Комментарий к тексту Сатья Саи Баба «Атма-боддха»
Текст «Атма-боддха» (познание души) с комментариями писаний Бхагавана Шри Сатья Саи Бабы. Вместе с «Вивека-чудамани» «Атма-боддха» является главным текстом Шри Шанкарачарьи.
«Эта «Атма-боддха» (учение об Атмане) написана для тех мумукшу (ищущих осознания), что подвижничеством искоренили свои грехи, что спокойны, свободны от привязанностей».
Этот текст описан для тех мумукшу (ищущих освобождение), которые своим тапасом исчерпали свои грехи, которые спокойны и свободны от привязанности. Шанти, вайрагья и васанакшая — это свойства мумукшу. Когда этот текст слушает человек, который исчерпал свои васаны, в том числе негативные, человек спокойный, свободен от привязанностей, он получает шравану (прямую передачу), поскольку ничто не мешает прямой передаче (шастра-крипа) изливаться.
Три качества истинного мумукшу
Чтобы стать и быть истинным мумукшу нужны три вещи:
- Свобода от привязанности
- Исчерпание своих грехов, или васан (наклонностей), разрушение васан
- Спокойствие
Исчерпание васан
Исчерпание васан означает, что в потоке нашего тонкого тела есть тенденции. Есть тенденции в причинном теле, и когда планеты благоприятствуют, эти тенденции из глубины души всплывают, как рыба из воды. Часто я читаю, как на берегу дальнего востока, моря, в какой-то далекой стране внезапно какой-то ихтиозавр, какое-то чудовище выплыло, и никто не думал. Это какие-то реликтовые существа, которых думали их нет уже десять тысяч лет, сто тысяч лет, динозавры какие-то, и внезапно они появляются, ученые ломают голову, потому что это не вписывается в их теорию. Эти животные не должны жить, а они есть и выплывают периодически, какие-то огромные крокодилы, то есть существа, живущие в глубине, которым нет названия в биологии человека, неизвестные науке, но они где-то там глубоко очень есть.
Вот такие всплывающие ихтиозавры, крокодилы — это и есть васаны, то есть мы думаем, что мы уже свободны, а там, где-то в глубине что-то еще может раз и всплыть в какой-то особенный момент. Но разрушение васан означает, что мы настолько укрепились в дхарме, в осознавании вичаре и вивеке, что мы знаем: какой бы ихтиозавр не всплыл из сознания, он будет растворен. Он не имеет никакого значения, то есть нас ничто не может поколебать, сбить с пути, заставить испытать какие-либо клеши, потому что наш потенциал сильнее всего, что всплывает. Никакие звезды, никакие планеты, никакие события больше не могут активировать внутри нас неведение, то есть сила наших невежественных клеш настолько ослаблена вичарой, вивекой — это и есть васанакшая, то есть васаны разрушены.
Способы разрушения васан
За счет чего разрушаются васаны, негативные особенно?
Самый лучший способ — за счет джняны.
Другой способ — за счет севы и самоотдачи, когда мы переподчиняем себя Богу в процессе севы и становимся руками и ногами Абсолюта, его иллюзорным телом, и главным для нас становится исполнение миссии Бога, служение иччха-шакти (божественной воле). Наша воля уже не имеет ничего личного, ничего своего, она полностью подчиняется божественной воле. Поэтому, когда всплывают васаны из глубин сознания, мы не стремимся их исполнять, потому что мы уже давно служим другому господину.
Также васаны разрушаются анализом — шраваной и мананой на пути джняна-йоги. Этот анализ мы должны совмещать с изучением священных текстов, главных принципов адвайта-веданты, тщательным рассмотрением всего, что всплывает с точки зрения джняна-йоги. Это называется юкти (правильное рассуждение). Такой анализ Гуру передает ученику как одну из драгоценностей, например, самоосвобождение — это пример такой аналитической медитации, разрушающей васаны.
Например, вы говорите или вы чувствуете: «У меня появляется гнев на другого человека», — а затем проводите анализ: «Гнев или любовь, другой человек или я сам — разве существуют в Брахмане такие понятия?» Вы возмущаетесь: «Ум, что ты себе выдумал? Брахман свободен от этих понятий, держись абсолютного Брахмана, свободного от этих понятий».
Когда вы даете ему такое ценное указание, ум внезапно пересматривает свои позиции, думает: «Чего это я на этого человека? Это не имеет никакого значения, моя задача думать о Брахмане». Конкретная васана в данный момент разрушена, то есть она исчезла, как будто ее и не было — это и есть васанакшая.
Следующий способ разрушить васаны — это Гуру-йога, преданность и самоотдача. Принцип Гуру-йоги означает, что мы объединяем свой ум не только с коренным Гуру, но и со святыми древа Прибежища, с Гуру Брахманандой, Ади Шанкарачарьей, Бхагаваном Даттатреей, сводя их все к одному. Принцип «все сводить к одному» — это принцип ануттара-тантры, потому что в адвайте действительно все одно. Когда мы все сводим к Гуру-йоге, мы понимаем, что когда возникают васаны, мы хорошо знаем куда их тоже отправить, мы их отправляем по тому же адресу, мы тоже васаны сводим к Гуру-йоге.
Гуру-йога представляет собой сферу сияния, а васаны представляют собой какой-то клубок запутанности. Мы подносим этот клубок запутанности в момент прямого созерцания, нахождения в Гуру-йоге, и он растворяется. Он просто сжигается сиянием этой сферы.
Спокойствие как второе качество мумукшу
Спокойствие означает, что мы утвердились в полноте внимания, в нидидхьясане, мауне и аманаска-йоге. Мы нашли в себе план вечного спокойствия, план вечного, бесконечного покоя. Сначала мы искали в концентрации, затем в медитации махашанти, затем в полноте внимания, и наконец наступает момент, когда мы безусильно нашли этот вечный план покоя, спокойствия в измерении пространства, которое ни приходит и не уходит. Мы внезапно почувствовали, что оно настолько естественно, оно настолько всегда нам присуще, что нет нужды нам специально заниматься концентрацией, нет нужды заниматься сидячей махашанти.
Конечно, ее надо делать, но этот план не зависит от них, мы просто убираем ум, лишь помехи, а само спокойствие есть всегда. Нет нужды выполнять намеренную внимательность, это нечто естественное, например, нам не нужно, чтобы дышать, практиковать что-то, если это не пранаямы, мы дышим естественно, или чтобы видеть, не нужно прилагать усилия, если что-то естественное. Таким же образом распознавание пространства становится естественным, и естественным становится в нем быть всегда, а не быть в нем — это что-то неестественное.
Святые обладают большим состраданием, глядя на людей, как они неестественно живут. Если они привязаны, испытывают гнев, клеши, они видят, понимают: это же такие святые души, это же такие же бесконечные разумы, бесконечные божественные души, но они просто не распознают это пространство, и они живут на плане ниже. Им тоже присуще это пространство, у них возникает сильное сострадание. Они думают: «Может быть им рассказать об этом», — они пытаются рассказать, но эти души даже отказываются верить в это. Они говорят: «Этого не может быть, мы должны жить земной жизнью, потому что мы тела».
Значит им не хватает вивеки, а если вы будете очень настойчиво рассказывать, они могут даже разозлиться, сказать, что вы мошенник, что вы обманываете, и так далее, что вы хотите воспользоваться их доверием или манипулировать для каких-то своих целей. Таким образом они отказываются от своей природы, от того, что естественно.
Но покой, когда длительное время поддерживаем ум покоя, эта пространственная природа становится естественной. Мы понимаем, ее ни прибавить, ни убавить (анапурнам), она обладает пурнатвой (целостностью). Ее нельзя улучшить, приукрасить, она что-то несфабрикованное, неизмышленное, и она изначально чиста по своей природе. По-тибетски спонтанность и чистота называется — кадаг лхундруб, на санскрите называется шуддха и ниранджана.
Природа изначальной чистоты
Эта чистота она чище, чем самые прекрасные образы богов, она чище, чем самые возвышенные мысли — это чистота высокого класса, к которой мы может быть не привыкли даже в мире людей. Но эта чистота лежит в основе камней, деревьев, животных, птиц, рыб, всего материального мира, то есть этот материальный мир в глубине, если его «капнуть», он очень чистый, но проявляется нечисто.
Мы живем в такой части вселенной, которая называется — ашуддха-адхвах (нечистое измерение), потому что, будучи чистым по своей основе, все-таки в энергии он проявляется нечисто, то есть грубо. Например, мы много грубости видим в этом материальном мире: страдания, болезни, войны, конфликты — это все грубости для нас. Различные уродливые вещи, кажется, что все это очень грубо. Но в своей основе даже эти грубые вещи они все равно чисты, они являются игрой этой чистоты, то есть все грубые вещи, войны, конфликты, страдания, болезни, демоны, болезнетворные инфекции, даже негативные вещи, обыденные вещи, мирская жизнь — они являются игрой этой чистоты.
Но игра этой чистоты для нас деструктивна, она нас может разрушить, если мы коснемся ее, она нам не подходит. Но с точки зрения сущности, даже эти деструктивные вещи они тоже игра этой чистоты. Но поскольку мы на уровне энергии зависим от тела, от праны, ума, мы думаем, как сделать так, чтобы игра этой энергии для нас была не деструктивной, а позитивной и чистой. Нам нужно реализовать такой туннель реальности, где эта чистота даже в энергии проявляется гармонично и чисто.
С другой стороны, нам нужно принять все негативные явления в едином «вкусе», и обнаружить тот уровень чистого видения, когда мы способны преображать даже все деструктивные, негативные явления в чистоту. Постепенно мы растем в двух направлениях, то есть с одной точки зрения в сторону единого «вкуса», а с другой точки зрения в сторону чистого проявления, чтобы мир вокруг нас был преображен в мандалу, мы сами божества и все проявлялось чистым образом. Это и есть путь джняни сиддхов.
Например, иногда можно слышать, когда выполняется хорошо ритуал, то на каких-то христианских изображениях, мне говорили, иногда они начинают миро точить, это значит молятся с верой. На индуистских изображениях появляется вибхути, или появляются тонкие звуки, неуловимые звуки, когда у вас немного как будто закладывает уши, и вы слышите, как будто пение гандхарвов, или разливается тонкое благоухание. Это значит благословение (ануграха) в этот момент нисходит, это значит вы молились, призывали, читали молитвы с чистотой, верой души, и чистое видение на этот момент было привлечено. Оно низошло, и оно распространилось, и оно всех благословило немножко. Тогда ваши праны гармонизируются, ваш ум вдруг проясняется, вы постигаете чистые таттвы, то, о чем мы не думали, вдруг проявляется, и внезапно чувствуете великую чистоту.
Вся эта чистота естественно присуща абсолютному измерению, и она обнаруживается, когда у нас достаточно покоя.
Свобода от привязанностей
Наконец, третье условие мумукшу — свобода от привязанностей. Привязанность контролирует нас, привязанность имеет власть над нами, но сам Абсолют он всегда пребывает в отрешенном состоянии, и он что делает? Он берет энергию привязанности, играет ею и объединяет свое недвойственное видение с этой энергией, но привязанность его не может затронуть.
Например, когда Шива медитировал, по плану богов он должен был жениться для того, чтобы родился Сканда и победил демона-асура. Когда Шива женился, он остался таким же аскетом, ничего не произошло, намерение Парвати исполнилось, план богов исполнился, но Шиве от этого не стало лучше, не стало хуже. Он не стал от этого полнее, и он ничего не потерял и ничего не приобрел, потому что он был полностью сосредоточен на своей трансцендентной природе.
История сиддха Сидхарана
Есть такой рассказ про Сидхарана, одного из сиддхов юга Индии. Он был очень аскетичным, отрешенным, жил на дереве, и царь решил испытать его, и он поручил одной девушке проверить его и соблазнить его, если это будет возможно, поскольку этот царь завидовал этому сиддху. Эта девушка пошла, начала делать ему подношения, потом еще какие-то вещи начала ему делать, потом она поселилась, потом она начала жить с ним, и так она забеременела, появился ребенок и так далее. Царь сказал: «Очень хорошо, теперь ты сможешь сделать так, чтобы все публично об этом узнали?» Она сказала: «Хорошо».
Эта девушка была искусной танцовщицей, царь устроил такое представление, она танцевала на этом празднике, а ребенка она предварительно накормила слабительным, и оставила на попечение этого сиддха, а сама ушла танцевать. Этому сиддху пришлось брать этого ребенка с собой, и она в это время танцевала, много людей было, и он не мог даже подойти к ней, чтобы как-то с ребенком вопрос какой-то решить.
Она сделала так, чтобы ее ножной браслет развязался, и потом подняла ногу, и этот сиддх подошел и завязал этот браслет. Когда он завязал ее браслет, все поняли, что он был ее мужем. Все начали говорить, что он аскет, он к ней привязан, вроде как скандал и прочее. Сиддх и ребенок завязывает танцовщице браслет, и затем этот сиддх он сказал: «Если я не пребываю в Атмане безупречно и днем, и ночью, пусть вот этот камень расколется», — и там был камень или изваяние какое-то. Это изваяние раскололось, из него образовался портал в другую вселенную. Все тогда испугались и начали просить прощения у этого сиддха, то есть для него это было не более чем игрой, он прекрасно осознавал и контролировал ситуацию, решил подыграть царю и этой женщине в соответствии с их кармами.
Сиддхи, будучи непривязанными, они ничего никогда не делают, у них нет ни делания, ни делателя, ни привязанности к результатам, но они проявляют божественные игры, и божественные игры они непостижимы людям, у них очень своя глубокая логика. Но в общем эти игры либо проведение божественной воли, либо учение других душ и сострадание к другим душам.
Царь хотел переиграть сиддха, но это не удалось. На самом деле сиддх переиграл царя, он использовал игру царя, такую примитивную, и он вел свою контригру, более высокую лилу, и переиграв, он всем дал даршан. Царь после этого стал его подданным, и множество людей получили даршан дхармы, то есть лила сиддха переиграла козни царя, поскольку сиддх благодаря своей отрешенности мог полностью контролировать свою ситуацию и видеть ее.
Отрешенность и божественная лила
Отрешенность от привязанности позволяет нам превращать обыденные действия в лилу (в игру), и через лилу проводить божественную волю, либо благословлять, давать даршан, что одно и то же. Если же привязанность есть, и мы не отрешены от нее, то лила становится кармой, мы становимся заложниками судьбы, заложниками действий, привязанностей, делателя, вовлекаемся в разные связи со вселенной, энергии согласно васанам.
Непривязанность (вайрагья) может быть двоякой: одна искусственно создана через отрешение, и на каком-то этапе это важно, но в общем путь ануттара-тантры другой, он — всеприятие. Не сразу мы приходим к всеприятию, потому что нам не нужно всеприятие мирского уровня, если мы допустим всеприятие мирского уровня, то на этом все закончится, просто проявится эго, клеши и мирские желания. Всеприятие, о котором говорит ануттара-тантра — это воссоединение субъекта и объекта.
Непривязанность во всеприятии означает полную самоотдачу Богу, полное подчинение Богу, и вхождение в пространство маха-ягьи, когда больше нет никаких действий, а выполняется только маха-ягья (непрерывное подношение).
Принцип маха-ягьи
Что такое маха-ягья? Когда, например, мы проводим арати, пуджу, мы приносим фрукты, благовония, цветы и с такой бхавой: «Даттатрея, прими пожалуйста», — или делаем хаван. В общем это простой процесс, мы берем одно и предлагаем другому, как будто вы предлагаете человеку.
Маха-ягья то же самое, только она на более глобальном уровне. Даттатрея здесь становится всепроникающим, бесформенным, бесконечным сознанием. Из мурти, которому умы подносим, он просто становится огромным — это то же самое мурти. Это тот же самый Даттатрея, только очень большой, только менее видимый, и он в бесформенном аспекте, это тот же самый Брахмананда или Шива.
Мы делаем вот этому бесформенному, всепроникающему аспекту подношения. Вместо благовоний, фруктов и цветов мы используем чуть-чуть другие вещи в более широком аспекте, что именно? Например, нашу ходьбу, звуки наших слов, наши мысли, еду, которую мы едим, одежду, которую мы стираем, повседневные действия, которые мы делаем, работу, вообще все, что мы делаем. Мы все это делаем с такой же бхавой: «Прими, прими».
Вот я почесался — это действие: «Прими». Вот я съел что-то: «Прими, это не я ем, это ты ешь». Вот я сказал что-то, подумал: «Прими», — то есть мы подносим все, что мы испытываем с таким: «Прими-прими-прими», — нет ни одного действия, чтобы я не предложил.
Мне что-то дали, что-то подарили, мне что-то сказали хорошее, мне что-то сказали плохое: «Прими все». Это мурти мы не носим с собой, для него не требуется подготовка, оно везде. Оно подобно небу, бесконечное сознание. Не нужно специально собирать цветы, заправлять благовония, готовить светильник — это тоже все уже готово, все естественно.
Например, мы испытываем голод, жажду — это могут быть цветы для подношения. Мы делаем разнообразные дела, к нам приходят разные желания в голову, или меняется погода, мы испытываем холод или жару — все это цветы, благовония, фрукты для подношения этому божественному Источнику. Это и есть маха-ягья.
Когда мы делаем подобным образом маха-ягью, наша карма исчерпывается — это следствие непривязанности. Эти три качества — спокойствие, отрешение от привязанности и разрушение грехов, наклонностей и васан — делают нас способными к постижению Атмана.
Кто-то может сказать: «С таким сознанием уже святой, все равно что постигший Атман». Не совсем. Вы можете все это реализовать, даже не будучи святым. Отрешиться от привязанностей, достичь покоя сознания, чтобы распознавать пространство и быть в этом ощущении. Принести великое подношение не требует святости, оно только требует внимательности, искренности и преданности.
Наставления о духовном пути
«Атман: постоянно возвращайте ваши мысли к атману, который есть суть всего объективного мира, основная реальность за всеми явлениями. Атман универсален, присущ всему».
«Бодха: этот путь, проложенный святыми, должен восстанавливаться время от времени, либо идущими по нему, либо обладающими властью над ним. Это зовется «учением» или «бодха»».
«Мумукшу: те являются мумукшу, быстрыми на пути освобождения, кто полны решимости достичь его. Они совершают каждое действие как шаг к осознанию Господа. Так они никогда не делают ничего плохого; они не заглядывают вперед, думая о результате; они оставляют Богу — дать им что-либо или отказать в этом. На них не оказывают влияние ни мирские мотивы, ни даже желание небесных наслаждений. Их цель такова: освобождение от уз материального мира. Они получают милость господа соответственно стойкости их веры и практики».
Это комментарии Шри Сатья Саи Бабы.
«Воистину, сравнительно с иными средствами, знание — это единственное средство достижения мокши (освобождения), как огонь для приготовления пищи. Без джняны (мудрости) осознание не приходит».
«Мокша — это смерть всякой скорби, рождение радости, не знающей убывания, смерть скорби, что никогда более не родится».
Джняна — путь знания Абсолюта
Джняна — это процесс постижения Атмана. Мы однажды входим в джняну, в джняну можно войти, но нельзя выйти. Если мы выходим из джняны, мы утрачиваем путь, потому что путь и есть джняна. Способом войти в джняну, в знание Абсолюта является вера и преданность (бхакти).
Из четырех пад, из четырех стадий духовного постижения в шиваитской сиддханте, в кашмирском шиваизме, в шиваизме Горакшанатха, джняна — это четвертая пада, бхакти — вторая. Мы должны начать с правильного поведения в чарья-паде, затем перейти к преданности в крийя-паде и поклонению, затем перейти к йога-паде на третьей стадии, а на четвертой мы должны прийти к джняне. Джняна означает, что ваша преданность дала плод и вы получаете знания Бога, и здесь бхакти и джняна сливаются.
Джняна устраняет ложное знание о мире и о собственном «я», которое мы принимаем за чистую монету. Как это можно объяснить?
Был такой эпизод в жизни Шри Рамана Махарши. Мать Шри Рамана Махарши пожаловалась на то, что у нее что-то в ухе, что-то непонятное. Шри Рамана Махарши с видом знатока посмотрел ей в ухо и сказал: «Тебе туда залетела оса, вот она ползет и сейчас я ее вытащу. Вот она выходит, вот она вылетела». Мать верила, что так оно и было, но другой ученик, видя со стороны, видел — никакой там осы нет, и никто никуда не влетал и не залетал. Но когда Рамана Махарши сказал, матери полегчало и боль полностью ушла.
Иллюзорная оса исцелила реальную боль, потому что она верила Рамане Махарши, и она была впечатлена его словами. Таким же образом сансара является иллюзией, и наше эго является нашей иллюзией, но оно приносит реальные страдания. Реальные страдания устраняются другой иллюзией под названием садхана, методы и прочие вещи. Одна иллюзия должна устранить другую иллюзию. Когда одна иллюзия устраняет другую иллюзию, появляется только одна реальность. И что видится с позиции реальности?
Видится, что с одной стороны иллюзии никогда не существовало, ни первой, ни второй. С другой стороны видится, что и первая иллюзия, и вторая были реальностью. Они были реальностью в смысле игры Бхагавана, но никакой другой реальности не было.
Поэтому, когда мы обретаем джняну и мы возвращаемся назад к своему прошлому, и мы понимаем, насколько оно было иллюзорным и нереальным, наш взгляд переоценивается. Мы говорим: «Больше для меня не существует прошлого, все мои действия были иллюзорны». Но когда мы глубже еще погружаемся в джняну, мы видим: «Это прошлое было не моим, оно было игрой Шивы. Все мое прошлое, вся моя жизнь, моя судьба, мои прошлые жизни — они были не просто иллюзией, они были иллюзией с точки зрения человека, но еще они были игрой Шивы, игрой Абсолюта. Я сам всегда был его игрой, а меня как такового никогда не было. Духовный путь он был не просто полезной иллюзией, он был определенной игрой Шивы, данной мне в данном воплощении, соответствующем мне».
Мир, земля, все остальное — это тоже игра Абсолюта, ничего кроме этой игры не существует. Все это плоды обретения джняны.
Карма и неведение
«Карма (действие) не может устранить неведения, так как она не противоречит неведению. Мудрость воистину устраняет неведение, как свет устраняет тьму».
«Карма не прекращает воздействовать на действующего, как только она завершается. В действительности, она никогда не завершается. Карма дает плоды; плоды кармы порождают желание их; это создает побуждения к новым рождениям. Так карма ведет по циклу рождений и смертей; это — ужасный водоворот, вращающий вас кругами, и, наконец, затягивающий вас на глубину».
Из-за аджняны (неведения) Атман кажется обусловленным. Когда неведение устранено, Атман сияет собственным светом, точно, как солнце сияет само собой, когда рассеиваются облака.
Атман и пространство
На что похож Атман, как представить Атман? Проще нам представить, когда мы вспоминаем Даттатрею в аспекте дигамбары. Это Даттатрея, одетый в стороны света, Даттатрея как пространство.
Пространство является очень важным элементом для нас. Мы должны полюбить пространство, подружиться с пространством, быть с ним на короткой ноге, стать одним с пространством, должны найти к нему ключ, подход к пространству до тех пор, пока пространство не заполнит нашу душу, и мы не сроднимся с ним. Пока внешнее, внутреннее пространство не смешаются на тонком уровне. Пока внутри нашего тела не откроются три пространства: дахаракаша (пространство нижних чакр), хридакаша (пространство средней части тела) и чидакаша (пространство области головы).
Есть много методов, например, махашанти, медитация бесконечного пространства, шамбхави-мудра, акаша-дхарана, акаша-мудра. Все эти способы позволяют обнаружить пространство чистого сознания.
Атман ближе всего к элементу пространства. Как и пространство, и Атман они не имеют формы, не имеют имени, не имеют цвета, вкуса и запаха, неосязаемые, но содержат и вмещают в себя все. Поэтому если мы можем осознавать элемент пространства, то мы можем и постичь Атман.
Когда мы соединяемся с элементом пространства, внезапно к нам приходит ряд открытий. Мы понимаем: Атман, как и пространство, не появляются, ни исчезают, они всегда есть. Например, можно ли сказать, что вот это пространство комнаты появилось, когда построили комнату? Нет. Можно сказать, что когда комната или дом исчезнет, оно тоже исчезнет? Оно всегда есть, оно не приходит и не уходит. Можно ли сказать, что когда-то пространство не было, оно родилось, а теперь оно исчезнет? Оно вечно, нитьятва — это его свойство. Можно ли сказать, что мы приезжаем в какую-либо страну и там появляется пространство, а когда уезжаем, оно исчезает? Оно остается всегда.
Можно ли сказать, что оно окрашивается чем-либо, например, объектами, предметами, а когда забирают, то оно что-то теряет? Оно ничего не приобретает и ничего не теряет.
Когда мы исследуем пространство, мы хотим понять, где же его граница, и мы не находим границ. Это любимая забава детей — думать: «Если вселенная имеет конец, какой он?». Я в детстве думал: «Может там огромный забор на весь космос, огромная китайская стена. Последняя звезда, последняя галактика, и ты летишь-летишь на ракете миллиард световых лет, но когда-то же должно закончиться, и стена — все». Потом я думал: «А за стеной что? Ее же можно буравить, ее же можно долбить, значит это не конец, что-то за ней». И ум он не может это представить: «Если ее можно буравить, то значит пространство продолжается и вселенная еще не кончилась».
Когда мы анализируем пространство, мы обнаруживаем — пространство бесконечно. А раз оно бесконечно, вы нигде не можете установить его центр, нигде нет ему границ, поэтому говорят: «Без центра и без границ». Раз без центра и границ, значит любая точка может быть его центром. Это означает, что пространство по своей природе очень мистическое. Например, любой предмет имеет конкретные границы и конкретный центр, а пространство — его центр везде, а границы нигде. Это само по себе мистическое, то есть пространство обладает свойствами бесконечности.
В математике есть области рациональных чисел, которые оперируют бесконечными величинами, и они занимаются примерно вычислениями таких вопросов: может ли одна бесконечность быть больше другой, насколько она может быть. Может ли бесконечность, поделенная на саму себя, или увеличится ли бесконечность, если ее помножить друг на друга. В математике, работая с бесконечными числами, например гуглы, число Грэхема — это такое огромное число, даже сам Грэхем не знает сколько, тот, кто его выдумал.
Они приближаются к измерениям пространства — это бесконечные параметры, их умы оперируют такими огромными вещами, например, гугл — огромная цифра или гуголплекс — гугл, умноженный на такие-то степени. Невероятных таких цифр даже наш ум не может проговорить. Пространство оно подобно таким гуголплексу, цифрам, таким невероятным, бесконечным величинам.
Как только мы начинаем думать, обнаруживать пространство, мы обнаруживаем, что Бхагаван Даттатрея очень большой, он не просто большой, он бесконечный, и что он везде, в каждой точке, в каждом атоме Бхагаван Даттатрея, и у его тела нет границ. Когда мы выполняем Гуру-йогу, мы осознаем, что наш ум он такой же бесконечно большой, наш ум он такой же в каждой точке, в каждом центре и у него нет границ.
Само размышление над пространством согласно «Йога-сутре» Патанджали дает сиддхи перемещения в пространстве, контроля пространства, разворачивание пространства, перемещение из одной точки в другую, телепортацию.
В упанишадах, в «Брихадараньяке» говорится: «Когда люди начнут сворачивать пространство как кожу, тогда они обретут бессмертие подобно богам».
Великое недеяние
Это способ осознать Атман через медитацию на пространство. Тогда внезапно мы понимаем, что то внутри меня действует, что побуждает меня, что переживает, видит, слышит, вкушает, то, что называют «знающий поле» и тот, кто работает в этом поле познания (кшетра и кшетраджня) — это Атман, это одно и то же пространство.
Тогда мы понимаем: «Вот сейчас я ем, на самом деле это пространство ест, но пространство есть не может, оно не голодное. Сейчас работаю, но это во мне ведь пространство работает, оно за этим стоит. Но пространство как оно может работать, ему не нужно работать, у него нет привязанности, нет органов, значит оно ничего не делает, хотя мое тело работает. Вот сейчас я иду, но это во мне пространство идет, но как пространство может идти, ему некуда идти, оно в самом себе и все в нем, поэтому оно не приходит и не уходит».
Тогда мы понимаем: «Во мне есть такое пространство, которое никогда ничего не делает. Оно вечно, бесконечно». Тогда мы думаем: «Вот я освобождаюсь». Но затем мы думаем: «Это пространство во мне освобождается, но какой смысл освобождаться тому, что всегда свободно? Если оно всегда свободно, то значит освобождение — это не более чем его игра. Это игра моего ума, я играю, чтобы освободиться, будучи в глубине души изначально свободным. Я играю только потому, что пространство так играет, потому что мой ум этого не понимает».
Таким образом, медитируя на пространство, мы приходим к пониманию великого недеяния и расслабляемся в великом недеянии. Когда мы расслабляемся в великом недеянии, мы можем быть один на один с Бхагаваном Даттатреей, с его бесконечным телом и сознанием. Мы можем быть в единстве с Гуру Брахманандой, с Шивой, с Шанкарачарьей и коренным Гуру.
Мы начинаем понимать этот великий принцип недеяния, и ануттара-тантра говорит: «Не действуй, а остановись». Не действуй на тонком сущностном уровне, не давай уму действовать. Тело должно исполнять свою прарабдху, то, что должно быть сделано снаружи, оно должно делаться — это долг (дхарма). Например, у монаха есть свой долг — служить Дхарме, практиковать, следовать принципам. У карма-санньяси свой долг, у каждого есть свой, то есть то, что должно быть сделано на относительном уровне.
Но на внутреннем уровне нет никакого долга для изначального сознания, и нет ничего, что надо делать, и нет никакого действия. Поэтому вхождение в великое недеяние означает остановку и укоренение в своей исконной, изначальной природе через вивеку, распознавание, наблюдение и утверждение в ней. Отсюда рождается пурнатва (полнота и целостность), отсюда рождаются различные божественные благословения: великая любовь, великая преданность, великое отрешение. Отсюда рождается осознанность, которая никогда не теряется.
Очищение от неведения
«Аджняна: самая постоянная из болезней человека — это аджняна, незнание о неумирающем Атмане, находящемся внутри него».
Постоянная практика знания очищает индивидуальную душу, загрязненную неведением. Затем знание само исчезает, точно, как уходит в осадок очищающее семя, когда оно очистит воду.
«Если вы способны избавить себя от кармического желания, когда совершаете работу, нечистота не может коснуться вас. Вы знаете, что семена чиллигинджи, брошенные в грязную воду, могут устранить грязь, и та осядет на дно; семена также опустятся на дно, уйдя из поля зрения. Подобно этому, умы тех, кто сведущи в выполнении кармы без привязанности, будут совершенно очищены, и плоды их действий утратят свою силу и осядут на дно».
Эта сансара (круговорот бытия), наполненная пристрастиями, отвращением и прочим, подобна сну, который кажется реальностью, пока он длится, но осознается как нереальность по пробуждению.
«Сансара: рождаться снова и снова, умирать снова и снова, в дреме лежать в утробе матери перед каждым рождением — это бесконечный цикл самсары. О Господь! Своей милостью быстрей выведи меня из этого мучительного круга».
Мир сияет, словно истинный, пока не познан недвойственный Брахман, основа всего. Но мир — иллюзия, подобная серебру в перламутре.
«Брахман: весь мир является Брахманом, единой субстанцией, единой энергией, единым Духом».
«Все, что не есть Атман, есть асат, подобно серебру в перламутре, иллюзия, подобно воде в мираже, ошибка — ни реального серебра, которое можно взять, ни реальной воды, которой можно утолить жажду. Когда вы основываете вашу жизнь на объективном, воспринимаемом чувствами мире, который есть не-Атман и создан неведением (авидьей), вы не можете обрести счастье или радость. Только истинная духовная суть может дать это».
В материальной причине, основе всего во Вселенной, в Парамашиве (Верховном Господе) миры возникают, существуют и, растворяясь, исчезают, подобно пузырям в воде.
«Рождаясь в воде и моментально всплывая вверх, пузыри исчезают в воде; подобным же образом, нара (человек) появляется из Нараяны (Бога) и погружается обратно в него».
«Помните, что вы должны погрузиться в Бога, точно, как пузыри растворяются в воде, из которой они появились».
Весь многообразный проявленный мир переносится воображением чувствующего на вечного, всепроникающего Вишну, точно так же, как из золота делаются браслеты и иные украшения.


