Комментарий к тексту Шри Видьяраньи «Веданта-панчадаши»
Самоосвобождение, самотрансценденция, самоузнавание
Усмирение ума (прапатти-йога)
Мы следуем по пути Санатана Дхарма, по пути адвайта-веданты в традиции сиддхов, и тот опыт, то учение, философия, которая излагается, практика, мировоззрение, система ценностей, путь очень важен для нас, поскольку, идя по этому пути, мы меняем свою жизнь, меняем свою судьбу, очищаем свою карму, закладываем своё будущее. Этот путь описан и подтверждается опытом священных текстов, также он описан и подтверждается опытом святых древа Прибежища, Гурупарампары.
Наше доверие рождается с того, что мы принимаем опыт священных писаний ведической традиции, тантрийской традиции, и опыт святых, божеств, Гурупарампары с верой, с доверием. Однако затем нам нужно сделать этот опыт своим собственным, чтобы наша вера, наше доверие расцвели, переросли в нашу медитацию, осознанность, наше мировоззрение, нашу мудрость, понимание, самадхи и просветление. Тогда это всё становится не только опытом вашего Гуру, но становится также вашим собственным опытом.
Таким образом, когда это становится и вашим собственным опытом, если кто-либо другой спросит: «А на чём основывается ваша философия, ваши слова, почему вы им так доверяете?», вы можете сказать: «Она проверена опытом» — опытом священных писаний, тех, кто излагал в священных писаниях, древних риши, опытом святых Гурупарампары, Гуру-шишья-парампары, личным опытом моего коренного Гуру, с которым я могу разговаривать, видеть, с которым я лично знаком, и она подтверждается моим собственным опытом моей духовной практики.
Таким образом у неё есть четверичное подтверждение. Учение «Веданта-панчадаши», которое изложено Шри Видьяраньей — это анализ опыта священных писаний и переход от опыта священных писаний к нашему собственному опыту.
Учение Видьяраньи в традиции адвайта-веданты
Видьяранья — это большая величина в учении адвайта-веданты, можно сказать — это вторая величина после Шри Шанкарачарьи. Если Даттатрея, Васиштха дали самую суть адвайта-веданты в очень далёкой древности, изложили её самую суть, упанишады, то Шанкарачарья заново переосмыслил адвайта-веданту всего тысячу лет назад, не так давно, когда она была в упадке под натиском различных учений. Видьяранья — это тот, кто пришёл после Шанкарачарьи и продолжил блестящее теологическое толкование учения адвайты.
Также есть Гаудапада, Видьяранью где-то можно поставить вместе с Гаудападой. Это три великих святых, три большие величины традиции адвайта-веданты, именно в прояснении мировоззрения. Были святые, обладающие могучими силами, святые, обладающие чудотворными способностями, но, когда речь идёт о прояснении, о понимании, о ясности, Шанкарачарья, Гаудапада, Видьяранья непревзойдённые.
Текст «Панчадаши» — это текст, описанный Шри Видьяраньей, здесь дано толкование Свами Будхананды Сарасвати, и я немного попытаюсь разъяснить этот текст, это толкование.
Природа самвит — чистого сознания
«Этот самвит (атма) — он безграничное блаженство, поскольку он место пребывания безграничной любви. Любовь видна в этом высказывании: пусть «я» никогда не престанет быть, но пусть «я» существует вечно».
Самвит — это чистое сознание, это осознанность, о которой мы очень много любим говорить. В ведической традиции ему есть термин — чит или самвит, и очень важно понять точку зрения классической адвайта-веданты таких святых, как Видьяранья, на принцип осознанности, на принцип самвит.
Абсолют, Бог описывается как сат-чит-ананда: бытие неуничтожимое, которое не проявляется и не исчезает — это сат, чит — это знание этого бытия, осознанность этого бытия, а ананда — это аспект блаженства этого бытия. Аспект сат выражает сущность Бога, аспект чит выражает его природу, аспект ананды выражает его энергию. Когда есть все три — это и есть принцип Абсолюта во всей его полноте.
Этим трём — сат, чит и ананда — когда мы идём по духовному пути, практикуем воззрение, медитацию, поведение, из этих трёх вырастают внутри нас три пробуждённых тела. Принцип сат внутри нас реализуется как бесконечное тело мудрости (джняна-деха), подобное свету и пространству. Принцип чит реализуется внутри нас как тонкое, божественное, иллюзорное тело, соединяющее пустоту и ясность. Принцип ананды реализуется внутри нас как тело блаженства, способное проявляться в любом из миров. Итак, эти три принципа — сат, чит и ананда — это три семени Абсолюта, которые есть внутри нас, и которые расцветают в процессе поддержания осознанности.
Аспект сат присущ каждому живому существу, каждое живое существо ощущает своё «я», своё бытие. Оно не может сказать: «Меня нет», — как только оно так скажет, оно себя выдаст, ведь кто-то это сказал, то есть, если ты это сказал, значит ты и есть, иначе кто это тогда сказал. Можно сколько угодно говорить: «Меня нет», — но это только подтверждает факт твоего существования — это и есть принцип сат.
Кто-то может сказать: «Я существую наяву, я существую во сне в сновидениях, а во сне без сновидений меня нет», — но когда мы просыпаемся, мы помним, что у меня не было снов, у меня был сон без сновидений, кто-то из нас это помнит, то есть какой-то слой очень тонкого сознания всё равно остаётся, который мог понять, что это был сон без сновидений. Это тоже подтверждает тот факт, что мы всегда есть, и факт, что мы всегда есть — эта истина внутри нас называется сат.
Она каждым из нас переживается, но неясно, неотчётливо, почему? Потому что за понимание, за познание отвечает чит. Чит — это осознавание, а осознавания этого факта нам не хватает, потому что наша осознанность, наше осознавание подавляется в сансаре силой тамаса, силой раджаса, пятью оболочками, таттвами.
Другой аспект Абсолюта — ананда (блаженство), счастье — он тоже нам близок и понятен, все мы стремимся к счастью, у всех у нас есть понимание счастья. Но оно тоже не очищено и подавляется мирскими желаниями, подавляется тамасом и раджасом, поэтому мы аспект блаженства Бога (Абсолюта) не распознаём в чистом виде. Мы его только распознаём через энергию мирских желаний, через проекцию ума, но тем не менее у всех у нас есть стремление к счастью.
Нет ни одного живого существа, которого бы надо было учить, что тебе надо учиться быть счастливым, каждое живое существо хочет быть счастливым без обучения, даже животное. Если вы спросите: «Почему ты хочешь быть счастливым?», — то собеседник скажет: «Вопрос глупый, это интуитивно всем понятно, это всё равно, что спрашивать «почему ты хочешь быть здоровым», — потому что быть здоровым — это хорошо». Таким же образом мы внутри понимаем, что быть счастливым — это хорошо. Это ощущение, что быть счастливым хорошо — это аспект ананды в нас, но он скрыт, он непонятен, не прояснён.
В процессе практики воззрения, медитации, садханы, йоги мы проясняем постепенно эти три аспекта до тех пор, пока они не пробудятся, не расцветут и не станут нашими тремя пробуждёнными телами. Реализация трёх пробуждённых тел — тридеха, тридеха-садхана — это и есть заветный плод духовной практики освобождения.
Проблема ложного отождествления
«Данный самвит — это принцип знания, то есть атма («я») — это наша истинная природа, если мы примем за себя что-либо другое, то обманем себя. Всё, что является субъектом рождения, смерти, а также любых других изменений, не может быть «я».
Итак, адвайта говорит, что наше заблуждение в сансаре состоит в том, что мы принимаем за себя какие-то посторонние вещи. Представьте, если бы был человек и ему казалось, что он стул или стол, или шкаф, или что он другой человек, и он бы отождествлял себя с чем угодно или с кем угодно, только не с истинным самим собой. Примерно таким же образом наше положение в сансаре: мы отождествляем себя с телом, с мыслительным аппаратом, с мыслями, с нашим умом, с различными энергиями, с тонкими энергиями, и где-то наше отождествление формирует узел эго. Из этого узла эго развивается наша жизнь, формируется наше мировоззрение, наши ценности, цели, и всё вращается вокруг этого.
То же самое, как если бы человек принял себя за стул и начал этот стул кормить, одевать, ухаживать за ним, заботиться и возвёл его на пьедестал, считал желания этого стула самыми главными. Но на самом деле стул — это просто инструмент, на котором удобно сидеть, которым можно пользоваться, но это не наша природа. Это же касается наших оболочек, нашего тела, нашего эго.
Что происходит, когда человек путает себя, отождествляя себя со стулом? В его восприятие вкрался изъян, какая-то фундаментальная ошибка в мировоззрении, и всё дальнейшее исходит из этой фундаментальной ошибки. Представьте: он создал культуру этого стула, систему ценностей и целей, связанных с этим стулом, и вся его жизнь так или иначе выстраивается в обслуживании этого стула. Но он никогда не задаёт вопрос: «А как моя жизнь, кто я сам, а в чём мои цели состоят?» — потому что он целиком отождествляет себя со стулом.
Веданта призвана через понимание обнаружить эту ошибку мировоззрения, этот изъян отождествления, и, когда эта ошибка обнаружена, постепенно-постепенно мы возвращаемся к своей собственной природе, и эта природа является ничем иным, как Богом. Природа Бога и природа нашего «я» — это одно и то же, но, чтобы это осознать, нужно устранить этот изъян мировоззрения через джняну, осознавание, садхану.
Путь вичары и вивеки
Процесс садханы происходит по такой классической схеме: сначала вичара (исследование), то есть человек начинает задумываться: «Так я стул или я не стул, или я может что-то другое, а кто я?», — он начинает исследовать путём логики, а затем интуитивно через медитацию он приходит к выводу, что: «Я и стул — это разные вещи, я другая сущность», — он начинает обращать внимание на себя. Такая вичара, когда мы в ней преуспеваем, приводит к вивеке, к распознаванию, такой человек уже полностью понял, он разбирается: «Я и стул — это разные вещи».
Можно привести пример с автомобилем, когда человек так долго сидел в автомобиле, что начал считать себя с автомобилем одним и тем же. Вивека означает: мы хорошо всегда распознаём, где есть «я», а где не «я». Я — это я, а оболочки — это инструменты: тело, прана, ум, внутренний инструмент (антахкарана), то есть манас (ум), чита (хранилище памяти), ахамкара (эго) — это инструменты. Это важные инструменты, но это не я.
Вопрос власти над душой
Этот принцип распознавания «я» и не «я» очень важен, почему? Потому что речь идёт о власти над нашей жизнью, потому что мы отдаём власть тому, что мы считаем собой. Если мы считаем себя стулом, то мы во власти стула, стул нами управляет, а если мы не стул и мы — это другое, то стул — это механизм, мы сами управляем стулом. Если мы считаем себя автомобилем, то мы раб автомобиля и автомобиль нами управляет, а мы его обслуживаем. Если мы знаем, что мы пассажир, а автомобиль — это инструмент, то мы хозяева автомобиля.
Таким же образом в отношении внутренних оболочек: если мы не знаем, что мы — это Атман выше ума, то ум — наш владыка, мы во власти у ума, ум нами управляет, а мы им не управляем, мы рабы ума. Если мы не знаем, что мы не тело, то мы думаем, что мы тело, тогда тело нами управляет, мы рабы тела. Если мы не знаем, что мы не астральное тело, ни эмоциональное тело, то тогда астральное тело с его эмоциями, образами, тонкими мистическими опытами управляет нами — это вопрос власти, оно имеет власть над нашей душой.
Иногда, когда люди получают опыты тонкого тела, они так впечатляются ими, это так неизведанно, это так ново, говорят: «Я видел то-то, я видел это, такие сны, такие образы, такие видения, такие знаки идут». Что мастера в этом случае говорят: «Да, вот выпей чашечку чая. Это не ты, не позволяй этому управлять собой, не позволяй этому иметь над собой власть, не отдавай власть над душой. Власть над душой имеет только Бог, никто не имеет права иметь власть над твоей душой. Нельзя никому отдавать власть над душой: ни другому человеку, ни обществу, ни экономике, ни идеологии, ни партии, ни желаниям, ни привязанностям, ни прихотям эго, ни мыслям, ни мысленным конструкциям, ни идеологиям, ни грубым вещам, ни тонким, никаким астральным переживаниям».
Иметь власть над душой может только Бог, почему? Потому что душа — это и есть Бог, это её природа, никто другой не имеет власти над душой. Но из-за неведения мы отдаём власть над своей душой, и часто мы отдаём власть над своей душой своему эго, своим мыслям, своим эмоциям, внешним объектам восприятия, сознанию глаза, сознанию уха, сознанию осязания, сознанию обоняния, внешним объектам, иногда мы отдаём её воле своего эго.
Вивека даёт чётко понять, кто есть мы, чтобы решить этот вопрос о власти — никому не отдавать. Когда мы начинаем решать этот вопрос, обнаруживается, что эго привыкло иметь власть над нами. Мы — это не эго, но эго победило нас, так околдовало, и мы начинаем думать, что мы — это оно, а раз мы — это оно, оно всем внутри нас управляет.
Притча о царе и министре
Чистое осознавание можно уподобить царю, молодому неопытному царю, который ещё не вступил в свои права, малолетний такой царь. Обычно, если малолетний царь ещё не вступил в права полновластного владения престолом, то в королевских династиях назначают регента, какого-нибудь наперсника, который его обучает, следит за ним, а на это время министр управляет какой-нибудь, а царевич ждёт, когда он созреет, но бывает, его так и не допускают до власти.
В нашем случае этот министр (эго) очень привык нами управлять, и, когда мы начинаем понимать: «Я ведь не эго, я не министр, я другое, почему я должен быть во власти эго?», он начинает беспокоиться, что он потеряет свою власть, он начинает сопротивляться, начинаются дворцовые интриги, внутренние препятствия, внутренняя борьба.
Процесс просветления означает, что мы с помощью мудрости отбираем власть над своей душой у эго и возводим на трон истинного царя — чистое осознавание, осознавание Абсолюта. Этот министр (эго) очень беспокоится, что он не будет нужен, что он потеряет свою власть, но надо ему объяснить, что у него своя функция, своё место, он не будет наказан, его пост министра сохранится, но он должен принять присягу царю и верно ему служить, потому что только этот царь обладает полнотой власти.
Этот царь — наше чистое осознавание, наш Атман, эго должно служить Атману, ум должен служить Атману, тело должно служить Атману, все части нашего существа, весь внутренний инструмент должны служить Атману, занять подчинённое положение и внимать то, что он транслирует.
Также, когда царь где-то сидит на троне, то солдаты, генералы, министры, охранники, послы — все внимают слову царя, они внимают его воле. Когда у нас недостаточно распознавания, то царь не виден, и он говорит, но его голос не слышно, он сидит где-то, но его никто не слушает. Тогда выходит какой-нибудь властолюбивый, алчный министр и говорит: «Слушайте меня, сейчас будем это делать». Затем выходит царский привратник, говорит: «А теперь моя власть, теперь мы будем меня слушать», — затем приходит дворцовый полотёр и говорит: «А теперь моя власть, будем меня слушать».
В таком царстве постоянный хаос, постоянно сотрясаются какие-то проблемы, возникают — это потому, что никто не слышит этого царя, не слушает и не знает его — процесс сансарного неведения. Когда же мы обнаруживаем этого царя, вся гармония, весь порядок восстанавливается. История о царе и министре была впервые рассказана Васиштхой принцу Раме, следует над этим размышлять — эта история о власти над душой.
Единство сат, чит и ананды
«Слово «самвит» является синонимом слова «чит» (чистое сознание), поэтому самвит (атма) — это чит. Самвит свободен от рождения и уничтожения, мы уже видели, что он сат, таким образом атма — это и чит, и также и сат. Возможно, возникнет следующее сомнение: может быть, я — это сат, и таким образом не являюсь субъектом рождения, смерти, я — бессмертен. Возможно также истина, что я чит (принцип знания), полностью свободный от неведения, но какая от них польза, если нет счастья. С другой стороны, существует опасность постоянного страдания по причине бессмертия. Ответом является то, что сат, которое есть чит, может являться только ананда, лишённым страдания».
Доказательство нашей природы как ананды
Иногда, когда человек изучает веданту, слышит: «Ты есть сат, ты есть неуничтожимое бытие, ты есть чит, ты есть изначальное бесконечное сознание, и ты есть ананда (божественное блаженство)», — он начинает рассуждать: «Да, я есть все эти вещи, я верю в это, но я не чувствую этого. Я есть сат, я есть чит, я есть ананда, но почему же я страдаю? Мой ум страдает, моё тело страдает, у меня столько запутанностей, столько проблем — как это может быть?»
Если учение писаний верно, если утверждения святых верны, то что-то здесь не так. Либо я сат-чит-ананда, и значит я в бытии, осознанности и в блаженстве, но я этого не чувствую. Либо я не сат-чит-ананда, либо я кусок страданий, какой-то кусок ума, и этим объясняются мои проблемы.
Мы должны разобраться, в чём именно проблема, почему, будучи сат-чит-ананда, мы не осознаём, например, счастье, не осознаём ананду, или почему одни осознают, а другие не осознают, ведь это всеобщее утверждение адвайты на всех живых существ.
«Вы в действительности есть безграничная ананда, независящая ни от чего. Как мы можем быть безграничной ананда? Это не может быть по-другому — то, что вы безграничная ананда может быть доказано прямо здесь на основании вашего собственного опыта».
Веданта начинает с того, что она логически на основании писаний и умозаключений доказывает, что мы являемся счастьем. Кто-то может подумать: «Мне можно сколько угодно доказывать, что я являюсь счастьем. Но если я его не чувствую, то как мне можно доказать?» Это всё равно что если вы голодны, то вам можно обосновывать, что вы сытые, но вы должны почувствовать, что вы сытые реально.
Но чтобы начать путь созерцания, путь медитации, мы должны иметь правильное воззрение, и нет другого способа как передать его интеллектуально. Сначала мы должны убедиться в том, что наша природа — это счастье. Убедившись в том, что наша истинная природа — это ананда (счастье) кроме осознанности, мы можем развивать её через медитацию.
Если же мы будем верить, что наша истинная природа — это что-то другое, очень сложно развивать медитацию, поскольку нет направления к этому. Может быть мы попадём в это интуитивно, а может быть не попадём. Поскольку у нас есть различные взгляды на нашу природу, и эти взгляды часто даже не осознаются, они не сформулированы философски, они так сложились стихийно под влиянием социума, воспитания, нашей рефлексии, умозаключений.
Это примерно такое: «Я — это я, я вот такой-то», — и это даже не ум наш чувствует, а наше привычное тонкое тело. Это даже иногда не осознаётся, но у нас есть определённое умонастроение, мироощущение. Чтобы изменить это, нам нужна точка зрения веданты на нашу истинную природу.
Любовь к себе как доказательство божественной природы
«Прежде всего выясните, что вы любите больше всего в этом творении. Любовь к чему никогда не сможет превзойти вашу любовь к любому другому объекту, существу или событию. Универсальным фактом является то, что каждое живое существо независимо от его особенности больше всего любит самого себя. Я — это сосредоточение максимальной любви. Сам этот факт является достаточным доказательством того, что нашей истинной природой является безграничная ананда».
Все люди любят самих себя, даже когда не осознают это. Например, сейчас очень популярно селфи — это форма любви к себе, даже сделали палки для селфи, чтобы любить себя было удобнее. Селфи ведь не для кого-то, оно выкладывается в инстаграм, в фейсбук, в социальные сети, чтобы другие видели, как мы любим себя, и прикоснулись к частичке этой любви.
Можно сказать, мы миссионеры самих себя, мы проповедуем собственную любовь к себе в надежде на то, что и другие нас полюбят и примут наше учение, что не только мы любим себя, пусть и другие нас любят. Каждый из нас такой хороший миссионер, проповедник учения о любви к себе.
В основе этого лежит настоящая, истинная любовь к Богу, в основе этого лежит настоящая божественная любовь, любовь души к Атману, осознание своего принципа как блаженство — то есть чувство-то правильное. Но изъян, ошибка в том, что спроецировано оно на не те вещи, оно спроецировано на тело, спроецировано на личность, на ум, на эго.
Веданта устраняет этот изъян, обнаруживая, что есть истинная природа любви, в чём есть истинная природа нашего внутреннего блаженства. Она указывает, что оно за пределами ума, за пределами эго, и нам предстоит обнаружить эту истинную природу.
Другими словами, все мы следуем каким-то ложным учениям о самом себе, о любви к самому себе. Мы сами эти учения, нас даже никто не учил, они как-то изнутри интуитивно появились. Но это не целиком ложное учение, оно содержит истинную часть и ложную, и наша задача — ложную часть отсечь, а истинную оставить.
Когда Падмасамбхава пришёл в Тибет, там было засилье бонских шаманов, люди делали жертвоприношения животных, поклонялись духам гор, лесов, была такая довольно суровая, даже мрачноватая религия. В ней была часть недвойственная, которая не отличается от учения сиддхов, адвайта-веданты.
Падмасамбхава был тантрическим буддистом, изошедшим из Индии, и когда он распространял тибетский буддизм в Тибете, то он встретил противодействие местных жрецов, шаманов. Несмотря на то, что царь покровительствовал ему, всё время были какие-то стычки. Тогда они собрались все вместе, решили либо бонцы уйдут и тантрические буддисты восторжествуют, либо наоборот, и они устроили соревнование, теологические дебаты, дебаты по метафизике.
Когда они соревновались, это было на равных, но затем, когда они начали упражняться в чудотворных способностях, то Падмасамбхава и его супруга продемонстрировали очень великие силы, и бонцы были посрамлены. Тогда царь, видя результат такого поединка, принял такое решение, что та часть бон, которая не находится в противоречии с недвойственным учением, она остаётся, а магическая, шаманская, которая приносит в жертву животных и пользуется заклятиями, она должна уйти.
Внутри нас тоже наш внутренний царь должен разобраться, он должен провести анализ, и какую-то неверную часть нашего внутреннего мировоззрения, нашего внутреннего понимания отсечь, а верную наоборот возвести на пьедестал. Другими словами, нам нужно увидеть изъяны своего ума, своего мировоззрения и их опровергнуть, и также нам нужно увидеть истинные потоки сознания внутри нас, наше истинное мировоззрение и возвести его на пьедестал.
Анализ природы любви к себе
«Я — это объект высочайшей любви, безграничной любви, любви ничем не обусловленной, то атма («я») — это безграничная ананда. Мы любим данную вещь из-за того, что получаем от неё, мы любим ребёнка, потому что он само воплощение невинности, что он нравится нам. Мы любим прекрасно пахнущую розу потому, что она даёт нам наслаждение, точно также мы можем любить различные вещи из-за удовольствия, которое мы можем от них получать. Но за что мы любим себя, вы не можете сказать, за красивые глаза или что-либо подобное. В таком случае вы любите глаза, которые вам нравятся, поскольку они прекрасны».
Даже если у вас будут некрасивые глаза, вы будете также любить себя на самом деле, то есть это ничего не играет вообще, потому что чувство любви к себе и чувство счастья от соприкосновения с собой оно изначально встроено как наша природа.
«Наш вопрос относится к «я», и не имеет отношения к какой-либо части нашего тела. Мы не можем найти достаточной причины для того, что «я» является местом локализации максимума нашей любви. Я не могу не любить себя, любовь к себе — это неотъемлемая принадлежность каждого из нас».
Когда мы любим ребёнка, нам конечно кажется, что мы любим ребёнка, но если глубже посмотреть, то мы любим себя в ребёнке, потому что ребёнок пробуждает в нас самые лучшие чувства, позволяет пролить нам нежность, любовь, он открывает в нас канал любви, вот без него возможно этот канал был бы закрытым. Именно потому, что он пробуждает в нас канал любви, мы и любим ребёнка.
По чему это можно обосновать? Например, если есть чужой ребёнок, мы его не любим также, потому что он пробуждает канал любви, вызывает самые нежные чувства у других родителей, а в нас он не вызывает ничего, у нас нет связи с ним должной, поэтому мы его как бы: «Ну ребёнок и ребёнок, чужой ребёнок», — а своего мы любим, потому что именно он именно внутри нас пробуждает эти чувства.
Таким же образом, если мы любим какую-то вкусную еду, мы её любим не за саму еду, а потому что она пробуждает в нас восхитительные ощущения. Например, если еду ест другой или если еда далеко, то она не пробуждает в нас никаких ощущений, и мы в данный момент её не любим, для нас её всё равно что нет. То есть мы любим именно то, что вступает в непосредственный контакт соприкосновения с нашими индриями, с нашим умом и тонким телом, то, что в нас нечто пробуждает, и в процессе этого меняет наше сознание.
Если мы любим другого человека, мы его любим не за то, что он есть, каков он есть, а за пробуждение в нас каких-то чувств, а затем проецируем их на него, потому что, если бы мы не знали его, то мы не могли бы пробудить эти чувства.
Допустим, был такой момент, когда мы его не любили, ведь любовь возникает не сразу, был момент, когда он нам был безразличен, он был посторонним. Наступил какой-то момент, когда мы познакомились, и мы его ещё не любили, то есть он не всегда был нами любим, не так ли? Но потом наступил момент, когда он начал пробуждать какие-то чувства. Чувство уважения, доверия, восторга, блаженства, восхищения, любви, и вот тогда мы полюбили. То есть мы полюбили его за самих себя, за то, что он в нас начал пробуждать такие чувства.
А потом бывает и наоборот, он перестал эти чувства пробуждать, и всё — мы его больше не любим, зачем он нам нужен, больше не пробуждает никаких таких чувств. Но это в случае такой грубой, материалистичной любви. Если люди возвышенного ранга, то они любят ещё за более тонкие вещи, они любят друг друга за Бога внутри, за то, что другой пробуждает в них чувство Бога. Они уже не ориентируются на грубые чувства.
В общем дело обстоит так, что те объекты, живые существа, которые пробуждают в нас внутреннюю любовь, мы их любим. То есть мы их любим за нашу собственную любовь к самим себе. Просто мы не можем быть в любви к самим себе без этих объектов пока, они как бы инициируют, открывают в нас эти процессы. Это указывает на то, что внутренняя, глубокая любовь к самим себе встроена в нас, и все связи, все отношения основаны на этом.
Безграничная природа ананды
«Мы больше всего любим себя. В отличие от множества желанных вещей в мире безграничная ананда, наша природа не зависит от чего-либо ещё. По своему опыту мы знаем, что все без исключения больше всего любят сами себя. Взяв за основу этот факт, давайте теперь проанализируем, является ли «я» точкой локализации безграничной любви безграничной ананда».
Итак, мы любим самих себя, потому что наша природа внутри — это Бог. Эта любовь к самим себе на самом деле — это завуалированная, непонятая нами, непроясненная любовь к Богу. Эта любовь в нас к самим себе есть любовь души к Богу на самом деле, но поскольку она не прояснена, то она проецируется не на Бога внутри нас, она проецируется на ум, на тело, на тонкое, эмоциональное тело, и также на внешние объекты, либо других людей.
Прояснение с точки зрения адвайты показывает, в чём состоит наша природа, и почему мы любим самих себя. Мы не можем не любить самих себя, потому что наша природа — Бог, наша природа божественна. Однако, когда мы обнаруживаем, что наша природа — это Бог (Атман), что наша природа божественна, то внезапно мы начинаем понимать, что и других людей природа такова же, и внешних предметов природа — это Бог, других существ.
Тогда внезапно мы открываемся к вселенской, божественной любви по-настоящему. Наша эгоистичная любовь к самим себе уходит, мы по-настоящему начинаем любить Бога в каждом живом существе, тогда мы начинаем понимать по-настоящему смысл этого жеста намасте — я почитаю Бога внутри тебя, я люблю Бога внутри тебя.
Мы перестаём обращать внимание на внешние оболочки, на несущественные, на внешние признаки, оценивать людей по их фигуре, красоте тела, лица, уровню интеллекта, материальному положению. Мы по-настоящему прозреваем божественное внутри них, и можем их любить по-настоящему, видим как одно. Поэтому в «Бхагавад-гите» говорится, что просветлённый мудрец одними глазами смотрит на жреца (брахмана), на неприкасаемого из низшей касты, бомжа нашим языком говоря, на собаку, и на собакоеда. Он одними глазами видит, потому что он их любит, их божественное «Я», которое наполняет их. Вот отсюда рождается мировоззрение адвайты, просветлённое мировоззрение святых.
«Возьмём желаемый объект «а», дающий нам некое удовольствие. Существует другой объект — «б», дающий большее удовольствие чем «а». Таким образом наша любовь к «б» больше, чем к «а». Если присутствует объект «с», дающий ещё большее удовольствие, тогда наша любовь к «с» будет больше, чем к «б». Предположим, существует нечто дающее безграничное счастье, естественно наша любовь к этому будет безгранична. Следствием этого рассуждения является то, что наша природа — это место локализации безграничной любви, должна обязательно быть источником безграничной ананды, то есть «я» — место локализации безграничной любви».
Если мы любим самих себя больше всего, значит наше «я» даёт нам больше всего любви, и что может давать больше всего любви? Значит у него должна быть очень блаженная природа, то есть наше «я» даёт нам столько любви, именно поэтому мы его любим больше всего на свете. Оно может давать нам столько любви по причине своей абсолютной природы, поэтому мы все являемся ананда, поэтому принцип ананда изначально нам присущ.
Но когда мы заблуждаемся, считаем себя телом, умом, мы чувствуем, что тело, наша ананда часто не даёт, иногда тело может болеть, доставлять беспокойство, никакой ананды. Но по крайней мере, если оно здорово, оно просто нас ограничивает немножко биохимией, законами, но нельзя сказать, что оно просто фонтанирует анандой. Оно может давать немножко ананды во время секса, во время еды, когда вы босиком по траве ходите или купаетесь, немножко ананды даёт, вы чувствуете хорошо, когда спортом занимаетесь, когда молоды, можете бегать десять километров, а потом оно может не давать ананды, но это не безграничная ананда.
Таким же образом ум не даёт нам ананды, иногда он даёт, когда мы наслаждаем ум, а в общем он приносит ещё также беспокойства, иногда он может вообще нас изматывать. Но есть нечто, что даёт нам эту ананду, и наше высшее «Я» является источником безграничной ананды. Когда мы перестаём путать источник ананды с телом, с умом, с внутренним инструментом, мы обнаруживаем, что мы можем прямо присоединяться к этому источнику блаженства, что он есть мы сами, он есть наша изначальная природа.
«Таким образом «я» есть сат-чит-ананда. Некоторые могут оспорить утверждение, что «я» — место локализации безграничной любви. Время от времени мы ненавидим себя, более того, человек на грани самоубийства конечно же не любит себя. Да, внешнее наблюдение может привести к такому выводу, но фактически в этих случаях ненависть относится к страданиям, разочарованиям, неудачам и так далее, которые накладываются на «я» по причине невежества. Если эти причины устранены, не остаётся места для отвращения. «Я» никогда не может быть объектом моей неприязни».
Истинная природа любви к себе
Когда человек даже ненавидит себя, не любит себя — это оборотная сторона любви к себе на самом деле. Что происходит? Человек чувствует, что он достоин блаженства, что он достоин любви, внутри него встроено это понимание, но он его не чувствует. У него острое чувство несправедливости: я достоин высшего блаженства, я достоин высшей любви, а я этого не чувствую. Из-за этого рождается самоуничижение, ненависть, различные вещи, потому что внутри нас встроены эти принципы.
Бывает так: ученик приходит к мастеру и говорит: «У меня такая-то проблема, у меня такая-то проблема». Мастер говорит: «Я не хочу слышать о твоих проблемах, я хочу слышать о твоём экстазе. Почему ты не пляшешь в экстазе и в блаженстве?» Это другая точка зрения, потому что твоя природа — это экстаз и блаженство. Ты говоришь, что у тебя проблемы — это твои фантазии. Это как снится спящему человеку, что во сне за ним гонятся собаки, но реально никто за ним не гонится, но его ум заставил его поверить, что за ним гонятся собаки.
Когда мы страдаем — это не наша сущность, это не наша истинная проблема, когда мы имеем ограничения. Это ограничение, наложенное нашим же умом, это выдуманные фантазии ума, а наша подлинная природа — это блаженство и счастье.
Путь к обнаружению внутреннего блаженства
Когда мы перестаём верить уму, перестаём верить в проблемы ума, начинаем глубоко вдумываться в принцип того, что мы являемся блаженством и счастьем, начинаем доверять внутреннему блаженству и внутреннему счастью, постепенно и проблемы начинают уходить. Проблемы создаёт двойственный ум, когда с помощью оценочной деятельности саморефлексии он начинает создавать различные тоннели реальности, отдельные от счастья.
Если мы не следуем за умом, а обрезаем мысли в самый момент возникновения, мы в тот час же отбрасываемся к внутреннему центру, к безвыборочному осознанному бытию, в котором проблем нет. Если мы длительное время остаёмся в нём с помощью созерцания, мы постепенно начинаем обнаруживать этот поток ананды, это пространство чистой осознанности, полное блаженства. Это не вопрос того, что мы создаём блаженство практиками, медитациями, пранаямами, поклонением — это вопрос в том, что мы обнаруживаем это пространство как то, что есть и всегда было нам присуще, но наш ум уводил нас от него.
Универсальное желание бытия
«В случае человека, который желает следующим образом: "Пусть я никогда не перестану быть, пусть я буду существовать всегда". Любовь к себе видима или ощутима, кто же не желает этого? Если кто-нибудь, кто хочет умереть, и кто не желает жить? Даже человек, желающий совершить самоубийство, откажется от него, если ему будет предложено решение проблемы. "Никогда я не желаю не быть, но всегда желаю быть" — это универсальное желание, показывающее, что каждый больше всего любит самого себя, поэтому истинной природой каждого является безграничная ананда.»
«Без сомнения существуют разнообразные вещи, которые мы любим. Но какой бы любовью мы ни обладали к жене, к мужу, к детям, к благополучию, к славе, к тому, чем мы не являемся, она служит нам самим, нравится вам это или нет, но это факт. Чем быстрее мы это обнаружим, тем лучше для нас, поскольку наша жизнь станет более целенаправленной. Мы колеблемся прежде, чем принять этот факт, поскольку не хотим казаться эгоистами, тем не менее мы не можем дурачить самих себя. Человек любит что-либо и кого-либо для самого себя.»
Различие между анандой и эгоизмом
На самом деле, когда мы признаём факт собственной ананды и любви к нашей внутренней ананде, к самим себе, мы не станем эгоистами, потому что эта ананда как раз подрубает эго под корень. Эгоизм лежит на плане ниже, эгоизм всегда проистекает из антахкараны (внутреннего инструмента) и ахамкары.
Антахкарана — это внутренний инструмент согласно ведической традиции, он состоит из эго (ахамкары), который как клей склеивает воедино все части нашего тонкого тела. Каковы эти части? Это понятийный ум (манас), это читта (память), хранилище прошлых тенденций, буддхи (духовный разум), читта, манас, буддхи, а ахамкара всё их склеивает.
Эгоизм означает, что мы полюбили ахамкару, мы полюбили внутренний инструмент, связанные с ним органы чувств, связанное с ним тело, связи, отождествления. Когда же мы обнаруживаем себя как принцип блаженства, обнаруживаем свою сущность как бесконечную любовь к этому блаженству, то это подрубает под корень сам наш эгоизм, потому что в этом блаженстве и в этой любви мы находим Бога.
Когда мы глубоко исследуем, кого же мы в себе любим, и что есть источник такой нашей преданной любви в самом себе, почему мы так преданы сами к себе, почему мы так любим сами себя, мы обнаруживаем, что мы преданы самим себе, потому что мы внутри являемся Богом, потому что мы внутри являемся Абсолютом, Атманом. Мы так любим его, потому что он полон ананды, и он является главной сущностью любой любви вообще в каждом живом существе.
Это не имеет ничего общего с эго, это имеет общее с любовью, которая развита во всех живых существах. То есть, поняв принцип любви к самому себе, принцип ананды, мы на самом деле отказываемся от эго и обретаем истинную, божественную любовь. Этот принцип находится не только в нашем теле, не только в нашем эго, он находится в каждом теле, и мы также можем любить этот принцип в каждом живом существе. Тогда наше эго больше не властно над нами, и мы можем распознавать Бога, и любить Бога, и быть преданными Богу во всех живых существах, поэтому это не имеет ничего общего с эгоизмом.
Учение Яджнавалкьи о природе любви
«В "Майтрейя-брахмане", в "Брихадараньяка-упанишаде" великий святой Яджнавалкья объясняет своей жене в недвусмысленных выражениях. Он сказал: "О дорогая Майтрейя, истинно муж дорог жене не ради пользы мужа, но ради её собственной пользы он ей дорог. Жена дорога мужу не ради пользы жены, но ради его собственной пользы она дорога ему. Дети дороги родителям не ради пользы детей, но ради пользы самих родителей они дороги им. Богатство дорого не ради пользы богатства, но ради собственной пользы человеку оно дорого. Животные дороги не ради пользы животных, но ради собственной пользы дороги животные. Брахман дорог не ради его пользы, но ради собственной пользы он дорог. Кшатрий дорог не ради пользы кшатрия, но ради собственной пользы он дорог. Небесные жилища дороги не ради их пользы, но ради собственной пользы. Веды дороги не ради пользы Вед, а ради собственной пользы. Пять элементов — земля, вода, огонь, воздух и пространство дороги не ради их пользы, а ради собственной пользы. Истинно всё дорого не ради пользы всего, а ради собственной пользы".»
Здесь слово «собственный» в ведическом смысле должно быть расшифровано. Атман переводится буквально как «я сам», внутренняя самость, и упанишады говорят: «Наша истинная сущность — это Атман», — и каковы свойства Атмана? Атман есть бытие, сознание, блаженство, Атман не имеет имени, цвета, вкуса, запаха, формы. Атман есть бесконечное, светоносное сознание, полное блаженства, и этим Атманом являемся мы сами.
Выходит так, что все наши переживания, вся наша любовь, все наши действия посвящены этому Атману. Мы очень любим этот Атман, мы очень преданы ему, хотя не всегда это осознаём и часто путаем, и не понимаем мотива этого. Мы все являемся почитателями внутреннего Атмана, и этот внутренний Атман есть Бог внутри нас, он есть ананда.
Когда мы утверждаемся в таком воззрении — это есть джняна-дришти, воззрение адвайта-веданты. Однако само по себе воззрение — это понимание, но чтобы его истинно реализовать, необходимы медитация и осознавание. Одного утверждения «я блаженный Атман» недостаточно, всю нашу жизнь мы пребываем в медитации, в осознавании, пребываем в Атмане, чтобы по-настоящему его осознать.
Четыре категории отношения к миру
«Мир можно разделить на четыре категории, основываясь на различных уровнях отношения к ним. Первое — "я", которое является местом локализации безграничной любви, здесь любовь не обусловлена какой-либо причиной. Второе — желаемые объекты, существа и тому подобное, не являющиеся нами, это могут быть муж, жена, дети, богатство, слава, сила, власть и так далее, то, что обычно желаемо. Третье — нежелательные вещи, к примеру змеи, болезни и тому подобные, являющиеся источником страха, опасности и страдания. Четвёртое — безразличные объекты, сущности и события, к примеру трава, человек, который безразличен, ком земли, могут являться примером того, что вас не интересует.»
Шри Рамана Махарши, давая толкование высказыванию Видьяраньи, говорил примерно: «Мужчины любят женщин, ненавидят змей и безразличны к камням на дороге».
«Среди этих четырёх категорий первое, "я" — точка локализации безграничной любви, всегда остаётся центром безграничной любви, и это не может быть иначе. В то время как каждая из остальных трёх категорий может видоизменяться в две другие, в зависимости от отношений к ситуациям. К примеру, когда вы встречаетесь с тигром — это конечно нежелательно, поскольку это угрожает вашей жизни, но когда вы видите его вон там на горе уходящего, он становится объектом безразличия. С другой стороны, если это тот же самый тигр пойман и содержится в зоопарке или в дрессируемом цирке, он становится источником развлечения и становится желательным.»
«В то время как тигр один и тот же, в начале он нежелателен, затем безразличен, и далее становится желательным. То, что изменяется — наше отношение к объектам, событиям и существам. Самый дорогой сын может стать нежеланным позже, когда ведёт себя не так, как хотят родители. Не существует твёрдого и устойчивого правила, что любые объекты желательные, нежелательные или безразличные будут всегда оставаться теми же. То, что изменяется, так это наше отношение к ним, но "я" всегда является центром безграничной любви.»
«Даже любовь, направленная куда-либо ещё кроме нас самих, служит лишь нашей пользе. Только "я" — высшее сосредоточение любви, обратное утверждение не является истинным, любовь к себе не служит пользе других. Что бы человек ни любил отличное от себя — это служит его пользе, или любовь к себе только для себя, и никогда для пользы других. Прямо или косвенно "я" — это высшее сосредоточение любви, поэтому любовь к себе исключительная и наивысшая. Это нечто, никогда не зависящее ни от чего кроме себя, и не имеющее причины что-либо другое кроме себя. Она безграничная по природе, поэтому то, что природа атмы является парам-према-сампадам, не подлежит сомнению. Атма — это парамананда, и ничто иное, таким образом доказана безграничная природа ананды. Сосредоточие безграничной любви обязательно должно обладать природой безграничной ананды.»
Заблуждение отождествления и путь освобождения
Итак, наше сознание является источником безграничного блаженства, именно поэтому нам присуща любовь к самим себе, к другим живым существам. Это средоточие блаженства (ананды) не есть наше эго, не есть наш ум, но наше неведение затмевает этот факт, и у нашего ума есть изъяны, и тогда мы ошибочно полагаем, что средоточие блаженства, средоточие любви — это наше тело, это наш ум и это наша личность. Мы ошибочно связываем этот источник блаженства с этими непостоянными, меняющимися вещами. В этом состоит главное заблуждение как сущность неведения в сансаре, сущность авидьи.
Тогда мы рассуждаем так: «Если я ум, если я личность, и если я тело, то я могу наслаждать тело, совершая разнообразные действия, могу быть делателем, я могу улучшать свой ум, я могу делать личность более сильной, более властной, и я буду это делать, чтобы это делать, я буду предпринимать усилия».
Из этого ложного отождествления рождается второй уровень ложного отождествления — чувство делателя (картритва-буддхи). Мы начинаем себя осознавать делателем, действующим в причинах и следствиях, начинаем стремиться к результатам, жаждать получить плоды своих действий, и тогда возникает также привязанность к плодам наших действий, привязанность к результатам — это и есть принцип рага и двеша (двойственность), желание получать результаты и нежелание получать плохие результаты.
Учение Кришны о прапатти-йоге
Здесь можно задать вопрос: «А как быть истинно в блаженстве ананды, как быть истинно счастливым, как быть истинно просветлённым, как по-настоящему за всем видеть Бога?» — и святые дают радикальный метод, они говорят: «Это возможно сделать прямо сейчас».
Кришна в «Бхагавад-гите» дал этот метод Арджуне. Арджуна перед битвой на Курукшетре был в больших сомнениях — сражаться ему с противостоящим кланом Кауравов или нет. Он говорил так:
— Там дяди по материнской линии, там учитель Дрона, там многие мои знакомые, как я могу с ними сражаться? Я не буду сражаться, мне не нужно ни царство — зачем это всё, это не моя война.
Кришна сказал:
— Отлично, ты можешь стать санньяси, хочешь, я дам тебе дикшу, ты наденешь оранжевую одежду, прямо сейчас ты отречёшься от мира, и всё, ты больше не кшатрий. Санньясин — он уже не брахман, ни кшатрий, он вне каст, ты изгой, на тебя больше нет надежды как на пандавскую надежду, ты ноль в социальном смысле. Сядь под деревом, медитируй, и будь счастлив тогда.
Он сказал:
— Нет, я не могу, я не йог, моя природа кшатрийская. Я не могу жить как йог, как садху в отречении.
Кришна говорил:
— Ты займёшься йогой, ты сможешь.
— Нет, я тоже так не могу.
Кришна ему начал описывать разные виды йоги, как можно работать с умом, с праной, описал ему джняна-йогу, что он не является этим телом, что он является Атманом. Затем он описал ему кундалини-йогу, он описал ему карма-йогу, и Арджуна говорил:
— Здесь я не могу, для джняны мой ум не очень силён, я не разбираюсь, где Атман, где Брахман, где пять оболочек, всё это так сложно — гуны, таттвы. Мы кшатрии, я привык стрелять из лука, махать мечом, я сильный, я не понимаю этих философий, кундалини-йога тоже.
Тогда Кришна сказал:
— Хорошо, тогда оставь все виды деятельности, просто предайся мне. Оставь всё, оставь все философии, оставь всё, просто отпусти своё эго. Просто предайся этому высшему счастью.
Он изложил ему прапатти-йогу, он сказал:
— Тот, кто предаётся мне, тот, кто поклоняется мне, тот, кто посвящает всю жизнь, каждое действие, он несомненно достигает меня.
Прапатти-йога — это и есть ключ к счастью, ключ к свободе, ключ к самадхи, ключ к просветлению. Когда мы оставляем всё — все привязанности, все цепляния, все надежды, все страхи, все понятия — и предаёмся Богу. Прапатти-йога буквально звучит как йога отбрасывания себя.
Мы являемся блаженством, мы являемся изначальным счастьем, но изъяны нашего ума и отождествление с эго и с телом не позволяют нам прямо сейчас быть в этом блаженстве. Тогда нам нужно всё отбросить, нам нужно отбросить этот ум с изъянами, отбросить это эго, и просто позволить себе быть в блаженстве и счастье прямо сейчас, несмотря ни на что, ни на какие условия.
Ум говорит: «А вот я не могу быть полностью счастливым, потому-то, я не в блаженстве потому-то», — и когда он так говорит, мы должны сказать: «А я уже отбросил ум, всё, я не слушаю ум». Когда мы вот так отбрасываем и предаёмся, внезапно мы обнаруживаем, что ум больше не властен над нами. Внезапно мы обнаруживаем, что счастье оно есть, и оно ничем не обусловлено, и оно ничем не мотивировано, оно ничем не связано, что мы можем быть счастливы просто так.
Это не требует усилий, напротив, это процесс без усилий. Это не процесс достижения обретения, напротив, это процесс узнавания того, что изначально присуще. Атма-ниведана (самоотдача Атману), прапатти-йога — это процесс в учении лай-йоги и других йогах, которые говорят, как душа может отдать себя Богу, чтобы быть счастливой и просветлённой. На самом деле мы отдаём свой ум, своё эго и своё тело самим себе, своей просветлённой божественной природе.
Были люди, ученики Шри Раманы, которые приходили к Шри Рамане и говорили: «Мы положились на Бога, мы полностью доверились Богу, но результатов нет». Рамана смеялся, он говорил: «Если вы положились на Бога, доверились полностью Богу, вы уже не можете так говорить. То, что вы так говорите, означает, что вы ждёте каких-то результатов. Если вы положились на Бога, полностью доверились, то вы не скажете "но". Как только вы говорите "но", вы это должны пресечь и отдать его Богу».
Другой пример, который он приводил: человек, который несёт тяжёлую поклажу, заходит в поезд и продолжает держать на голове тяжёлую корзину. В Индии, в Непале женщины носят такие тюки, огромные корзины. Такой человек по неведению заходит в поезд и всё равно продолжает держать эту корзину на своей шее, но поезд едет и везёт и человека, и корзину.
Таким образом, когда мы отдаём Богу своё эго, свои амбиции, свою гордость, свои привязанности, то Бог берёт на себя решение наших проблем, наших задач, потому что он есть ананда, он есть чит (осознавание), он есть блаженство и он есть счастье.
Искусство прапатти-йоги
Искусство прапатти-йоги (искусство самоотдачи) означает, что мы должны помнить о Боге ежесекундно всегда и везде. В тот момент, когда мысли всплывают, когда воля начинает брать своё и доминировать, когда эго всплывает, когда мысленный поток идёт шквалами и мысли не остановить, когда эмоции идут непрерывно, мы должны помнить о Боге и просто держаться Бога.
В тот момент, когда мы помним о Боге и держимся Бога, осознанно пребываем — это и есть принцип осознанности, принцип нидидхьясана. А когда всплывает наше цепляние, наши привязанности, мы их отсекаем устойчивым пребыванием в Боге. Мы предоставляем Богу решить проблему привязанности, предоставляем Богу решить проблемы цепляний или страхов, тогда надежды, страхи, цепляния отсекаются. Здесь наша главная задача — не изменять Богу ни с чем, ни с кем ни в коем случае.
Если мы решили быть преданными Богу, мы не можем изменять Богу с чем-то ещё, с объектами чувств, со своим умом, со своим эго. Мы не можем снова его оставить и стать преданным другому. Эту любовь и преданность следует всё время продолжать и углублять, не отдавать власть над душой чему-либо ещё. В этом секрет прапатти-йоги.
Открытие пространства божественной любви
Когда мы таким образом пребываем в самоотдаче и отдаём свою душу во власть Бога и только Бога, и делаем это осознанно, постепенно мы обнаруживаем тот слой сознания, который полон необусловленного счастья, необусловленной ананды и осознанности. Постепенно мы обнаруживаем его как везде присущее бытие, как везде присущее пространство божественной любви, как чистое, просветлённое поле пробуждения.
Это пространство божественной любви начинает нас благословлять, и мы чувствуем, что мы получаем так много, что мы не достойны этого, что мы ничего не делали, чтобы так получать. Мы поделали десять видов асан, может быть, да, но это даже не так много — в спорте люди гораздо больше выкладываются, разве нет? Мы прочли все книги, да, но учёные читают гораздо больше книг и ещё пишут их.
Да, мы сидели на сатсангах, мы практиковали в ритритах, но на работе, на заводе рабочие гораздо больше сидят. То есть мы кое-что сделали, да. Мы сделали часть своей работы, мы очистили ум, мы подготовили себя, но то, что мы получаем — это гораздо больше, оно не соизмеримо. И мы чувствуем, что мы даже не заслуживаем этого, и это не мотивировано, без причины. Мы не настолько велики, чтобы получать так много.
Пробуждение благодарности
И тогда у нас пробуждается очень большая благодарность, потому что мы чувствуем, что Бог любит нас раньше, чем мы его полюбили. Он нас всегда любил, а вот мы что-то как-то не понимали, что Бог изливал свою благодать, он изливал свою милость ещё до того, как мы о нём даже узнали, ещё до того, как мы им интересовались, а он уже изливал на нас свою любовь. Но мы были несчастны по причине того, что не направляли свой ум на него, искали ананду в другом.
Такая беспричинная, божественная благодать (Ануграха-шакти, шактипатха) открывает нам новый удивительный мир: жизнь в игре, жизнь в благодати, жизнь в пробуждении, жизнь в бесконечной нарастающей ананде.
Мои благословения, чтобы эта жизнь, однажды начавшись у вас, была бесконечной — ей нет границ, нет ограничений.


