь это». Этот человек не унимался: «Я тебе принёс цветок». Будда сказал: «Оставь это». Некоторые подумали, что Будда не принимает подношения — держит какой-то тапас, аскезу, обеты. Но Будда разъяснил, что́ именно должно быть отброшено: понятие эго.
Когда мы постигаем божественную мудрость, всё это отбрасывается. Остаётся только божественная воля. Нам надо стать проводником божественных энергий, проводником божественной воли. Стать медиумом божественного. Стать его иллюзорным телом, аватаром божественного, руками, ногами, глазами и ушами божественного.
Истинная самоотдача
В тот момент, когда мы на сто процентов сдадимся божественной воле, мы освободимся от сансары. Мы достигнем просветления. Но в этом достижении не будет достигающего. Не будет никакого «мы», о котором мы сейчас говорим. Это сейчас, пока мы есть, мы можем рассуждать: «мы достигнем». Мы ничего не достигнем. Мы просто отойдём в сторону. Иллюзия просто отойдёт в сторону. Но божественное само в себе достигает просветления.
И тогда, если такой длинный путь приведёт нас к состоянию божественной воли, к самоотдаче, к тому чтобы быть его проводниками, — почему бы не сделать это прямо сейчас? Зачем тянуть так долго? Тот, кто способен оставить всё прямо сейчас, — тот и получит это прямо сейчас. Но это должно быть реальным.
К Шри Рамане Махариши приходили люди и говорили: «Мы отдали всё Богу, мы выполнили самоотдачу, но мы страдаем. Почему мы страдаем?»
Рамана Махариши отвечал:
Если вы всё отдали Богу, кто ещё там говорит? Что за вопросы? Кто спрашивает? Он должен быть уже отдан Богу. Если вы всё отдали, ничего не должно остаться. Откуда возьмутся страдания? Некому будет говорить. Значит, самоотдача не произошла по-настоящему. Вы лукавите.
Это так. Если ты всё отдал Богу и самоотдача произошла — к чему разговор о страданиях? Ты уже не страдаешь. Страдание есть божественная воля, которую ты принимаешь со всей полнотой, радостью и счастьем. Тогда всё является благословением. Тогда ничего ты не ищешь. Тебе никуда не надо. Ты здесь и прямо сейчас благословлён каждую секунду. На что ты ещё рассчитываешь сверх этого? На что надеешься? На что претендуешь? Чего хочешь? Чего твой неугомонный ум ещё желает? Пей нектар божественного благословения, если ты отдал себя Богу. Танцуй, веселись, пой в экстазе и проводи божественную волю. Чем ты ещё не доволен? Куда ты хочешь ещё поехать? Что ты хочешь ещё?
Но ум, если он не вдохновлён, если нет истинной отдачи, — он не восхищён, не в экстазе. Он не поёт, не танцует, не прославляет, не восхваляет, не служит, не жертвует, не отдаётся. И тогда он снова впадает в привычный тоннель реальности. Снова привязанность. Снова внешняя деятельность. Снова неудовлетворённость.
Тогда вы должны поймать этот ум и сказать: «Ты, ум, так долго водил меня по сансаре. Как ты смеешь снова вводить меня в заблуждение? Срочно возвращайся назад. Я тебе не дам выйти». Снова нужно обнаружить наблюдателя и подчинить ум силой наблюдателя. Снова нужно раскрыть наблюдателя как пространство. И снова отдать себя пространству божественного присутствия — до тех пор, пока этот ум не наберёт зрелости и не перестанет выпадать, не перестанет играть во все эти игры. Пока жизнь по-настоящему не предстанет божественной игрой в чистом видении. Пока прославление и восхваление Бога, служение, проведение божественной воли, подношения, призывания не станут вашей сутью. Пока карма полностью не оставит вас и двадцать четыре часа в сутки не будет длиться лила. Пока ни одно понятие не будет появляться в вашем сознании. Пока ни одна нечистая мысль не будет появляться в вашем сознании. Пока ни на секунду понятия «я делаю, я делатель, я тело, я эго, я человек, я личность» не будет появляться в вашем сознании. Пока ни одна даже малейшая привязанность не будет появляться в вашем сознании.
Диалог об уме и языке сердца
Вопрос: А можно вопрос? Такие люди есть здесь в монастыре?
Гуру: Кто спросил? Кто спросил? Кто спросил? Не вижу. Не вижу. Я вижу тело. А кто спросил?
Вопрос: Я спросила.
Гуру: Кто это спрашивает — надо разобраться.
Вопрос: Ум, наверное, спрашивает.
Гуру: А что там за умом?
Вопрос:.....
Гуру: У него есть вопросы?
Вопрос: Вопросов нет. Значит, спрашивает ум.
Гуру: С умом я не хочу разговаривать.
Вопрос: Ясно, спасибо.
Гуру: Я пришёл сюда не говорить с вашим умом. Мне ум не интересен — ни ваш, ни мой, ни чей. Ум — это фикция. Ум — это иллюзия, картонная обманка. Чего с ним говорить? Ум надо жертвовать Богу, надо подносить Богу. Ум надо исследовать, обнаруживать весь обман ума. И если вы приходите сюда, язык ума вам не поможет. Вопросы из ума не помогут. Только язык веры, язык сердца, язык осознанности — тогда вы можете понять это.
Я использую, казалось бы, язык ума просто потому, что вы других языков не знаете. Я говорю на иностранном языке для себя, потому что вы не владеете другими языками. Когда вы изучите язык сердца, язык Гуру, мы с вами будем говорить на других языках. Язык Пустоты, недвойственности.


