Комментарий к тексту «Вишуддхи-марга»
Внимательность и бдительность
Мы продолжаем комментарий к тексту «Вишуддха-марга», практика проницательности. Мы остановились на стадии размышления или осознавания, идём дальше.
«Продолжая практику проницательности медитирующий может, после того как понял разную природу осознания и объекта осознания, с помощью дальнейшей проницательности приобрести ясное понимание того, что эти дуальные процессы лишены собственной сущности».
Что значит дуальные процессы лишены собственной сущности? Дуальные процессы в нашем уме – это, например, приятие и отвержение. Приятие и отвержение пусто, лишено сущности, за ним нет какой-то основы, самобытия. Например, нам что-то не нравится, а что-то нравится, но когда мы занимаемся полнотой внимания, начинаем понимать природу «нравится», «не нравится». Мы начинаем понимать, что всё это взаимозависимо, взаимообусловлено и очень условно. Есть такая поговорка: «Нет ничего плохого, есть то, что не нравится тебе. Нет ничего хорошего, есть то, что нравится тебе». Всё это различные условия, которые складываются в нашей карме и в сознании, в котором мы вырабатываем устойчивые отношения. Но за этими дуальными процессами сознания нет какого-то самобытия, они нереальны, нет какой-то основы ни за одной фиксированной идеей, ни за одним желанием, ни за одним представлением, все они пустотны.
Одно и то же явление можно оценить по-разному в зависимости от точки зрения. Например, свадьба для жениха и невесты – это одно, для родителей жениха, невесты – это другое, для свадебного поросёнка, которого пожарили на свадьбу – это третье, то есть поросёнок не будет разделять восторга по поводу чьей-то свадьбы. Для него это совсем не восторженное мероприятие, если в интервью у него спросят: «Каково ваше мнение о предстоящем празднике?». Он скажет: «Праздник, какой кошмар», – это его точка зрения. Таким же образом любое явление само по себе не может быть однозначно плохим, однозначно хорошим, однозначных оценок нет в мире сознания, поэтому на этой стадии приобретаем неоднозначные осознавания. Мы понимаем неоднозначность любого явления, такой принцип неоднозначности известен в веданте, в джайнизме, в буддизме как анеканта (анеканта-вада). Его основоположником считается Джина Махавира, но он всегда существовал и в традиции риши, в традиции веданты. Неоднозначное, многомерное осознавание любого явления становится доступно на этом уровне.
Переход от понятийного ума к нечёткой логике
Если на уровне понятийного ума нам доступна логика, и мы мыслим шаблонно, логично, как вся наука, как всё обывательское мышление, Аристотель, Платон, диалектика Гегеля и прочее. От Аристотеля до диалектики Гегеля – это всё понятийный ум, шаблонное мышление, четыре закона формальной логики, и вот что такое чёрное, вот что такое белое, связи между ними, дух, материя. Всё это дуальность, однозначность, основанная на концептуальном мышлении, то по мере того, как мы практикуем проницательность, полноту внимания, скованность концептуальным мышлением уходит, и мы соприкасаемся с другой стороной сознания – это его неоднозначность. Мы выходим на уровень нечёткой логики, вся логика Аристотеля, вся диалектика Гегеля терпит фиаско, потому что нечёткая логика не держится ни за одно определение. Формальная логика основана на четырёх законах: закон тождества, не противоречия, достаточного основания, исключённого третьего – это законы формальной логики.
Нечёткая логика ни за одно понятие не держится, то есть чёткая логика говорит, что закон тождества предполагает, что «а» всегда тождественно самой себе и «а» – это никогда не «б». На протяжении всего диспута «а» будет всегда «а». Нечёткая логика говорит: «А знаете, при каких-то условиях или обстоятельствах «а» плавно может перетекать в «б», а при других условиях оно может быть не тождественной самому себе вообще», – то есть это безумие для логики. Но неоднозначность сознания, нечёткая логика начинается на этой стадии, только начинается уже. Там дальше есть более высокие уровни восприятия реальности: саттарка-логика Абхинавагупты, парасаттарка-логика Даттатреи, Васиштхи, когда сознание формирует реальность, сознание управляет реальностью, если мы проникаем глубоко на эти уровни сознания.
Итак, видим ли мы гнев, видим ли мы концепцию в своём сознании, настроение, которое к нам приходит или проникает в нас какое-либо внешнее восприятие, мы осознаём пустотность гнева, пустотность восприятия, отсутствие самобытия. Отсутствие самобытия значит за ними нет какого-то серьёзного основания, они пришли из пустоты, из недвойственного всевышнего Источника, они там и растворятся. Когда мы это видим, у нас возникает прозрение, оказывается им нельзя доверять, за них нельзя цепляться, это всё иллюзорные феномены на поверхности бытия, которым не надо придавать никакого значения. Постепенно это сказывается на нашей личности, мы утрачиваем веру в концепции, мы утрачиваем цепляние, все наши двойственные представления начинают растворяться как мыльные пузыри. Мы утрачиваем тенденцию цепляться за внешние сансарные феномены, и самое главное мы перестаём цепляться за нашу личность.
Мы понимаем, наша личность – это тоже нечто приходящее и пустотное, и то, чем мы так гордились: черты характера, качества, говоря: «Я такой», – те представления, которые мы в себе сформировали. То, чего мы в себе стыдились, оно видится не субстанциональным, неважным, условным, тем, к чему не следует привязываться, и что мы начинаем видеть пустотным. Например, когда вы едете в автобусе или в поезде мелькают деревья, мелькают люди, станции, но вы не придаёте значения тому, что мелькает в окне поезда. Оно не играет никакой роли в вашей жизни, оно случайно преходяще в силу условий было создано, в силу условий воспринимается. Таким же образом, мысли, чувства, эмоции, которые мелькают в сознании, восприятии, все они действуют в силу кармы и за ними нет никакой сущности. Тогда мы начинаем то же самое экстраполировать на нашу личность, видим за нашей личностью нет никакой сущности и отсюда начинается потеря чувства собственной важности.
Если наши амбиции, наше восприятие в глазах других, наш ложный, выдуманный образ самих себя был раньше очень важен, то внезапно мы видим фальшь, пустотность того образа и мы желаем отделиться от него. Мы не привязываемся больше к нему, отсюда рождается смирение, отсюда рождается понимание самоотдачи, всё это называется – принцип отсутствия самобытия «я» и отсутствия самобытия любых явлений. Вслед за прозрением в отсутствие самобытия идут большие изменения в нашей структуре ценности, смыслов и целей в жизни. Мы реально начинаем тогда думать: «Если все цели не имеют самобытия, зачем мне их добиваться? Если все привязанности не имеют самобытия, зачем мне их пестовать, зачем мне за них держаться?». Если все амбиции, концепции, теории не имеют самобытия, зачем мне с ними быть обусловленными, и тогда сознание естественно начинает искать то, что единственно достойно, единственно ценное – это чистое, недвойственное сознание Брахмана.
Доктрина «анатта» и природа сознания
«Он видит, что они возникают, как следствия обуславливающих их причин, а не как результат руководства ими некого индивидуального агента. Каждое мгновение осознания протекает согласно своей собственной природе, независимо от «чьей-то воли». Для медитирующего становится ясным, что нигде в уме нельзя найти никакой постоянной сущности. Это является прямым переживанием буддийской доктрины «анатта», буквально «не-я», согласно которой никакие из явлений не имеют в себе души. Это относится даже к человеческому «я».
Перевод не очень чёткий, «не имеют в себе души» скорее «не имеют в себе сущности», что это значит? Ни одно из явлений, ни одно из существ в мироздании не существует само по себе отдельно от Абсолюта, отдельно от Брахмана, а Брахман (Абсолют) – это самая сердцевина нашего «я», природа нашего «я». Это означает, что ни одно из явлений во вселенной не существует отдельно от природы нашего «я», отдельно от нашего сознания. Отсюда следующий парадоксальный вывод: весь мир есть проявление нашего трансцендентного сознания, ничто не существует без нашего сознания. Вещи таковы, потому что наше сознание таково, наше сознание таково, потому что вещи таковы, они находятся во взаимно обусловленном единстве, и поскольку мир, вся большая вселенная с богами, демонами, людьми, с живыми существами, с гандхарвами, риши, ракшасами, животными, нагами, существами ада, видьядхарами есть проявление нашего сознания.
Тогда мы начинаем задумываться: «Если это всё проявление моего сознания со звёздами, планетами, а кто же я вообще такой? Как это может быть проявление моего сознания? Если это всё моё проявление, кто же я тогда? Я не могу быть этим маленьким ограниченным человеком, если всё это – это огромное моё проявление, так учит веданта, риши Васиштха, я должен разобраться с самим собой. Это означает, что я жил во сне, я ничего не понимал о самом себе, о своей природе сознания, я считал себя ограниченной личностью. Но когда я узнаю такие шокирующие факты, я должен тогда разобраться с самим собой, может быть я совершенно другое, чем я себя считаю? Может быть я в глубине души не человек вовсе, а что-то совершенно другое?». Тогда мы начинаем дальше созерцать, чтобы выделить эту природу сознания, чтобы понять глубже что же она собой представляет, поскольку мы уже не можем просто сказать: «Я человек, я личность», – и так далее. Это всего лишь незначительная часть нашего «я», очень незначительная, которую мы переоценили.
Переоценка незначительной части своего «я» – это и есть эго, это и есть заблуждение сансары. Мы переоцениваем эго, переоцениваем то, что не так важно и недооцениваем самое главное внутри нас. Это подобно тому, как если бы вы встретили человека в шапке и начали оказывать почести шапке, начали делать ей намасте, с почтением относиться, а человек как бы и не важен, вы его не замечаете и игнорируете, то есть такое неадекватное поведение. Это был реальный случай, один святой был приглашён на пир, какой-то монгольский хан проводил большое подношение святым людям, монахам и пригласили одного маха-сиддху. Но он был юродивый немножко и в таких одеждах был не очень украшенных, и, когда его пригласили охрана посмотрела на него и подумала какой-то нищий пытается попасть просто поесть, поразвлечься и его просто вышвырнули: «Всякие бедняки будут ходить, тут важные люди собрались».
Тогда он где-то нашёл халат, снова оделся в дорогой расшитый халат, прошёл фейс-контроль на входе, его узнали теперь, посадили на важное место, и, когда всем гостям начали раздавать еду он халат этот повесил отдельно и начал кормить этот халат, оказывать ему почести. Все начали думать, что это с ним такое, начали спрашивать, он сказал: «Как, этот халат очень важен, если бы не он я бы здесь не оказался, халат всё сделал, он меня сюда привёл. Без него я никто, надо халату оказывать почтение, без него меня не хотели пускать», – хотя он был маха-сиддха. Потом этот хан извинился перед ним, а потом этот юродивый начал делать чудеса, некоторые блюда, мясо на тарелке начало оживать, голова начала срастаться с туловищем, превращаться в животных и уходить прямо со стола живым и все были шокированы его силами. Так, он внешне непримечательный юродивый, в грязном халате был. То же самое, когда мы не признаём свою божественную истинную сущность и оказываем почтение нашей телесной оболочке или нашей личности, эта та же самая ситуация.
«Медитирующий видит свою прошлую и будущую жизнь как всего лишь обусловленный процесс причин и следствий. Он более не сомневается в том, существует ли «я» в действительности; он знает: «я есть» — это ложное представление. Он осознает истинность слов о том, что все вещи не имеют своей сущности, а обусловлены восприятием органов чувств и умом».
Я есть как эго, как ум, как личность – это ложные представления в плане самобытия. В плане функции оно есть, оно существует, в плане самобытия оно ложное, иллюзорное, выдуманное, но что же тогда есть? Несомненно, что-то есть и это есть – это чистое, светоносное, недвойственное сознание. Но это не наше личное сознание только, это единое на всех абсолютное сознание, в котором мы имеем свою долю личностности. Мы имеем свою долю личностности, и эта личность не отвергается. Например, после просветления даже святые маха-сиддхи имеют, они продолжают существовать как Горакшанатх, Матсиендранатх, как Даттатрея, как Васиштха, Нарада, они ведь не исчезли.
Они продолжают свои игры и у них есть свои индивидуальные черты характера, и они выражаются иногда очень интересно, ярко. Например, Нарада – это всегда такой дипломат, Сарасвати всегда богиня мудрости, Даттатрея всегда блаженство единого «вкуса», Шива всегда отрешённость. У них есть индивидуальные черты характера, но эти индивидуальные черты характера игровые. Изменение отношения к личности как к самобытию на игровой характер – вот что происходит в нашем сознании. Утверждение в едином осознавании, которое объединяет нас с богами, со всеми святыми.
Мгновенное творение и природа реальности
«Продолжая практику сатипаттханы, медитирующий обнаруживает, что его наблюдающий ум и объекты наблюдения появляются и исчезают с частотой, которая выше его понимания. Он видит все поле своего осознания в непрерывном потоке. Медитирующий понимает, что мир его реальности возобновляется каждое мгновение, и так продолжается без конца».
Когда мы преуспеваем в полноте внимания наше сознание становится очень ясным, ярким и быстрым. Те аспекты сознания, которые мы раньше не замечали мы замечаем их протекание на очень тонком уровне. Внезапно мы начинаем понимать, что вселенная возобновляется каждым актом нашего сознания. Те теории, которые мы знали только философски, теорию постепенного творения, теорию мгновенного творения и теорию не творения Гаудапады, мы начинаем здесь переживать на собственном опыте. Дришти-сришти-вада, сришти-дришти-вада, югапад-сришти – три классические теории адвайта-веданты о творении мира. По мере углубления вашей осознанности вы на своём личном опыте уходите от теории постепенного творения. Линейные связи, сингулярность большой взрыв, планеты разлетаются, тепловое расширение вселенной, эволюция живых существ, закон Дарвина, изменчивость, наследственный отбор.
Жизнь зародилась в океане, рыбам затем стало в океане тесно, вырастили лёгкие, отказались от плавников, стали земноводными, вышли на сушу, затем появились конечности, начали ходить, кроманьонец, австралопитек, неандерталец, гомо хабилис, а затем гомо сапиенс, и так эволюция, начиная от сингулярности большого взрыва как оно всё логично по Ньютону и Дарвину. Мы начинаем уходить от примитивного причинно-следственного видения, мы видим иначе. Вселенная творится каждым актом сознания, вселенная зависит от акта сознания, вселенная творится ежесекундно нашими актами сознания. Очень сложно это понять, вселенная мультивариантна, каждый акт сознания творит вариант вселенной.
Например, этот зал создаётся нашими актами сознания, в тот момент, когда наше сознание начинает излучать свою энергию зал возобновляется как кинопроектор, и видение на экране. Наше тело и сознание – это кинопроектор, изображение на экране – это окружающая реальность, мы пришли сюда актом сознания создали зал, мы сейчас его удерживаем. Мы выйдем, ни одного человека не останется – зал исчезнет. Очень сложно это понять, но это будет именно так, потому что наше сознание, поддерживающее зал, исчезнет, чтобы зал существовал нужно хотя бы одно сознание, которое его поддерживает. Ни одного человека здесь не будет некому будет поддерживать зал. Зал растворяется в пустоте, в недвойственности, в сингулярности чёрной дыры.
Кто-то может подумать: «Но ведь здесь мурти, всё останется, мы уйдём, мы же завтра придём он же будет». Он появится снова силой нашего сознания, мы его снова воссоздадим, и, если в нашем сознании за ночь что-то произойдёт здесь тоже что-то изменится. Но как правило в нашем сознании не сильно что-то происходит, здесь ничего не меняется. Каждый акт нашего сознания взаимодействует с окружающей реальностью, каждый акт нашего сознания воссоздаёт реальность. Этот процесс воссоздания реальности мы воспринимаем как нечто, которое находится в постоянном потоке, и мы отслеживаем мельчайшие нюансы сознания, то, как взаимосвязано сознание, глаз и зримый объект, сознание ухо и слышимый объект, как они взаимодействуют между собой. В процессе этого мы продолжаем высвобождать дальше наше чистое сознание.
«С пониманием этого он приходит к осознанию истинности непостоянства в глубинах своей души. Обнаружив, что все явления появляются каждый момент и исчезают вновь, медитирующий перестает смотреть на них, как на приятные и заслуживающие доверия. Приходит освобождение от иллюзий: то, что постоянно изменяется, не может быть основой сколько-нибудь длительного удовлетворения. Когда медитирующий познает, что его собственная сущность лишена «я» и постоянно изменяется, он входит в состояние отрешённости от мира своих переживаний».
Иллюзорность мира и природа привязанности
Есть в «Трипура Рахасье» такой рассказ, когда святой взял с собой в путешествие одного принца внутрь горы. Пока они осматривали окрестности вселенной, во внешнем земном мире время текло по-другому — там прошло несколько тысяч лет. Горы, холмы, реки — всё изменилось, и принц пришёл, а его царства нет, вообще ничего нет. Он испытал сильный стресс, проще говоря — шок. Прошло несколько часов, а всё исчезло, и смысл его жизни исчез. Куда он вернётся? Ни царства нет, ни рода, ни клана, ни родственников, и то, ради чего он пришёл воевать, потеряло вообще смысл. Эпоха вообще ушла, и он в таком шоковом состоянии. К нему приходит сын мудреца и спрашивает: «А что это с тобой? В чём причина твоего уныния?»
Тот спрашивает: «Ты спрашиваешь, что со мной?! Мир рухнул, как же, что со мной!» Внезапно этот сын мудреца очень спокойно начинает ему объяснять природу реальности. Он говорит: «Ты просто не понимаешь, что такое мир. Ты так переживаешь из-за этого мира, а ты просто не понимаешь, что мир творится твоим сознанием, что мир иллюзорен, что ты просто глупо привязался ко всему этому, создал ложные планы и цели, поэтому ты так переживаешь. Ты просто на детском уровне развития находишься. Ничего не рухнуло, тебе надо просто понять, изменить точку зрения». Далее он ему излагает учение адвайты, учение тантры о том, как мир творится собственной волей и сознанием. С этого момента мы начинаем понимать сами лично, не концептуально, а на опыте.
«С позиций такой отрешённости, непостоянные и безличные качества его ума приводят его к взгляду на мир как на источник страдания».
Понимание, что мир есть страдание — откуда оно появляется? Дукха — это общее понимание для джайнизма, буддизма, индуизма, тантризма, для всех дхармичных религий. Не потому, что у них депрессивный взгляд на мир, а потому что они видят, как всё устроено на самом деле, и видят, что когда ты привязываешься к временным, приходящим, непостоянным вещам, ты по умолчанию вынужден страдать. Ты не можешь не страдать, потому что такая привязанность есть самое глупое, что можно придумать.
Есть такая поговорка: «Мирской человек привязан к сансаре так же, как старый пёс грызёт кость». Эта кость давно сухая, на ней нет даже кусочка мяса. Но когда он её грызёт, у него кровоточат дёсны и идёт кровь, капает на эту кость, и он думает, что это такая мясная кость, вкусная, и он забавляется и грызёт её с важным видом. Но в этой кости нет давно уже мяса, но псу это нравится, он считает, что он ест, занимается важным делом, а там ничего вообще. Вся сансара, весь материальный мир с его желаниями, заботами — такая кость без мяса, но иллюзия заставляет думать, что мы живём, мы переживаем, мы достигаем. Мы находимся в иллюзии своего ума, в полной иллюзии своего ума. Мир таков только потому, что мы не видим, не замечаем эту иллюзию — она нас хорошо околдовала. На этой стадии мы постепенно освобождаемся от этой иллюзии, начинаем видеть, как оно всё устроено на самом деле.
Ложная нирвана
«Далее медитирующий продвигается без каких-либо размышлений. После последних пониманий он начинает ясно видеть начало и конец каждого последовательного момента осознания».
Следующий этап называется нирвана, он очень важен, потому что на этом уровне появляются яркие переживания просветлённости. Но это ещё не истинная просветлённость, но сознание может подумать, что это нирвана (просветление), потому что сознание достигает такой глубины, что виден каждый акт сознания. Вместе с каждым актом сознания видна вся цепочка восприятия.
Это такое ощущение — вы видите жёлтый сухой листок на дороге, только взглянув на него, вы видите всю эволюцию всех деревьев за миллионы лет на земле, прошлое и будущее. Ваше сознание такое глубокое и быстрое, что вы, просто взглянув на цветок, постигаете тайну творения вселенной. От цветка вы движетесь через деревья, через все растения к эволюции земли, от эволюции всех живых существ на земле к эволюции планет, от эволюции планет к становлению солнца, галактик и отслеживаете всё творение вселенной до его самого начала.
В другую сторону, в будущее, вы отслеживаете все метаморфозы в мироздании вплоть до уничтожения земли — солнце когда-нибудь потухнет, земля упадёт на солнце, так говорят учёные — вплоть до разрушения галактик. За один акт сознания вы мгновенно понимаете все эти явления. Вы понимаете явления рождения человека, смерть, что это взаимосвязано, ваш ум работает очень быстро и ясно.
Если обычный человек пребывает в неведении — он знакомится с девушкой, у него есть желание, постепенно завязываются отношения, что-то появляется. Потом он чувствует, что в душе привязанность возникла, после привязанности дети возникают, вслед за детьми семья, и всё это так постепенно — он даже не может предсказать, будет это так или по-другому. В мгновенное понимание актов сознания человек даже не знакомится с девушкой, а видит — его глаза пошли на девушку, и всё что там будет у этого человека у него уже в голове промелькнуло вперёд. Он всё видит уже — и они прожили долго счастливо, умерли в один день, и он уже всё это в уме прокрутил: и любовь, и секс, и дети, и расставание, и привязанности, и старость, и смерть, и у него вопрос: «А ради чего всё это?»
У него всё это решается за ноль целых и три десятых секунды, то есть для него всё понятно с этим чувством, с этим знакомством и с этим восприятием. Таким же образом он бросает свой взгляд на что-то другое и то же самое — он прослеживает всю эту цепочку сложных отношений с миром, со вселенной, с другими людьми. Он бросает на себя, на свою жизнь, как эго, и он видит, как все эти процессы протекают, и везде он видит иллюзорность, везде он видит ограниченность, везде он видит приходящность, везде он видит страдания, которые стоят неизбежно за всем этим, если он неправильно привяжется, неправильно построит отношения. Везде он порождает отрешённое сознание, отрешённое означает: «Нет-нет, не буду с этим связываться, это не моё, нет смысла, бессмысленно, это заблуждение». Это подобно ногой попасть в ямку, и он отслеживает таким образом миллиарды вещей, потому что сознание подобно очень мощному компьютеру, в котором проходят миллиарды процессов, не мало осознаваемых даже, и все он их отслеживает.
Признаки ложной нирваны
«Вместе с этой ясностью восприятия могут прийти:
– видение сверкающего света или светящейся формы;
– чувство восторга, приводящее к появлению гусиной кожи, дрожи в теле, ощущению левитации и другим признакам восторга;
– спокойствие в уме и теле, делающее их лёгкими, пластичными и послушными;
– чувство веры в Гуру и Три Драгоценности (Будду, его учение и сангху), в сам метод медитации, сопровождаемое радостным доверием к действенности медитации и желанием советовать друзьям и родственникам практиковать её».
На этой стадии у нас пробуждается глубокое чувство веры, потому что внезапно мы понимаем, какую глубину несёт Дхарма, какую глубину несут практики, что эта глубина радикально всё меняет, она отличается радикально от той жизни, которая была ранее. Мы с уважением благоговейно относимся к этой глубине, и нам хочется тем, кто в неведении, просто кричать, сказать: «Практикуйте, вы не видите этого великого пути, который освобождает!» — но этого делать не надо.
На этой стадии переживания этой глубины мы по-настоящему начинаем уважать учение, уважать святых, мастеров, духовный путь, потому что та глубина, которая открывается, она полностью заставляет нас переосмыслить наши старые смыслы, ценности и цели. На стадии ложной нирваны переживается ясное восприятие появления и ухода каждого момента существования ума.
Свет, чувство спокойствия, благоговения, энергия счастья, сильное незабывание, невозмутимость в отношении объектов созерцания, быстрое и ясное восприятие — привязанность к этим новым состояниям может возникнуть. Сильное незабывание означает — вы способны поддерживать свою полноту внимания даже в каких-то отвлекающих ситуациях, когда бежите на автобус или когда вас обманывают при обмене валюты, вы поддерживаете незабывание.
Однажды я готовил себе чай на кухне в юности в ритрите и пребывал в таком состоянии сильного незабывания, и я не очень концентрировался на самом чае, а больше сосредотачивался, чтобы пребывать в незабывании, поэтому начал лить себе чай на руку — случайно кипяток. Моей главной задачей было не забыть, поэтому я отмечал: чай, кипяток, боль, льётся, сильно боль. Потом подумал: «Надо бы отдёрнуть руку» — то есть незабывание пересилило рефлексы физического тела.
На этой стадии для вас гораздо важнее не забыть своё сознание, чем отвлечься на что-либо, вы очень дорожите — это и есть однонаправленность. Но поскольку «я» ещё существует и двойственные представления в уме существуют, привязанность к переживанию может возникнуть. Всё это, этот уровень полноты внимания называется — ложная нирвана. Ложная нирвана означает — ещё есть двойственное состояние, ещё надо продолжать дальше, на нём нельзя останавливаться и делать своим домом.
В это время духовный учитель зовёт ученика и говорит: «Пойдём поговорим о твоём созерцании». Затем задаёт ему вопросы, и в зависимости от того, как ученик отвечает на эти вопросы, он даёт ему наставления. Если есть примеси двойственного сознания, эти примеси обязательно будут обнаружены — их невозможно скрыть. Если же примесей нет, то это не ложная нирвана, а более высокое состояние.
Характеристики состояния
«Усердие в медитации, сопровождаемое ровной энергией, ни слишком слабой, ни слишком напряжённой;
– возвышенное счастье, переполняющее тело медитирующего, необычайное блаженство, кажущееся нескончаемым и побуждающее его говорить всем о своём исключительном переживании;
– быстрое и ясное восприятие каждого мгновения осознания: видение является точным, сильным и ясным, а характеристики непостоянства, отсутствия «я» и неудовлетворённости понимаются сразу же».
На этой стадии может переживаться ананда (блаженство), но не надо цепляться за ананду. Может переживаться ясность — не надо цепляться за ясность, не надо выражать эти состояния вовне, надо их хранить при себе и помнить, что на пути полноты внимания и на пути созерцания йога ожидают три ловушки: блаженство, ясность и пустота. Опыты можно обсуждать с духовным Учителем или с самыми близкими самайными братьями и сёстрами, но не следует на этой стадии проявлять поведение льва, когда ты свободно излагаешь свою пробуждённую природу, потому что эта стадия соответствует поведению оленя или поведению немого.
«Незабывание особой силы: медитирующий без усилий видит каждый момент осознания, незабывание приобретает свою собственную движущую силу».
На этой стадии скорость вашего сознания значительно увеличивается. Это подобно тому, как если у вас был старый, медленнодействующий компьютер, вы сделали апгрейд, и он просто летает — десять G скорость, или ваш айфон всё загружается очень быстро, всё открывается мгновенно, примерно так. В таком случае, когда человек вам хочет что-то сказать, он говорит: «А вы уже знаете, что я буду говорить». Он говорит самое начало — вы понимаете его замысел, и у вас уже есть ответы семнадцати вариантов, выбраны три лучших, то есть для вас вербальное общение чуть-чуть меняется и переходит, если не на телепатический уровень, то на сверхскоростной.
Вы можете очень быстро материализовывать явления, ваши намерения, сила санкальпы перерастает в санкальпу сиддхи. Благодаря такому сознанию ваше намерение начинает сбываться, приходит сила сознания, и очень важно этой силой не опьяниться, не использовать её в эгоистичных целях. Не пытаться сразу её капитализировать в какой-то материальный капитал, а этой силе предавать направленность на Бога, Дхарму и на служение, потому что на этой стадии различные соблазны, искушения ещё не оставили йога, даже если он обрёл некое прозрение ложной нирваны.
Опасности и ловушки
«Невозмутимость по отношению к происходящему в осознании: независимо от того, что входит в его ум, медитирующий сохраняет отрешённый нейтралитет;
– тонкая привязанность к световым и другим перечисленным здесь факторам и удовольствие от их созерцания.
Медитирующий часто воодушевляется появлением этих десяти признаков и может рассказывать о них, думая, что он достиг Просветления и завершил задачу медитации. Даже если он не думает, что они означают его освобождение, он может приостановиться, чтобы насладиться ими. По этой причине данная стадия, называемая «Знание появления и исчезновения», озаглавлена в «Вишуддха-марге» как «Десять извращений в проницательности», это — псевдо нирвана».
Псевдо нирвана отличается от истинной нирваны тем, что она не переживается во сне без сновидений, и есть ещё примеси двойственного ума и остаточное ложное эго, а значит — остаточные семена надежды и страха, и остаточные семена рождений и смертей в сансаре ещё не выжжены, несмотря на это сознание. Достигший такого уровня вполне может переродиться в небесных мирах, в верхних мирах форм, но миры более высокие, недвойственные, миры Сатья-локи ему ещё не могут быть доступны, потому что остаточные примеси сознания будут проявляться в виде скрытых, тончайших тенденций.
На этой стадии очень важно тестирование ума ученика умом мастера, поскольку очень сложно различить тонкие нюансы сознания, но они принципиально важны с точки зрения освобождения, и поэтому мастера придают большое значение такому тестированию.
Был такой мастер дзен Доген, который говорил: «Вот сейчас некоторые монастыри выдают монахам тыквенную печать». Тыквенная печать означает признак реализации, но не соответствующей истинной реализации. Когда человек испытал ложную нирвану и переживание кэнсё (неполное переживание сатори), в нашем понимании это можно перепутать — стадию зачатия и стадию рождения. Задача каждого мастера — выдать печать просветления ученику, но не тыквенную, а настоящую, поэтому существует практика подтверждения. Ученик на этой стадии должен искать правильных подтверждений правильного опыта и не опьяняться открывшимися ему новыми состояниями, не опьяняться собственным духовным самомнением. Это очень важно — то есть Прибежище, состояние смирения на этой стадии важно на благо самого же ученика, чтобы не перепутать тонкие состояния ложной нирваны с истинным состоянием.
История о сиддхе Канхапе
«Великая опасность заключается для медитирующего в принятии «того, что не есть путь за путь» или в потере решимости дальнейшей практики проницательности из-за привязанности к таким феноменам».
Другое бывает — просто человек на этой стадии решает: раз уж всё достигнуто, можно почивать на лаврах и поздравить себя. Была история про сиддха Канхапу, который обрёл довольно высокий уровень медитации так, что зонтики и барабаны появлялись, дакини его благословляли — он возгордился. Он тогда собрал около двух тысяч учеников и сказал: «Сейчас мы пойдём на Ланку, я пойду на Ланку пешком по морю» — и он пошёл по воде, и он мог ходить по воде.
Когда он пошёл по воде, у него возникло чувство ликования, он подумал: «Как я велик, даже мой Гуру не может этого». Но по мере того, как начала расти его гордость, он начал проваливаться под воду, в конце концов он начал тонуть, потому что двойственный ум его заработал и гордость всё испортила. Тогда в небе появился Гуру и спросил: «Канхапа, что это с тобой?» Тот сказал: «Я тону в океане сансары из-за своего глупого и гордого ума» — в буквальном смысле. Гуру сказал: «Так не пойдёт, надо убрать эго и двойственный ум». Как только он это сделал, благословил его, тот снова поднялся и пошёл по воде. Есть и другие истории про этого знаменитого йогина.
Переход к более высоким пониманиям
«В конце концов, медитирующий понимает либо сам по себе, либо вследствие совета учителя, что эти переживания всего лишь веха на пути, а не конечный пункт назначения. Тогда он переводит луч своей проницательности на них и на свою привязанность к ним.
По мере постепенного ухода этой ложной нирваны, восприятие медитирующим каждого момента осознания становится всё яснее. Ему удаётся достигать всё более и более тонкого различения последовательных моментов, сохраняя невыразимость своего восприятия. По мере оживления его восприятия конец каждого момента осознания воспринимается им всё более ясно, чем его начало».
Ступень понимания после ложной нирваны
Итак, после ложной нирваны следует ступень понимания (ступень мудрости). На этой стадии мы освобождаемся от захваченности предыдущими феноменами, ложными состояниями и всё больше углубляем практику. Это происходит, если мы вместо того, чтобы наслаждаться блаженством или феноменами или опытами, просто без эмоций и привязанностей, без желаний их эксплуатировать всматриваемся в них и исследуем.
Мы занимаемся вичарой, и чем больше занимаемся вичарой, тем больше углубляется вивека, распознавание истины и не истины, тем больше возрастает вайрагья (отрешённость). Вичара, вичара-спанда — это порождаемая сознанием вибрация, которая пронизывает насквозь любые переживания и опыты, и для нас очень важно это понятие.
Это исследовательское сознание, которое идёт глубже и глубже, другое название — брахма-кара-вритти, то есть это такие колебания ума, которые всё глубже и глубже пронизывают реальность нашего двойственного ума.
По поводу ложной нирваны был ещё один случай: в одном из монастырей, где медитировали монахи, придерживающиеся доктрины недвойственности, пришёл даосский монах. Этот даосский монах достиг высоких уровней, он был бессмертным, в физическом теле жил долго, мог летать. Он сидел некоторое время на лекции одного мастера, а затем поднялся в воздух, и все монахи этого монастыря начали восхищаться и восхвалять этого даоса. Но мастер, который проповедовал Дхарму, всё-таки увидел изъян в реализации этого даоса, поскольку, несмотря на такие достижения, его ум не достиг полной недвойственности, даже несмотря на то, что он был бессмертным.
Он сказал: «Так проживи хотя бы тысячу лет, всё равно ты переродишься в мёртвой пустоте». Когда он так сказал, этот даос приземлился и почтительно поклонился, потому что только этот мастер увидел его определённые тонкие проблемы захваченности ложной нирваной.
Итак, стадия понимания, следующая за ложной нирваной, показывает понимание случайной природы любых физических, ментальных явлений, и появляется желание отрешиться от этих явлений. Восприятие здесь быстрое и безупречное, исчезают свет, восторг и поверхностная радость.
Был такой случай, когда к одному известному мастеру пришёл ученик и начал практиковать под его руководством, довольно быстро продвигаться, он медитировал в пещере и приходил отчитываться о своих опытах. Однажды он пришёл и сказал: «Я пребываю за пределами субъекта и объекта, мой ум подобен небу. Я пребываю в невыразимом, великом блаженстве, радости, величии и восторге».
Он был настолько переполнен своими переживаниями, это настоящий святой, но мастер так скептически посмотрел и сказал: «Посмотри на меня, я ничего такого не переживаю, не достиг ли ты более высокого состояния, чем я?». Тогда этот ученик смутился, и мастер сказал: «Иди медитируй дальше, пока все эти явления не истощатся и не исчезнут» — то есть переживаемое им возвышенное состояние было тонкими примесями ума, тонкими примесями эго, а отрешение (вайрагья) означает, что мы полностью уходим от всех примесей. Мы не имеем связи больше с этими кармами, даже с самыми возвышенными. Мы переходим в измерение запредельного, в измерение настолько невыразимого абсолютного, что в нём нет ничего от нашего эго.
Видение распадения каждого момента
«В конечном итоге это приводит к тому, что медитирующий воспринимает каждый момент только как его окончание. Он видит созерцающий ум и его объект каждое мгновение исчезающими попарно. Мир, представляющий реальность для медитирующего, находится в состоянии постоянного распадения».
Что это значит — видеть каждый акт восприятия как распадание или как окончание каждого момента восприятия? Это означает, что вместе с актом возникновения объекта — зримого, слышимого, обоняемого, осязаемого, вместе с актом возникновения любой мысли — мы видим её самоосвобождение. Это означает, что наше сознание добирается до всевышнего Источника, и для нас важно не появление объекта и не его поддержание, а его исчезновение. В каком-то смысле для нас важно не начало объекта, а его конец. Почему? Потому что все явления освобождаются в своей природной основе, все звуки освобождаются в естественном состоянии всевышнего Источника.
Все видимые предметы освобождаются в естественном состоянии, все концепции, мысли, идеологии и чувства освобождаются в изначальном естественном состоянии природы Ума. Все грандиозные планы, надежды и страхи естественно высвобождаются в чистой, незапятнанной природе ума. Все умственные рефлексии, эмоции и цепляния высвобождаются в естественной природе Ума. Их возникновение естественно по своей природе, так движется энергия и ум, но для нас не принципиально что. Для нас принципиально, что они высвобождаются, что они не заканчиваются.
Все явления во вселенной, все гуны и таттвы высвобождаются в естественной природе Ума. Что это напоминает, когда он видит, как будто вселенная распадается? Конечно, вселенная никуда не распадается, она остаётся на своём месте, она крепко стоит и будет стоять, пока не наступит махапралая, санкальпа Брахмы-творца вселенной очень сильна. Он её создал, и мы не можем разрушить силой своего ума и устроить пралаю вне расписания. Но что происходит?
Это напоминает, как в фильме «Матрица», когда свет внезапно начинает излучаться из человека, одного, другого, из всех живых существ, из предметов, из объектов, высвобождается истинная природа реальности. Несмотря на то, что все объекты остаются на своих местах, сохраняя свои качества, благодаря глубине нашего сознания мы прозреваем недвойственную, световую, пустотную природу абсолютной реальности за каждым объектом. Всё высвобождается во всевышнем Источнике. Говоря более простым языком, всё видится в Боге и через Бога, и видится только Бог и ничего кроме Бога. Все объекты, как бы они ни возникали, исчезают в этом видении Бога подобно тому, как следы насекомых, маленьких животных растворяются в большом следе слона.
Возникновение объектов перестаёт быть принципиально важным и растворяется в природе естественного состояния. Связи, отношения растворяются в природе естественного состояния. Жизнь, рождение, смерть, реинкарнация растворяются в природе естественного состояния. Самскары, васаны, кармические связи, рнану-бандхану и кармические кредиторы растворяются в природе естественного состояния. Любые жизненные события, живые существа разнообразных миров, сами миры с их жителями, населяющими их раями и адами растворяются в природе естественного состояния. Субъект и объект растворяются в природе недвойственного состояния, райские миры, адские измерения, человеческие, миры голодных духов — все они растворяются в естественном состоянии.
Вот что означает на этой стадии прямое видение реальности, когда не существует ничего кроме Бога, кроме Абсолюта. Касты, сословия, нации, религии, различные стадии, уровни просветления, различные пути, различные методы различных учений. Священные тексты, философии, духовные школы и традиции — все они растворяются в природе естественного состояния. Не остаётся ничего, что не растворялось бы в этой природе.
«Мир, представляющий реальность для медитирующего, находится в состоянии постоянного распадения».
Формулировка постоянного распадения сложная для восприятия, можно сказать так: постоянного самоосвобождения. Этот процесс лайя-йоги (растворения) — это не растворение явлений, а растворение неведения в отношении к явлениям. Материальные явления остаются в соответствии с принципами вселенной, ваше тело остаётся, всё остаётся как прежде, но иллюзорное видение всех явлений — вот что растворяется. Как один мастер сказал: «Когда я не медитировал, горы были горами, реки реками, а леса лесами. Когда я начал медитировать усердно, горы перестали быть горами, реки перестали быть реками, всё изменилось. Но когда я обрёл зрелость, горы снова стали горами, реки снова стали реками, но всё было по-другому».
Страх эго и радость души
«Страшное открытие вытекает из этого; страх охватывает ум».
Страшное открытие для эго, для души садху это не страшно, это радостное открытие. Но для эго это может быть страшно, потому что оно понимает, что ему конец, ему здесь делать нечего. Эго должно сдаться Богу на этой стадии, и если не воспитаны качества веры, преданности, самоотдачи, оно дрожит. Но если вы, даже не занимаясь полнотой внимательности, при жизни посвятили своё сердце Богу, живёте в духе веры, преданности и самоотдачи, то никакого страшного открытия вы не сделаете, это будет радостное открытие. Открытие, полное любви, веры, подобно тому, как ребёнок прыгает на колени матери с полным доверием.
«Каждая мысль внушает ему страх. Возникновение мыслей кажется ему источником ужаса. Всё, что входит в его осознание, даже то, что когда-то казалось приятным, становится теперь угнетающим. Он бессилен избавиться от этого гнёта: он — часть каждого момента. В этой точке медитирующий познаёт качество неудовлетворительности всех явлений. Слабейшая степень осознания видится ему полностью лишённой возможности принести какое-либо удовлетворение».
Появление привязанности к концепциям, любым состояниям ума, если не происходит самоосвобождение, будет вызывать страдание. Это подобно тому, как если вы привыкли пить нектар, любая вода из лужи будет вызывать страдание. Но особенность ануттара-тантры в том, что когда мы практикуем путь естественного созерцания, с самого начала мы утверждаемся в естественной природе Ума и вырабатываем особое отношение к мыслям, концепциям и восприятиям, то есть мы учимся самоосвобождению с самого начала. Даже если мы в полноте внимания не дошли до этой стадии, мы на самом начальном уровне учимся этому принципу — как самоосвобождать все концепции, явления, пребывать сразу во всевышнем Источнике. Таких неудовлетворяющих переживаний не должно быть, если вы практикуете созерцание на пути лайя-йоги. Если на пути сутры такие будут переживания, на пути ануттара-тантры они другие. Они связаны с глубокой вивекой и вайрагьей.
Различие подходов сутры и ануттара-тантры
«В нём нет ничего кроме опасности. Медитирующий приходит к мысли, что во всех видах становления нет ни одной вещи, на которую мог бы опереться. Всё его осознание, каждая мысль, каждое чувство кажутся ему неинтересными и безжизненными. Это относится ко всем состояниям ума, в которые он только может войти. Во всём, что воспринимает медитирующий, он видит только несчастье и страдания».
Для практикующих сутру любая привязанность к внешним объектам, любое допущение чувств и желаний — это сансара и, следовательно, страдания. Взгляд ануттара-тантры другой: мы не видим несчастье и страдание во всех проявляющихся вещах. Вместо этого мы отказываемся их видеть сами по себе и смещаем фокус своего сознания на всевышний Источник и купаемся в ананде, а к объектам, к восприятию, органам чувств и концепциям относимся как к игровым манифестациям, как к призрачной иллюзорной игре энергий, пустотных энергий, которые не играют большой роли в нашей жизни, которые, возникая, естественно высвобождаются в природе всех явлений. Это принципиальный момент в подходе метода сутры и тантрийского мировоззрения.
Тантрийское мировоззрение не отвергает энергию мыслей, концепций, восприятие чувств, эмоций, любые энергии во вселенной — оно не отвергает их. Оно не считает их сами по себе источником проблем, но полностью изменяет к ним отношение. Когда энергия эмоций, мыслей и восприятия проявляется, мы рассматриваем их как пустотную игру энергий всевышнего Источника, при этом не околдовываясь ими, не обращая на них внимание.
Примером такого отношения может служить змеи на шее у Шивы. Если тигровая шкура, на которой сидит Шива — это символ покорённого эго, эгоизма, а Шива — трансцендентное сознание, то змеи — это как раз энергии, которые иногда могут быть чистыми, нечистыми, иногда благоприятными, неблагоприятными, они являются украшениями. С этой точки зрения любые мысли, эмоции, чувства и концепции являются для нас чем-то вроде украшений, которые мы не принимаем и не отвергаем.
Мы их оставляем в своей собственной природе, позволяя им очиститься благодаря естественному состоянию. Здесь, конечно, надо иметь трезвый ум, потому что можно подумать так: «Ну я не принимаю, не отвергаю мои клеши, мою гордость, мой эгоизм, это моё украшение на пути моей естественной природы, они сами освободятся». На самом деле, если есть возможность работать с эго и с желаниями и усмирять их и очищать их, усмирять и очищать надо, то есть это возвышенное воззрение сиддхов, но это не наша реальность пока. В относительном поведении мы должны понимать, что принять, что отвергнуть.
Отрешение и самоотдача
«Ощущая это страдание во всех явлениях, медитирующий начинает чувствовать к ним полнейшее отвращение. Хотя он продолжает заниматься практикой проницательности, в его уме господствуют теперь чувства неудовлетворённости и безразличия ко всему его содержимому».
Бесстрастие и отрешение к сансаре возникает, когда мы понимаем неудовлетворительную сущность сансары как таковой. Когда мы понимаем, что нам не на что полагаться в сансаре, нам не на что опираться, нечему доверять в сансаре, потому что сансара (иллюзорная реальность) подобна неведению. В этот момент у нас открывается возможность больше не фиксироваться на внешних сансарных объектах, на внутренних сансарных объектах таких как ум, чувства, эго, концепции. У нас появляется возможность развернуться ко всевышнему Источнику и полностью полагаться на него, положиться на него вплоть до самоотдачи.
Вот здесь стадия самоосвобождения перерастает в стадию самоотдачи, и я комментирую этот текст именно с позиции ануттара-тантры, с позиции нашего учения. У нас есть именно своя уникальная трактовка, и не у нас, а вообще в течении ануттара-тантры. Своя уникальная трактовка методов полноты внимания, потому что на этой стадии методы полноты внимания уже плавно перерастают в естественное созерцательное присутствие. И где эта грань, когда полнота внимания перерастает в созерцательное присутствие, кто может знать, где эта грань?
Эта грань начинается тогда, когда вы направляете фокус своей полноты внимания на всевышний Источник, когда вы полностью удостоверяетесь в связи со всевышним Источником и происходит самоотдача (прапатти-йога). Когда происходит прапатти-йога, мы отсекаем надежды и страхи и полностью полагаемся на всевышний Источник, воссоединяемся с его просветляющим импульсом — можно сказать, всё, полнота внимания закончилась, и мы находимся на стадии естественного состояния. Мы находимся уже в базовом присутствии ануттара-тантры, сутра закончилась и началась тантра. Мы утвердились в природе Ума, проделав всю предварительную работу, мы обрели нужную вивеку и нужную вайрагью.
Если же такой самоотдачи не происходит, мы, действительно развивая полноту внимания, будем созерцать непостоянство, неудовлетворённость любыми объектами, явлениями и отрешаться от них. Отрешаться без связи со всевышним Источником, а такая связь со всевышним Источником произойдёт когда-нибудь в будущем.
Полное отрешение от мира
«Даже мысль о райской жизни или самых желанных объектах кажется ему непритягательной и скучной. Всё содержимое умственной материи становится для него совершенно бесполезным, любая разновидность становления, судьбы или состояния сознания».
На этой стадии у святого нет ни малейшей привязанности к миру, ему претит малейшая вещь вне Бога, он не хочет ничего видеть и слышать вне Бога. Но если через Бога, он может слышать, видеть любые вещи. Есть в жизнеописании Рамакришны такое описание: когда его кундалини поднималась выше вишуддха-чакры, он не мог находиться в присутствии мирских людей. Как только они начинали говорить не о Боге, а о чём-либо мирском, он сбегал от них.
Если вы хороший мастер созерцания, вы можете находиться в присутствии мирских людей без проблем, вы можете даже слушать, как они говорят на мирские темы, но ваши уши не будут слышать никаких мирских тем, и вы не будете видеть никаких мирских людей. Почему? Потому что вы будете находиться в естественном состоянии, в присутствии.
Через присутствие мирские люди будут естественно преображены в женские и мужские божества, а их речь будет естественно преображена в восхваление, в славу всевышнему Источнику. Вы будете наслаждаться восхвалением божественных существ всевышнему Источнику — это тантрийский взгляд. Если вы практикуете созерцание и доходите до стадии чистого видения, то, утвердившись в чистом видении, поход в магазин может быть сравним с паломничеством по святым местам. Вы будете реально чувствовать, как вы очищаетесь, потому что в преображённом состоянии, в состоянии недвойственности вы можете получать импульс благословения везде, но это должно быть истинно неподдельное состояние.
Пребывая в таком состоянии однажды, я получил настоящее благословение от коммерческого ларька в городе, просто находясь на остановке рядом, просто он попал в поле моего восприятия. Он мгновенно был преображён в дворец с божеством внутри. Это не то, что я визуализировал его в практике, настраивался — это естественно произошло, и я даже не видел никаких дворцов своими глазами физическими или духовными. Это было на уровне бхавы, просто вы можете видеть Бога во всём и можете получать благословение от всего.
В одном неканоническом Евангелии я как-то в юности давно ещё читал, там говорилось о вездесущности Бога, там говорилось: «Подними камень — там увидишь меня, разруби дерево — там тоже я» — везде, куда бы ты ни кинул взгляд в этом состоянии, ты везде видишь Бога. Везде получаешь его благословение, поэтому святые не хотят в этом состоянии больше жить без Бога ни секунды. Им действительно вызывает отвращение жизнь без Бога каждую секунду, они дорожат Богом и только Богом. Не то чтобы они отвергали мир или восприятие, но есть нечто, что они отвергают — жизнь без Бога, жизнь без восприятия всевышнего Источника, состояния омрачённого неведения, вот только это они отвергают.


