Комментарии к тексту «Рибху-гита»
27 октября 2025 года
Глава восьмая, «Наставление Риши Рибху ученику Нидаге на горе Кайлас».
Состояние дживанмукти
«У меня нет ушей, у меня нет носа, нет глаз, языка нет, и ума тоже нет. Лишь утвердившийся в этом уверенно зовётся свободной при жизни душою. Для меня нет ни тела, ни особых примет, нет причин и нет следствий, и нет запредельности. Лишь тот, кто настолько погрузился в себя, зовётся свободной при жизни душою».
Рибху описывает состояние дживанмукти. Он говорит: если ты сумел погрузиться в себя настолько, что воспринимаешь сон без сновидений наяву, то есть желаемое нами состояние — сушупти, и при этом ты находишься в восприятии этого мира или в восприятии тонкого мира во сне, но ты не упускаешь сон без сновидений и ясно осознаёшь его, — то вот это состояние дживанмукти. И в этом сне без сновидений нет ни глаза, ни уха, ни языка, ни тела, ни восприятия, но есть всеобъемлющее, распростёртое, подобное небу, чистое сознание. Атрибутами его являются блаженство, светоносность и недвойственность. И внутри этого сна без сновидений ты начинаешь прозревать еще более тонкое, четвертое, которое даже не относится к трем предыдущим.
Поэтому традиционно признаком дживанмукти является непрерывное сознание во сне со сновидениями и во сне без сновидений. Это действительно великое, труднодостижимое состояние, нелегко достижимое даже святыми.
Я люблю рассказывать историю про Сон Чоль Сынима и старика. Сон Чоль Сыним — известный корейский святой. Чем он был известен? Он медитировал на горе, жил в отшельничестве, но чтобы к нему кто-то попал на даршан, он требовал совершить пять тысяч простираний. И журналисты хотели взять у него интервью, многие люди хотели, но многие, совершив две тысячи, уставали и поворачивали обратно. А те, кто все-таки делали пять тысяч простираний, спрашивали: «Почему вы требуете такие условия?» Он говорил: «Я просто хочу, чтобы все ваши лишние вопросы отпали, чтобы вы задавали самые серьёзные вопросы и чтобы у вас было время подумать о том, какие вопросы задавать во время этих пяти тысяч простираний. Я хотел, чтобы вы обратили свой взор внутрь, чтобы ваши внешние вопросы отпали, чтобы остались только настоящие».
И однажды к этому Сон Чоль Сыниму пришел старик, который медитировал сам долгое время. И он сказал: «Я не хотел приходить, но мне друзья порекомендовали. Я медитирую, у меня есть опыт самадхи, я переживал и свет, и пустоту. И даже в повседневности я могу это переживать». И Сон Чоль Сыним спросил его: «Хорошо, пожалуй, ты нашел какую-то драгоценность, но скажи, остается ли она с тобой во сне?» Он сказал: «Нет, вот про это я не думал, во сне не остается». Тогда Сон Чоль Сыним на него грозно посмотрел, взял чайник, из которого пил чай, и начал его бить: «Что? Ты говоришь, что ты медитировал, но не можешь даже осознать эту драгоценность во сне? Убирайся и медитируй хорошо!» И он дал ему такие наставления. Этот старик ушел. И он понял, куда ему расти дальше, получил ценный совет. Он очень усердно медитировал следующие 10 лет. И через 10 лет ему удалось добраться до этой жемчужины и осознать себя во сне со сновидениями и во сне без сновидений. Настолько это ценно и настолько это трудное достижение.
И вот тот, кто получает такое сознание, обретает четвёртую и пятую бхуми: четвёртую — во сне со сновидениями, пятую — во сне без сновидений, а также титул дживанмукти, титул джняни. Там есть разные титулы. Первый титул начинается на четвёртой бхуми. Это не то, что вам кто-то вручает. Просто считается, что он имеет этот титул в силу своего достижения.
Естественная вайрагья
«Всё не моё, что зовётся „вот этим". И всё не моё, что зовётся „вот тем". Того, кто уверен, что он только Брахман, зовём мы свободной при жизни душою. Всё не моё, что представлено в мире. Этого мира нет для меня. Есть только Я. Тот, кто таков, зовётся свободной при жизни душою».
Вайрагья означает, что такой человек, пребывая в состоянии джаграт-сушупти и осознавая в себе состояние сна без сновидений, а также турью, ничего не приписывает себе, ничего не считает принадлежащим себе: ни одно восприятие, ни одну ложку, ни один стол, ни один стул, ни одно одеяло, ни одну ручку, ни одну купюру, ни одно переживание — зрения, слуха, обоняния, осязания, — ни одну мысль, ни один звук, ни одно свое слово. Ни один опыт чувственного восприятия, ни один объект, видимый снаружи, — ничего, что он переживает внутри или снаружи, он не приписывает себе, он не присваивает себе. Он отделен от этого и вместо этого осознаёт чистое сознание без атрибутов и без присвоения. И у него рождается не внешняя вайрагья, основанная на волевом отречении или отрицающем сознании, а естественная вайрагья. Если ты осознаёшь сознание за пределами органов чувств, восприятий, — ничто тебе не принадлежит, и ты осознаёшь всё как «не моё», потому что ты отделен. Вайрагья возникает естественно.
Но в этой вайрагье важно не потеряться. Такая вайрагья не должна мешать работать органам чувств, интеллекту, разуму и совершаться нужным, правильным действиям — исполнять свою дхарму в относительном мире. Неправильная вайрагья может заблокировать органы восприятия, ум, или мы можем утратить вектор правильного намерения, правильного действия, что приведет к безволию — всё это виды неправильной вайрагьи. Правильная вайрагья означает, что вы осознаёте этот слой сознания, где ничто вам не принадлежит, но действуете оптимально в соответствии со своей дхармой в относительном измерении.
Почему надо действовать оптимально в соответствии с дхармой относительного измерения?
Вопрос: Если не будешь адекватно проявляться, просто карма развернётся так, что ты в какой-то момент не сможешь практиковать, потеряешь условия для садханы. Попадёшь в ситуацию, где будет неблагоприятно. Если будешь неадекватно реагировать на вызовы относительной реальности, она тебя просто на периферию сметёт, и всё.
Можно и так сказать. Это как один человек какие-то юмористические стихи писал: «Я пережил, что ничего нет, ни мира нет, ничего нет. Но почему же психиатр не уходит и задаёт мне вопросы? А впрочем, психиатра тоже нет». То есть, чтобы такого не было, мы должны переживать правильную вайрагью. Если мы переживаем неправильную вайрагью, теряем ориентацию в этом мире, действуем неадекватно, мы сами себе привносим проблемы на духовном пути, и наш духовный путь останавливается.
А второе — мы должны использовать этот мир как площадку эволюционного роста в относительном измерении. Осознав воззрение и созерцание, с помощью поведения мы должны подтянуть все ветры, все энергии, развязать все кармические узлы и ситуации, столкнув их с недвойственным сознанием и правильно их растворив, овладев искусными методами. Если же этого не сделать, мы не раскроем весь потенциал этого недвойственного осознавания. Наше недвойственное осознавание должно растворить все пять элементов нашего тела, все клеши, ввести все ветры в центральный канал, развязать все узлы, очистить все васаны и все самскары, полностью проникнуть во все аспекты нашей жизни и гармонично их преобразить, трансформировать до уровня чистого видения. И тогда это будет проявлено как салокья-мукти, самипья-мукти, сарупья-мукти, саршти-мукти, саюджья-ишвара-мукти и брахма-ишвара-мукти. То есть правильное созерцание ведет к правильному освобождению. Если же созерцание неправильно, то и мукти не получится, потому что что-то останется несублимированным, неосознанным, незавершенным. Только правильное созерцание ведет к правильному освобождению. А правильное созерцание основано на правильном воззрении и правильном методе.
Пребывание вне времени и пространства
«Для меня нет ни времени, ни пространства. Нет вещей для меня и нет состояний. Омовений и голода нет. Вот такое зовётся свободной при жизни душою».
Обычно мы себя отождествляем с душой, которая живет в теле, а тело живет во времени и живет в пространстве. Но с точки зрения Абсолюта, как прошлое, так и будущее — это не более чем состояние праны и субъективное состояние. И ученые типа Эйнштейна интеллектуально додумались даже. Эйнштейн где-то в своих заметках писал или в письмах, что нам, ученым, прошлое и будущее — это как иллюзия, мы его не воспринимаем так, как обычные люди. Сила аналитической медитации! И обычно мы связываем себя со временем, и это действует кала-канчука. Мы связываем себя с пространствами, обстоятельствами, и это действует нияти-канчука. Когда мы осознаем в себе пустое, недвойственное пространство осознавания, мы пребываем вне времени и вне пространства. И вот отождествлять себя с этим пребывающим сознанием вне времени и пространства — это состояние дживанмукти. Это не значит, что мы заблудились, потерялись во времени и в пространстве, дезориентированы в относительном. В относительном вивека — различающая мудрость — должна полностью вам позволять прекрасно ориентироваться, предвидеть будущее, вспоминать самскары прошлого и работать с ними. Но ваше базовое сознание — вне времени и пространства, и вы с ним себя отождествляете.
Единство абсолютного и относительного
«Ни святынь, ни служения нет для меня. Нет богов и нет храмов. Я вне всех различий. Тот, для кого это именно так, зовётся свободной при жизни душою. Для меня нет привязанностей и рождения нет. Для меня нет ни знаний, ни верных воззрений, ни красивых речей. Тот, кто таков, зовётся свободной при жизни душою».
В этом состоянии осознанности за пределами сна без сновидений нет различий, нет разделения имён и форм. Святыни, боги, взаимодействие и служение — это всё сфера проявленного мира, как физического, материального, так и сфера магического, тонкого мира. Начиная с причинного мира, все святыни уходят в принцип святости, в свою причину, все храмы, все боги сливаются в причинных телах. И сам процесс служения перестает быть динамичной игрой спанды, как это есть в магическом, тонком мире и физическом мире. Он становится пребыванием в свете недвойственного осознавания. Это не то, что их нет в материальном мире или в тонком. В материальном и тонком мире они на своем месте, и они есть. Если мы начинаем думать, что их не должно быть в тонком мире или в физическом, мы впадаем в отклонение. Какое? Да, нигилизм. Нигилизм означает, что ты противоречишь сам себе и всегда неадекватен проявленной Шакти, и Шакти тебя не благословляет. Живя в физическом и тонком мире, ты отрицаешь энергии физического и тонкого, потому что ты услышал, что «там ничего нет». Но законы причинного мира и Турьи предназначены для причинного мира и для Турьи. Они не предназначены для физического и тонкого мира.
Но когда мы своим сознанием пребываем в том мире, об этом не ведётся речь, потому что тот мир — это мир недвойственности, чистого недвойственного сознания. И пребывать сознанием в мире, где другие законы, где все боги пребывают в своём причинном состоянии, все храмы — в причинном состоянии, и весь процесс служения — это пребывание в этом причинном состоянии, — это признак дживанмукти. Дживанмукта пребывает в этом причинном состоянии, в измерении джаграт-сушупти, но действует здесь, принимая все иллюзии, игры и условности этого мира на благо других живых существ, играя с энергиями, с сострадательной мотивацией. Поэтому он осознаёт единство всех богов в Брахмане и не разделяет всех богов на различные имена и формы, пребывая во сне без сновидений, в Турье. А в относительном измерении он различает: это Лакшми, это Сарасвати, это Даттатрейя, это Шива, — и поёт Шиве "Шива стотру", Даттатрейе - "Даттатрейя стотру", Лакшми - "Лакшми стотру". И всё. Это не противоречит. Потому что его сознание многомерное, оно сочетает воззрение и поведение, абсолютное и относительное.
Но у человека несведущего возникают противоречия. Эти противоречия связаны либо с этернализмом, либо с нигилизмом. Если всё есть одно, почему боги? Или если есть боги, то этот бог отличен от этого, и этот бог проявляется и воспринимается в духе этернализма. И только когда вы осознаёте единство абсолютной и относительной истины, единство джаграт и сушупти, джаграт и Турьи, противоречие нигилизма и этернализма уходит, и вы обретаете целостное сознание. Целостное сознание включает в себя обе истины в непостижимом единстве и различии. Истина и ошибка нигилизма и этернализма, абсолютная истина и относительная истина — они нераздельны. И вот когда, пребывая в сушупти, в Турье, вы можете включить эти истины и избежать этих двух крайностей, ваше сознание по-настоящему целостно. Поэтому Даттатрейя говорит: «Я не отвергаю ни двайту, ни адвайту, ни вишишта-двайту». Кто-то может подумать: «Даттатрейя — ведь это адвайта, а где адвайта, там нет места двайте. И нет места вишишта-двайте». И если ум у человека жёсткий, он говорит: «Это адвайта. Вишишта-двайты не должно быть. Двайты не должно быть». Или, наоборот, если у него вишишта-двайта, он говорит: «Адвайта — это заблуждение, это имперсонализм, это духовное небытие». Но дживанмукта — это тот, кто видит в единстве и целостности двайту, адвайту, вишишта-двайту, абсолютное, относительное; он свободен от изъянов этернализма и нигилизма.
За пределами заслуг и грехов
«У меня нет заслуг, у меня нет грехов. У меня нет плоти, у меня нет благ. Мне нечего видеть. Знающий это зовётся свободной при жизни душою».
Заслуги касаются физического, энергетического, тонкого, ментального тела, ещё частью причинного, но не Турьи. Если человек в физическом, энергетическом или тонком теле скажет: «У меня нет заслуг, нет грехов», — значит, он не понимает. Потому что тонкое тело как раз и состоит из заслуг и из грехов, так же, как и физическое. Заслуги и грехи — это качество, гуна. Гуны формируют и тонкое, и физическое тело. Если человек говорит: «У меня нет гун», — это всё равно что он говорит: «У меня нет носа», а его нос торчит. Не глупый ли?
Однажды, лет 30 назад, я читал лекцию в одном йога-центре, и одна матаджи сидела на лекции. Она слушала, и ноги заболели, она вытянула ноги. Там за мной был алтарь, и кто-то подошёл к ней из сидящих в зале и стал шептать: «Матаджи уберите ноги! Ноги нельзя к тому кто читает лекцию и к алтарю...» Это обычная этика. Она спрашивает: «А почему это нельзя?», — ей это не понравилось. «Ноги — это апана. Это некрасиво, это неприлично. Так в традиции Санатана Дхармы не сидят». «Какая апана? У меня нет апаны. У меня одна удана». Вот это примерно такой ход мыслей. Когда человек говорит: «У меня ни заслуг, ни грехов», — это все равно, что говорит: «У меня нет апаны, одна удана» или «нет носа», но нос есть. Это не касается относительного измерения физического мира. В нём всегда действует закон заслуг и грехов, всегда действуют причинно-следственные связи.
Это касается именно того слоя сознания, которое называется джаграт-сушупти и джаграт-турья. Там неуместно говорить о заслугах и грехах. Там неуместно, действительно. Там нет субъекта, который бы накапливал заслуги, или субъекта, которого бы наказывали за грехи. Там нет механизма кармы, он туда не достает. Если вы утверждаетесь в этом сознании, механизм кармы туда не достает. И чем больше вы отождествлены с этим слоем сознания, тем меньше действует на вас закон кармы. Он действует на проявленное физическое тело, на проявленное энергетическое тело, но не на ваше сознание.
Вопрос: Чем дживанмукта отличается от обычного человека? Его процентные соотношения... у него же тоже есть тело, душа, и получается, на 99% он есть сознание — Турья, а один-два — всего лишь душа и тело?
Если его тело не преображено в иллюзорное божественное, не состоит из других частиц материи, а обычное, то его органы чувств всё равно работают иначе, его чувства и васаны сильно ослаблены, его желания сильно ослаблены. И он переживает этот мир, большей частью пребывая во сне без сновидений или в Турье. Но той части сознания, которая пребывает в этом мире, её хватает, чтобы общаться, разговаривать и выполнять задачи, потому что его сознание очень мощное. То есть если у обычного человека пик развития — это быть умным в этом мире, а другие слои сознания не осознаны, то для дживанмукты это его нижняя граница сознания, то, как он проявляется в этом мире. А большая его часть сознания осознаёт джаграт, свапну, джаграт-сушупти.
Вопрос: Можно ли сказать, что у такого сознания даже его тело и душа не имеют грехов, не имеет апаны и прочего, ведь оно тоже уже трансформировано даже в проявленной своей части?
Если оно трансформировано, то его пять пран иные. Если его тело не трансформировано, его праны работают как обычно, но могут быть более чистыми.
Переживание пустотного осознавания
«Для меня нет звуков и нет ощущений. У меня нет формы. Для меня нет вкусов. Жизни нет для меня. Лишь знающий это зовётся свободной при жизни душою».
В Праджняпарамита-хридая-сутре Будда говорит: «Таким образом, о Шарипутра, в этой пустоте нет вкуса, нет запаха, нет цвета, нет ума, нет субъекта, нет объекта» и так далее. Переживание пустотного процесса осознавания в естественном состоянии означает, что нет никакого восприятия в нём и нет того, что мы называем жизнью в человеческом смысле, связанной с телом, с тонким телом, с пятью оболочками. Осознавание есть, но это осознавание нерождённого, невоплощённого — то наше исконное лицо, которое было до рождения. Воплотилось тело, воплотилась душа, воплотилась карма и васаны души, но лицо до рождения — это то, что за пределами такой жизни, но это и есть вечная, исконная и бессмертная жизнь. Это состояние дживанмукты, который не выпадает из такого состояния.
Теперь понятно, почему дживанмукта равным образом смотрит на хулу и хвалу, почёт и поражение, грязь и гальку. Почему? Это всё не его. Это всё не его, потому что в том измерении сознания, в котором он пребывает, в чистом сознании, нет разделения на грязь и гальку. Грязь не является отталкивающей, золото не является привлекательным.
Вопрос: Ом, Гуруджи. А обычный садху, на втором бхуми, он должен пытаться так же смотреть, но именно пытаться? То есть не проявлять это в поведении, а привносить в воззрение.
Если вы будете тренироваться — «это золото, оно не стоит и гроша», «эта галька или эта грязь, она равноценна золоту» — такие аналитические медитации, может быть, это даст вам прозрение в области единого вкуса, но в целом всё равно это будет от ума. А нужно пытаться смотреть в суть, чтобы уравнивание произошло из того сознания, а не от ума.
Есть саркастические тибетские поговорки, которые говорят: «Начинающий практикующий, идущий в горах, равнодушно пройдет мимо мешка с золотом, таково его великое отречение. А старый практик, даже если найдет заштопанную обувь, подберет её». У неофита сильно умственное отречение, и он просто из этого умственного отречения отвергает многие вещи, но его реализация не подлинная. Когда же проходят годы, он опускается с умственного отречения на свой базовый уровень отречения, который ему доступен. Его ум, если он ещё не достиг сознания дживанмукты, может заново привязаться, например, к старой штопанной обуви. Он становится хитрым и расчетливым. Но когда достигается состояние осознанности сна без сновидений, всё уравнивается. Он ни к чему не привязан, но может использовать всё без привязанности.
Обладание в причинном измерении
«Нет ничего у меня совершенно. И жизни нет тоже. Нигде ничего. Ни мнений, ни собственности. Только такой зовётся свободной при жизни душою».
Обычно мы сильно зависим от того, чем мы обладаем. Вся наша жизнь связана с обладанием: телом, имуществом, статусом, положением в обществе, именем, магическими силами и способностями. Всё это работает очень даже хорошо в магическом тонком мире и физическом материальном мире. Но начиная с уровня сушупти, всё это видится иначе. И чем больше йогин себя с этим отождествляет, тем больше он понимает, что в этом состоянии у меня этого ничего нет. Но это не значит, что ничего нет вообще. Это не безжизненная, холодная, мёртвая пустота. Это значит, я соприкасаюсь с корнем жизни, с истоком жизни, с причиной всех способностей, всех заслуг, всего имущества, всего, что может быть. И я их воспринимаю непосредственно в самом чистом видении как их корень, что мне не надо ничем из этого обладать, потому что я соприкасаюсь с их сердечной сутью, и я всем этим владею по умолчанию. Если я всем этим владею по умолчанию, мне необязательно всё это иметь. Я могу в любой момент это, если захочу, материализовать, проявить. Я обладаю переживанием самой сути всех видов вещей, всех видов желаний, всех видов восприятий и всех состояний знаний. Я в причине всех знаний, я в причине всех вещей, я в причине всех переживаний, я в причине всех способов восприятия. Но у меня нет ничего конкретного, потому что причина, она ещё не оформлена.
Это подобно тому, как если вы преуспели в йоге иллюзорного тела, то вы знаете, что у вас отпадает желание обладать внешним. Вы знаете, у вас в визуализированном состоянии есть все богатства, все дворцы, все прекрасные опыты, все имущества, все одежды и все украшения. Вы в любой момент их можете надеть. Конечно, это никто не увидит, кроме тех, кто наделен ясновидческим зрением. Но вы понимаете, что все прекрасные вещи мира, они есть у вас внутри. И вам этого достаточно. Такова практика иллюзорного тела. Она замещает наши клеши, связанные с обладанием, с желанием, с локавасаной, деха-васаной, на тонкие энергии. Например, локавасана очищается визуализацией новой Вселенной и небесного дворца, чистой страны, мандалы чистой страны. Привязанность к спутникам, друзьям, окружению замещается визуализацией божеств свиты. Деха-васана очищается и замещается визуализацией себя в облике божества. Васана обладать украшениями замещается визуализацией украшений. Васана обладать вещами замещается визуализацией атрибутов. Васана обладать расширенными возможностями замещается обладанием различных сиддхи. Таким образом, все ваши васаны удовлетворены, но на более тонком уровне. Это результат йоги тонкого тела. Но йога причинного тела идет ещё дальше, и все васаны замещаются их причиной. Васана обладать вещами замещается причиной порождать все вещи. Васана обладания телом замещается причиной проявляться как тело. Васана обладать землёй, домом, замещается причиной появления элемента Земли и элемента пространства. И вы, обладая всем этим в причине, больше не желаете этим обладать в материальном мире. А если обладаете, то используете это только как инструмент для силы, но не как привязанность к личностности.
Поведение дживанмукты и чистое видение
Вопрос: То есть получается, что у дживанмукты и у простого человека поведение может быть одинаковым, но отличие исключительно в отношении, в непривязанности, в реакциях и так далее? То есть практичность и прагматичность может быть точно такой же?
Поведение дживанмукты может не отличаться от поведения обычного человека или обычного садху, саньяси. Или он может проявляться даже как юродивый, авадхута, как Даттатрейя. Но его видение может отличаться. Например, был Авадхута Трилингасвами — у него есть ещё своё имя другое, это его прозвище — и он иногда вёл себя эпатирующим, шокирующим образом. Однажды он пришел в храм, по-моему, храм Вишванатха, и помочился на лингам. И брамин из касты служителей этого храма, он сильно возмутился и побил его. Потом ночью ему явился Шива и сказал: «Почему ты оскорбляешь моего чистого преданного? Он совершил мне прекрасное подношение, иди извинись перед ним». Для брамина Трилингасвами помочился на лингам, а в видении самого Трилингасвами он сделал подношение лингаму, потому что его тело, его телесные жидкости в его видении были нектарами, как панчамрита, как топленое масло или мед. И в его понимании он накопил заслугу, сделал благое дело. Но видение брамина не позволило ему увидеть это, и они были в разных психологических вселенных.
Дживанмукта, воспринимая этот мир, видит его как мандалу чистого видения, всех людей — как божеств. Это не фигура речи, это реальное восприятие. А обычный человек или обычный садху не видит мандалу, соответственно, не видит игры, видит карму и видит людей. И вот начало дживанмукти начинается с того, что вы начинаете видеть мандалу в окружающем мире, божеств в окружающих вас людях, игру в окружающих ситуациях и мантры в окружающих вас звуках. Это не значит, что вы буквально должны видеть в каком-то человеке божество или какую-то мантру в каком-то звуке. Это значит, что вы воспринимаете чистую вибрацию через всё это.
Вопрос: А вот дживанмукта — он пронизывает три мира, и он использует тонкий мир для моделирования и проявления реальности, либо он просто находится в джаграт-сушупти, и из этого состояния всё нужное проявляется, либо он всё-таки может выбирать определённые вибрации, либо моделировать через тонкий план то, что он хочет проявить в джаграт, в бодрствовании?
Он может выбирать, он не ограничен ничем. Если его игра такова, что он действует в тонком мире, он может творить в тонком мире различные миры, иллюзорные тела и проявляться, так же, как и в физическом. Есть дживанмукты, которые погружены в бесформенное причинное состояние. А есть те, которые проявляют из бесформенных причинных состояний и своего тела мудрости, рупакаю, то есть иллюзорное тело, и не одно, и играют в бесчисленных таких мирах.
Углубление практики осознанности во сне без сновидений
Вопрос: Ом, Гуруджи. Если было такое переживание осознанности во сне без сновидения, где ты пережил недвойственность, свет, пустоту со всеми атрибутами блаженства и всего, что написано во всех книжках, — любви, и так далее, и покоя... И если что-то происходит в жизни, в отношениях, то ты же уже понимаешь, что этого ничего нет. Ты понимаешь это не на уровне нигилизма, а потому что ты это пережил. Потому что ты знаешь, что ничего нет из своего собственного переживания...
Нет как реального. Да? Но есть как игра, манифестация энергий в относительном мире, да. Как бы, вопрос такой... иногда стопорит: а что дальше? Куда двигаться? Если ты уже это пережил, тебе же не нужно это каждую ночь переживать?
Как не нужно? Нужно! Нужно, во-первых, каждую ночь переживать, во-вторых, нужно глубже переживать, а в-третьих, нужно переживать манифестацию энергии, управляемой из этого состояния. Тот факт, что ты пережил вкус супа, не значит, что ты насытился. Надо кушать суп хорошо и каждый день. Раз в жизни попробовать суп и затем вспоминать об этом — этого мало.
Получается, что это должно быть хорошо, если каждую ночь ты находишься во сне без сновидений в осознанном состоянии?
Конечно. Более того, надо получить различение в этом сне без сновидений, потому что сны без сновидений бывают разные: нижний причинный мир, средний причинный мир, верхний причинный мир. Там есть вьома-панчака, пять пространств, которые можно распознать: гуна-рахита-акаша, чит-акаша, маха-акаша, сурья-акаша, таттва-акаша. И надо получить различение в этих мирах. Затем надо порождать ещё большее различение, чтобы прорваться в Турийю, в Ясный Свет, там зафиксироваться и утвердиться как в своем родном доме, который на самом деле дом всех существ. А затем научиться манифестировать из него — с помощью течения тонкого пятицветного ветра через семенной слог — иллюзорное тело и упражняться в относительном проявлении майя-рупы, йоги иллюзорного тела. И манифестировать ещё более глубокие слои материи и упражняться в том, что называется сиддха-деха. А затем всё это вместе — джняна-деха, пребывание в ясном пространстве пустотности, иллюзорное тело в верхнем астральном мире и сиддха-деха, которая пронизывает вплоть до нижних миров, — как единое осознание. И вот с помощью всех этих осознаний выполнить сто тысяч самадхи. И с помощью этих ста тысяч самадхи развить всеведение, всепроникновение, сватантрию, айшварью, пурнатву и нитьятву. И переходить на следующий уровень, на следующий статус. Так что здесь много работы.
План на много жизней?
Да. То есть переживание прекрасное. Вы можете его делать опорой, но с ним надо работать.
За пределами писаний и предписаний
«У меня нет свободы, для меня нет второго. Для меня нет писаний и нет предписаний. Я ближе, чем близкое. Только такой зовётся свободной при жизни душою».
В относительном измерении мы опираемся на шастры, на писания. Мы формируем на основе дхарма-шастр ачару. Ачара — это поведение. И говорится, дхарма без ачары недейственна. Поэтому шастра даёт дхарму, дхарма определяет ачару. Ачара — значит, в целом, форма поведения, твоя дхарма в соответствии с твоим статусом, обеты, предписанные правила, твоя самодисциплина. Но это касается относительного измерения. Но во сне без сновидений и в Турийе есть корень всех шастр, но нет шастр. Есть корень всех ачар, но нет самой описанной ачары, как в относительном измерении. Это свободно плывущее, чистое, недвойственное сознание, которое безопорное, не ограниченное ничем. И йогин делает опору в таком свободноплывущем, неограниченном, бесформенном сознании. Когда он действует в относительном измерении, он опирается на дхарма-шастры, на ачару, но внутри он опирается на безопорное, свободноплывущее сознание.
Слияние противоположностей в недвойственном сознании
«Гуру нет для меня, ученика тоже нет. Для меня нет учений, для меня нет высшего. Нет важных, неважных вещей. Такой зовётся свободной при жизни душою».
В относительном измерении есть Гуру, есть ученик. Есть какие-то важные вещи, какие-то неважные вещи. Если мы скажем, что этого нет, что это неважно, это будет снова впадение в нигилизм, досадная ошибка, которая не позволит адекватно развиваться в энергии, в относительном. Однако, когда мы проникаем в измерение джаграт-сушупти, джаграт-турьи, там разделения на «гуру — ученик» не существует, поскольку нет разделения в едином, недвойственном сознании. Гуру, ученик — это одно, единое сознание, единая сущность. Разделения на важное и неважное тоже нет. Важное и неважное сливаются в одной-единственной сущности. Всё завершается, всё становится целостным, всё закругляется, всё то, что ранее было разделено, становится слитым. Все пары противоположностей начинают сливаться.
И вот пребывание в таком воззрении, где пары противоположностей слиты в одно целое и нет никаких выделений, где даже «я» как выделенного сознания, выделенной души нет, а есть всеобъемлющее единое целостное сознание, — это и есть истинное воззрение, из которого происходит истинное созерцание. Обычно мы сильно привязаны к идее «я», сильно привязаны к идее разделений. И именно эти привязанности выводят нас из равновесия, когда мы сталкиваемся с жизненными неудачами, стрессами, проблемами, и мы быстро выматываемся. Потому что мы разделены, и, пребывая в двойственности, наш энергетический ресурс быстро исчерпывается.
Например, сталкиваясь с какой-то глубокой или запутанной концепцией, мы сами запутываемся и устаём, отключаемся от Всевышнего Источника Шиватвы, от Его благодати. Сталкиваясь с какой-то проблемной ситуацией, мы тоже устаём. Сталкиваясь со сложной задачей, мы втягиваемся в её выполнение как личность и тоже устаём. Для нас всё это реально, всё это берёт нашу энергию, всё это выводит нас из равновесия, из целостности, отключает от благодати, отключает от джняны, и мы теряем свою полноту и целостность Пурнатвы, поэтому мы устаём. Работа, запутанные отношения, запутанные философские концепции, даже садхана. Мы делаем садхану, и потом вздыхаем в изнеможении... Где же здесь игра? Где же здесь целостность? Где же здесь прилив сил? Мы общаемся, и после общения мы опустошены, как Вишну и Брахма, которые сто тысяч лет говорили без перерыва, пока не истощили себя и не упали.
И вот нас истощают, нас опустошают многие вещи, нас выводят из равновесия, отключают от благодати, отключают от джняны, лишают Пурнатвы. От компьютера до информации, до любого общения, каких-то взаимодействий, органов чувств — всё что угодно. Почему? Потому что мы взаимодействуем с этим как с реальным. Мы себя чувствуем реальными, и объекты мы чувствуем реальными. Поэтому наш запас энергии невелик, мы всегда быстро истощаемся.
Если же мы попробуем посмотреть на эту ситуацию из недвойственного сознания, из сознания «я», пребывая в пустотном состоянии — том, о чём в физике говорят, квантово-вероятностном, размытом состоянии, которое ещё не сколлапсировало в относительную — сверхквантовая суперпозиция, — когда я не то, не это, когда ни субъекта, ни объекта, ни важного, ни неважного, ни понятия, ни не понятия... если мы пытаемся делать работу из этого состояния, практиковать из этого состояния, воспринимать концепции из этого состояния, действовать, то мы обнаруживаем новое измерение. Что можно действовать из состояния «не-я» или из состояния «сверх-я» Шиватвы, что можно действовать из состояния игры, можно делать, не делая, из недеяния, можно воспринимать, не воспринимая, не теряя энергию и не выходя из равновесия, можно общаться, но не выходить из равновесия и не терять ничего.
Понимание недеяния и божественной игры
И вот отсюда рождается понимание недеяния. Недеяние означает, что мы поняли этот принцип, потому что наш дух парит выше всего этого во сне без сновидений и в турье. Тогда я делаю, не делая; смотря, не смотрю; слыша, не слышу; воспринимая концепцию, сам нахожусь вне концепции. Я могу играть со всем этим, потому что игровой характер реальности — это единственное, что меня окружает. Потому что из этого состояния мы можем воспринимать всё только как лилу, божественную игру.
Тогда я практикую, но практика меня не утомляет, не напрягает. Это тоже своего рода красивая игра, где я повышаю свои качества и очищаю свои кармы. Из состояния игры я не выхожу из равновесия, не теряю полноты и целостности, не отключаюсь от благодати, а благодать пребывает, не выхожу из поля джняны — джняна только углубляется.
Путь сахаджи и великое решение
И поймать это состояние, войти в измерение игры и никогда не покидать его — это путь сахаджи. И тот, кто хоть однажды его поймал, он даёт себе внутреннюю клятву: «Да войду я в единую самайю созерцания!» И он принимает великое решение: «Да войду я в великое недеяние. Да буду я действовать из недеяния, ни за что не цепляясь». Вот в этом квантовом, в квантово-вероятностном состоянии, не коллапсируя в материальную привязанность, материальную реальность, двойственные понятия и в двойственное отождествление. Адекватно действуя, но духом не цепляясь, не отождествляясь.
Принятие великого решения — это важнейший этап в жизни йогина. Это как родиться заново. Если вы однажды приняли это великое решение, вы должны принять и ответственность за это решение, всё время оставаться в нём, поддерживать его вплоть до состояния дживанмукты. Больше никогда не покидать измерение игры и не отождествляться с измерением кармы. И хоть измерение кармы, внешних объектов, восприятий, концепций и чувств постоянно будет провоцировать вас, испытывать, выводить из равновесия, вы не должны искушаться, соблазняться. Вы должны быть преданы этому состоянию, как лику Бога. Тогда вы станете достойными овладеть истинной сахаджей. А тот, кто пребывает в сахадже, тот уверенно идёт к состоянию дживанмукты.
Вопросы о гуру-таттве и великом решении
Вопрос: Гуруджи, вот мы сейчас ретрит проходим по гуру-йоге. Я пытался разобраться, такой термин «гуру-таттва» — к какой таттве он относится? То есть, с одной стороны, если это начинается с третьей таттвы... А с другой стороны, гуру есть Парабрахман. То есть всё-таки это нулевая таттва или хотя бы третья и ниже, где появляются ученик и гуру?
Не ограничивайте гуру-таттву. Гуру-таттва должна пребывать на всех 36 таттвах. И вы можете выбрать одну из пяти чистых таттв, которая вам ближе по склонности, и медитировать на неё в этой таттве. Но в целом гуру-таттва — это все 36 таттв и Парамашива-таттва как 37-я. То есть гуру-таттва может проявиться на уровне элемента Земли, на самой нижней, и она может проявиться как Парамашива во всём спектре.
Вопрос: Вы сказали про великое решение. Как бы понятно, что это то, чего надо держаться. Ну вот, допустим, я так понимаю, что это от четвертой бхуми, не меньше. То есть великое решение можно принять, когда ты реально как-то в самадхи вошел, пережил это состояние. А вот просто уверенность — это не великое решение. Просто уверенность, что это правильно, что надо этого держаться, к этому надо стремиться — это ещё не великое решение. То есть великое решение — это когда? Когда самадхи? Когда четвертая бхуми или третья бхуми?
Раньше. Великое решение вы можете принять на третьей бхуми.
А на второй?
На второй вы можете принять просто решение быть в состоянии внимательности и воспитывать сакши, свидетеля. Но для вас это решение тоже должно быть великим, потому что, приняв однажды решение быть в состоянии свидетеля, его не надо покидать.
И рано или поздно состояние свидетеля, сакши, перерастёт в свободно плывущее распростёртое осознавание подобное небу. И как только вы его почувствуете, вот тут надо принимать великое решение.


