Намасте!

Вивека, Вичара, Вайрагья: Путь к познанию Атмана

01.06.2026
0 мин. чтения
0
Поделиться
Вивека, Вичара, Вайрагья: Путь к познанию Атмана

Комментарий к тексту «Атма Бодха»

Самоосвобождение, самотрансценденция, самоузнавание

Вичара, вивека, вайрагья — три «В»


Введение в текст «Атма Бодха»

Текст Шри Ади Шанкарачарьи называется «Атма Бодха». Это коренной текст, один из самых важных текстов Шанкарачарьи наряду с «Вивека Чудамани», «Апарокша-Анубхути», «Брахмана Чинтанам». В нём заключена вся суть адвайта-веданты, на этот текст надо медитировать. И пройдёт пятьдесят лет — тайны этих текстов будут открываться всё больше и больше, потому что не существует окончательного познания той реализации, которую Шанкара выразил в этих текстах.


Шлока 1. Мудрость (джняна) как основа освобождения

Мудрость есть то существенное, что помогает освобождению. Как без огня нельзя варить пищу, так без мудрости нельзя достигнуть совершенной свободы.

Мудрость, о которой говорит Шанкара, — это не просто некая мудрость, это джняна. Джняна — это не светская мудрость и не мудрость «я», не мудрость опыта этого мира, не мудрость в изучении каких-то наук, например веданг (существуют Веды, а существуют части Вед — веданги). Эта мудрость связана с познанием Абсолюта — джняна.

Когда приходит джняна к садху? Когда он понимает принцип панча-коша-вивека, когда у него появляется вивека, позволяющая отделять своё сознание от того, что им не является. Например, когда есть какое-либо желание: если нет вивеки, вы следуете за ним; если вивека есть, у вас срабатывает наблюдение за желаниями. Если вивека слабая, желание всё равно заставит сознание следовать за ним, как магнит тянет иголку. Но если вивека сильная, она остановит желание, как останавливает по праву сильного воин безоружного, и желание затормозится до тех пор, пока вивека не даст свою санкцию: «можно исполнять» или «нет, это бессмысленно, не надо его исполнять».

У мудрого садху вивека настолько развита, что она даёт санкции желаниям. Не желания тянут душу за собой, а вивека пристально смотрит: правильное это желание или нет, каковы будут его последствия, из кого оно исходит, необходимо ли оно для садху, не мешает ли оно джняне — или это естественное желание, как желание есть, например, любое желание, даже духовное: выполнять практики, читать мантры, призывать божеств, поститься, общаться, есть ту или иную пищу. Вивека всё видит ясно, с позиции абсолютной мудрости, и даёт санкцию желанию на исполнение или блокирует его. Она говорит: «Нет, это желание заблокировано, я запрещаю его исполнять», или «Это желание можно исполнить наполовину», или «Это желание является частью игры моей ясности, оно полезно для тела» (например, желание сделать пранаяму). Садху — не раб желаний, все желания пребывают в его власти, как все подданные пребывают в сильной власти сильного царя. И этим царём является джняна (мудрость) и вивека.


Вивека: распознавание как механизм освобождения

«Вивека» можно перевести как распознавание, как ясность — это главный фактор, который освобождает нас от сансары. Ни сиддхи, ни какие-то великие вещи, а именно вивека (распознавание) запускает механизм освобождения.

Тилопа, когда учил Наропу, двадцать три раза устроил ему столкновение с реализацией Махамудры и всё время говорил: «Сынок, тебя держит не сансара, тебя держит твоя привязанность к ней, а привязанность — вследствие авивеки».

Есть такая история: царь одному своему подданному написал на лбу табличку «Авивека шикхамани» (верховный глупец) — за отсутствие вивеки. Но этот подданный сказал: «На самом деле, царь, ты привязан к царству, а я нет. Кто из нас больший верховный глупец?» Когда царь понял это, было уже поздно.

Вивека — это ясная, свежая, ежемгновенная ясность, которая ставит на место ложное эго, усмиряет ум, усмиряет гордыню, пресекает любые привязанности и даже тенденции. Не то что привязанности — а тенденции привязанностей. Привязанности — это для садху большая непозволительная роскошь: тот, кто имеет привязанности, как бы и не садху вовсе. А вивека пресекает даже тенденции — тенденции гордости, тенденции гнева. Садху не может гневаться. Даже мельчайшие тенденции. Вивека настолько сильная, глубокая, ясная и ежемгновенно сияющая, что распознаёт все нюансы, все детали. Почему? Это очень важно. Потому что карма действует на очень тонком уровне — вот такая тонкая вивека и освобождает. Это есть понимание своего сознания.

Когда Яма судит душу на страшном суде, у божественных существ есть такая же вивека. Если надо рассмотреть конкретную ситуацию, конкретную дату, конкретный поступок — там большой экран, и они говорят (я утрирую, конечно): «Остановите картинку, с этого момента давайте рассмотрим подробнее» — всё видно. Каждое действие, каждая мысль, каждое слово будет взвешиваться и оцениваться. По результатам всех этих оценок судьи — владыки кармы, верховные деваты в свите Ямы во главе с предводителем Ямой — будут определять качество вибраций души, чтобы определить для реинкарнации следующий мир. Если душа, например, «весит» триста — это соответствует миру людей; чтобы попасть в небесный мир, надо набрать шестьсот (вибрацию). И только если ваш ангел-хранитель, ваше божество, которое сопровождает вас, не вмешается в этот процесс, будет безапелляционно вынесено решение, и душа пойдёт в соответствии с тем, сколько она весит.

Но бывает такое вмешательство, когда ваш внутренний девата, ваш ангел-хранитель вмешивается и говорит: «Подождите, ваш суд не совсем верно оценивает. Например, это преданный Даттатрейи, а преданные Даттатрейи никогда не должны сталкиваться с тем, что их оценивают вот таким способом — они действуют по законам благословения милости Даттатрейи. Он достоин высших миров, он достоин чистых стран, он достоин небес». Это значит, действует Ануграха, действует божественная милость. Но это — для тех, кто взрастил в себе настоящую истинную преданность. Это значит, сила преданности вмешивается как самоосвобождающая сила.

Садху, который взрастил в себе такую вивеку, сам производит подобное взвешивание своей души — ему не надо ждать, чтобы его кто-то оценил. У него есть буддхи, осознавание и вивека, и он каждую секунду замечает все движения своей души и даёт санкции одним движениям, а другим — нет. Он даёт санкцию в соответствии со своим местом во вселенной, со временем, с обстоятельствами.

А если вивеки нет, то тело и ум проявляют обычные привычные кармические реакции: гнев — гневаюсь, привязанность — привязываюсь, есть гордость — горжусь, есть вожделение — иду за вожделением. Вот этот санкционирующий орган отсутствует. Задача садху — вырастить этот санкционирующий орган, это божество, которое контролирует процесс желаний, процесс проявления, любые проявления пяти органов чувств, пяти карма-индрий, пяти джняна-индрий. Вот это — активная сторона вивеки.


Две стороны вивеки: активная и внутренняя

Другая сторона вивеки — более глубокая, внутренняя — связана с брахма-вичарой, с познанием Атмана. Если активная сторона вивеки позволяет отделять своё чистое независимое сознание от грубых оболочек, движений ума, движений эмоций и желаний, то внутренняя глубокая сторона вивеки связана с распознаванием Абсолюта. Она проникает всё глубже в Брахман, распознаёт Атман ежесекундно и питается светом Абсолюта. Эта вивека более абстрактная, она не касается этого мира, она насыщается всё больше пониманием божественного, божественных тайн. Это даёт садху огромное вдохновение, огромную духовную силу, огромную харизму, огромную веру.

Такую вивеку можно уподобить внутреннему воину, который бежит по лесу сансары и охотится за зверем, ни на секунду не отставая, — или кладоискателю, который ищет клад, ни на секунду не уставая. Вивека, распознающая Атман, означает, что мы распознаём абсолютность, мы распознаём божественность — среди отношений, среди зримых объектов, среди языка, разговора, работы, среди всех объектов мы везде безупречно распознаём Абсолют, мы везде распознаём Бога, мы исследуем Бога за всем, что бы мы ни увидели. Мы заняты азартной игрой — охотой на Бога.

Мы едим прасад — нас не прасад интересует, нас интересует в этот момент Бог во вкусе прасада, Бог в образах на кухне: есть Он или нет? где Он здесь на кухне? — нам очень интересно, мы исследуем. Это и есть та вивека, которая отличает кухню, вкус, объекты от Бога и распознаёт божественную составляющую. Мы общаемся с другим человеком — и нам не столько другой человек интересен, нам Бог в этом человеке интересен, потому что сам по себе другой человек — это просто оболочки. А вот Бог в этом человеке чрезвычайно интересен. Распознать Его даже за какими-то проявлениями, противоречащими нашим представлениям, нашему эго. Так рождается чистое видение. Или мы гуляем среди домов и деревьев — нам ни дома, ни деревья не интересны, а распознать Бога — вот это вивека. Она связана с тем, что мы везде пытаемся распознать квантовый светоносный уровень реальности, божественность в камнях, в птицах, рыбах, в домах, в людях, деревьях, во вкусе, образе, запахе и звуке — это и есть интеграция.

Интеграция — это на самом деле великое отречение. Это не значит, что мы комфортно себя чувствуем, расслаблены и плывём вместе с течением данной ситуации — это, конечно, не есть настоящая интеграция. Настоящая интеграция — это великое отрешение. На фоне восприятия отрешение даже сложнее, чем в Гималаях. Это: я сижу, я всё вижу, но я как бы не здесь — я ищу Бога. Отрешение означает, что я вижу мир как иллюзию, мне безразличен мир, мне безразличны люди в плане их неведения — не в плане их божественной души. Божественная душа не безразлична, а мне безразлична мирская работа сознания, человеческая привязанность; у меня вайрагья (отрешение), мне интересен только Бог. Вот это интеграция: когда у меня есть колоссальная вайрагья, вот эту высвободившуюся энергию я направляю на исследование Бога. Вот это — внутренняя вивека, она везде и всегда распознаёт Атман.

И пока у нас нет естественного распознавания благодаря естественному созерцанию... Естественное созерцание — это инструмент для такой вивеки, для воспитания, для проникновения в Брахман, самый подходящий и самый естественный, тот, в котором пребывают боги, сиддхи и садху. Это инструмент, как микроскоп — инструмент, чтобы разглядывать бактерии, или телескоп — инструмент, чтобы разглядывать Солнце. Таким же образом садху создаёт и выращивает внутри себя инструмент — своё созерцательное присутствие. Созерцательное присутствие — это его инструмент для рассматривания Бога, для брахма-вичары. Через естественное присутствие мы рассматриваем Бога каждый миг. Садху должен потратить много времени, чтобы чётко определиться с этим инструментом, вырастить его внутри себя, а затем использовать по назначению.

Таковы два аспекта вивеки, о которой говорит Шанкара. Это к слову о том, что Шанкара называет мудростью.

Одно слово Шанкары — «мудрость» — мы должны понять: что оно означает, что такое джняна. Текст «Вивека Чудамани» целиком посвящён такой вивеке двух типов:

  • Вивека низшего типа — это относительное знание, относительная истина (самвритти-сатья). Она определяет наше поведение.
  • Вивека высшего типа — это вивека, направленная на абсолютную истину (парамартха-сатья). Она определяет наше воззрение.

Эти две формы распознающей мудрости — как два крыла.


Шлоки 2–8. Неведение, мудрость и природа Атмана

  1. Так как неведение и деятельность не противоположны друг другу, то одним только совершением добрых дел нельзя уничтожить неведение, но неведение уничтожается мудростью, как тьма разгоняется светом, когда удаляются облака.
  1. Истинная Реальность, окутанная неведением, после разрушения этой оболочки начинает светить своим собственным светом, подобно лучам солнца, когда исчезают облака.
  1. Подобно тому, как вода очищается прибавлением подходящего вещества, так само собой исчезает заблуждение, когда под воздействием мудрости просветляется омрачённая невежеством жизнь.
  1. Эта жизнь, как сон, наполнена любовью и ненавистью. Пока длится этот сон, он похож на действительность; но кто проснётся, тот познает, что это только сон.
  1. Как блеск жемчуга похож на серебро, так этот скоропреходящий мир похож на действительность; но он таков только до тех пор, пока не будет познано Вечное — единственная во всём сущность, которой нет подобной.
  1. В истинной сознанной Реальности, во все проникающем, вечно длящемся, всё наполняющем Атмане содержатся все проявляющиеся вещи, как в золоте содержатся все браслеты.
  1. Подобно эфиру Владыка чувств, излучающий, в различные образы одетый, кажется сам разделённым, так как одежды его разделены; но он познаётся Единым в своей чистоте, когда разрушаются эти оболочки.

Вивека как атрибут садху

Вивека — это атрибут сознания садху. Я слышал, как Бабаджи однажды сказал Радхи, когда она пыталась продлить визу в Непале, дав взятку чиновникам — обнаружили, что виза была незаконной, началось разбирательство — Бабаджи её отругал и сказал: «У тебя вивеки нет».

Вивека — это атрибут садху, который позволяет ему не запутываться в ситуациях этого мира и исследовать Абсолют. Относительная вивека даёт ясность: как не запутываться в своём уме, в своих желаниях, в своём гневе, вожделении, жадности, привязанности — ведь это всё энергии, и все души в них запутываются. Без вивеки невозможно не запутываться — ни в своей гордости, ни в чувстве делателя.

Вивека даёт возможность проявлять эти энергии, но оставаться для них недосягаемым, как бы играть ими. Всё это энергии — энергии души, тела, пран, они выходят из нас. Но когда они выходят из обычного человека, они становятся его верёвками, кандалами. Когда же они выходят из садху, он не запутывается в них благодаря вивеке: он может ими поиграть, но никогда не запутывается, потому что вивека даёт ему укоренение в том осознавании, которое тоньше энергий, — он с ними не отождествляется.

Поэтому садху не должен отождествляться с гневом. Если он отождествляется с гневом, гнев разрушит его духовную жизнь, и вместо чистых стран, райских миров, он столкнётся с нагами — кураторами ада, где они скажут:

«Мы знаем твою внутреннюю суть, мы давно наблюдаем за тобой, мы видели, что ты хочешь. Ты в самом деле хочешь жить в гневных мирах? Пожалуйста, приходи — у нас есть много кипящих котлов, много демонов с мечами, много острых деревьев, у нас целые миры, состоящие из гнева. Хочешь окунуться в них, испытать силу гнева?»

Все эти силы всегда внимательно наблюдают за сознанием садху. И когда садху касается какого-то мира, они ставят галочку: этот человек коснулся нашего мира, мы имеем право претендовать на его душу. Они напомнят ему не сейчас, пока он ещё силён, — а когда он будет слаб, когда его энергия осознавания ослабнет. Именно в этот момент они напомнят — или в бардо, или в иное время.

Если садху идёт на поводу у каких-либо энергий, если часть его души касается их, и у него нет вивеки — нет силы противостоять. Тогда такие существа говорят:

«Мы знаем, чего на самом деле хочет твоя душа. Ты хочешь к Освобождению, но мы считаем, что твоя душа хочет вот того. Так почему бы тебе не испытать это? Вот, пожалуйста: лока, тело — всё в твоём распоряжении».

Но если у садху есть вивека — это бесполезно. Меч ясности отсекает все эти энергии, он не отождествляется с ними, никакая энергия не производит в нём впечатления — ни своя, ни чужая, в его душе ничего не откликается. Он скажет:

«Демоны, вы не понимаете, что такое вивека. На самом деле я с этими энергиями вообще не отождествлён, я полностью безразличен к ним, у меня есть независящее наблюдающее сознание, поэтому нет смысла об этом даже разговаривать — я свободен от всего этого».

Поэтому они ничего не смогут садху сделать и неудовлетворёнными уходят искать другого.


Вайрагья и её тайна — преданность Богу

Другой аспект жизни садху — это вайрагья. Вайрагья означает быть отрешённым от всего на фоне восприятия — в этом заключается внутренняя аскеза. Если захотеть просто быть отрешённым без веры, без любви к Богу, без преданности — не получится. Свойство ума — привязываться, и как бы мы ни пытались усилием воли быть отрешёнными, если нет альтернативы, такое отрешение долго не простоит.

У настоящего отрешения есть тайна — и эта тайна есть преданность Богу, самоотдача Богу, безграничная любовь к Абсолюту. Вайрагья должна держаться на абсолютной вере, на тотальной преданности. Если у вайрагьи есть такая сердцевина — тогда она чего-то стоит. В противном случае вайрагья, основанная на воле, на небольшой санкальпе, на умственном понимании, на желании быть отречённым, — будет помогать до некоторого момента, а потом где-то не сработает, подведёт.

История о Кашьяпе и Аламбуше

Часто мы видим в историях о подвижниках и отшельниках: казалось бы, риши выполняет тапасью — и тут Индра говорит:

«Что-то этот отшельник много о себе думает, что-то он решил серьёзный тапас делать, как бы он тут к нам на небеса не попал и не изменил существующую расстановку сил. Давайте мы этого отшельника спустим с небес на землю пока».

И вызывает Аламбушу:

«Ну-ка, Аламбуша, иди станцуй ему приватный танец какой-нибудь».

Она говорит: «Что делать, но я боюсь проклятья отшельника». — «Не бойся, я всё устрою, проклятье тебя не коснётся. Ты обладаешь моха-сиддхи — затумань его разум так, что он даже не вспомнит о своей йогической силе и о том, что способен делать проклятья».

И она идёт. Кашьяпа, не обладая преданностью Богу — только поверхностной вайрагьей — теряет разум. Здесь не только вожделение было задействовано, но и моха-сиддхи — сиддхи обольщения, которыми владеют апсары. Он просто забывает себя: в привязанности, любви, вожделении, грёзах, фантазиях — она активировала в потоке его сознания слабую его часть.

Индра безупречно увидел это — ведь Индра есть метаразум, проникающий в разум каждого живого существа. Он может понять сильные и слабые стороны любого существа во вселенной, и он увидел, что слабость конкретно этого аскета — апсары, женские энергии, на фоне которых он потеряет преданность Богу и вивеку. И он не ошибся.

Аламбуша околдовала Кашьяпу, забрала его разум, забрала его санкальпы, силу обетов, силу клятв. Он как в каком-то опиумном бреду провёл двадцать лет — а когда очнулся, всё уже было потеряно: сиддхи утрачены, тапас растерян, прана в каналах исчезла, благословение божеств исчезло. Боги и божества отвернулись — зачем благословлять того, кто не в себе? Всё: он попал под чары апсары от Индры. Индра доволен — можно вычёркивать этого отшельника. Это как кандидат в президенты вселенной — он уже не конкурент.

Так Индра боялся, что своей огромной силой Кашьяпа внесёт раскол даже в сообщество богов — настолько нешуточную тапасью тот выполнял. Но стоило подействовать на слабые стороны — и он всё растерял.

Но если есть преданность Богу, то никакие слабые стороны сознания садху не будут действовать, потому что истинная вайрагья связана с тотальной самоотдачей, с тотальным подчинением души Богу, с тотальной преданностью, верой и любовью к Богу.

Если бы тогда у Кашьяпы была такая тотальная вера — что тогда? Небесная куртизанка сама стала бы молиться. Она бы поняла, какими глупостями занимается, зачем ей удовлетворять политические амбиции Индры, когда можно идти к Богу и самой стать великой святой, великим божеством — она сама могла бы стать Индрой, Брахмой, кем угодно, если бы пошла за тапасом Кашьяпы. Зачем ей накапливать такие кармы? Она бы вместе с Кашьяпой начала молиться, медитировать и практиковать. Но её сила победила силу Кашьяпы, потому что у него не было на тот момент такой силы веры и преданности.


Шлоки 9–25: Атман и его оболочки

  1. Различия форм, полов, имён и местожительства относятся к Атману подобно тому, как говорят: вкус и цвет этой воды различен от той, тогда как вода в своей чистоте везде одна и та же.
  1. Тело (стхула-шарира), которое вследствие накопления действий образовалось из пятерично смешанных элементов, есть место, в котором испытывается наслаждение и страдание.
  1. Тело мыслей (сукшма-шарира), будучи носителем пятеричного жизненного дыхания, чувства, души и десяти сил, составленных из несмешанных элементов, — это тело есть орудие для ощущения радости и горя.
  1. Из вечного необъяснимого неведения рождено небесное одеяние, причинное тело (карана-шарира), но Атман должен быть рассматриваем как нечто отдельное от этих одеяний.
  1. Атман, окутанный пятеричным покровом (Майей), кажется причастным природе этих одеяний, подобно тому, как кристалл на синем фоне кажется синим.
  1. Подобно тому, как веянием рис очищается от мякины, так разумом должен быть отличён истинный внутренний Атман от окружающих его оболочек.
  1. Хотя Атман и находится везде, но он не всегда проявляется в своём истинном свете. Пусть он светит в вашем чистом разуме, как свет отражается в чистом зеркале.
  1. Множественность и различия происходят благодаря телу, чувствам, душе, силам и природе. Атман, который (в нас самих) есть зритель этого бытия, найдёт вечного повелителя всего.
  1. Вследствие деятельности сил тем, кто не умеет различать, кажется, будто Атман деятелен, — как кажется, что месяц движется сквозь вечерние облака, пробегающие мимо него.
  1. Когда же наступает истинное самопознание, то обнаруживается, что тело, силы, чувства и рассудок движутся в своих собственных предметах, как люди при солнечном свете.
  1. Благодаря неведению свойства тела, силы, поступки и признаки относят к чистому незапятнанному Атману, — подобно этому бесцветное небо кажется лазоревым.
  1. Благодаря неведению (обману «бытия») деятельность духовных оболочек приписывают Атману; так кажется, что луна движется в воде, когда она отражается в волнующейся водяной поверхности.
  1. Страсти вожделения, похоти и страдания движутся в (чистой) душе, но в самой глубине нашей внутренней сущности — покой; движения эти принадлежат душе, а не Атману.
  1. Как сияние у солнца, прохлада у воды и жар у огня составляют их природу, так бытие, сознание, чувство блаженной радости, постоянное отсутствие пятен — такова природа Атмана.
  1. Когда принадлежащие Атману бытие (истина) и сознание оба соединены благодаря неведению (обману «я») с деятельностью разума, возникает представление: «Я знаю».
  1. В Атмане не происходит изменений. В нём нет знания посредством разума. Благодаря выступлению жизни как отдельного явления возникает заблуждение — представление одного «я», которое действует и познаёт.
  1. Принимают жизненную деятельность в Атмане за сам Атман; как верёвку принимают за змею — благодаря этому появляется страх.

Вивека и вичара: «Это не я»

Атман буквально переводится как «я сам», «самость», «это я сам». Отсутствие вивеки приводит к тому, что мы собственное «Я», свою самость, путаем с чем-либо. Например:

  • в теле, в энергии происходит гнев — а мы думаем: «я сам гневаюсь»;
  • в теле, в уме, в энергии происходит привязанность — мы думаем: «это я привязан»;
  • в теле, в уме происходит соперничество, зависть или гордость — мы думаем: «это я соперничаю или завидую»;
  • возникает раздражение — мы думаем: «это я раздражаюсь».

Вивека даёт иное ощущение: «Это не я гневаюсь, это не я горжусь, это не я испытываю привязанность или раздражение. Я не имею отношения к этим энергиям, к этому уму, к этим пранам. Да, это может проявляться, поскольку есть тело, есть праны, — но я к этому не имею никакого отношения. Я спокоен, чист, расслаблен и могу всё это наблюдать».

Устойчивость созерцания начинается с понимания: «Это не я, это не я сам, это какие-то проявления — но это не я. А раз это не я, то душевное равновесие не теряется, можно оставаться счастливым при любых обстоятельствах, ведь это не я всё. И таким же образом слова других, даже если они и раздражают меня, — это не ко мне. Это телу говорят, уму говорят, а это ведь не я, это всё не ко мне. Какие-то проблемы — да, они касаются тела, пран, ума, их надо решать, — но это не я».

Вот такое понимание — «это не я, а я по своей природе блаженен и свободен» — это вивека, краеугольный камень веданты. Раз не я — значит есть дистанция. А раз есть дистанция — значит моему сознанию есть место, где можно утвердиться, укорениться и расслабиться. Это как укрытие, безопасное прекрасное место, в котором я могу иметь настоящий дом, настоящее место пребывания. Всё остальное — это не истина, это не я, не связано со мной.

Привыкать так мыслить на уровне анализа, а затем — созерцательно: вот это результат вивеки и вайрагьи.

Когда же мы установились в том, что «это не я», и есть некое отдельное сознание — после этого начинается вичара: исследование этого отдельного сознания. Активируется вторая, внутренняя часть вивеки (парамартха), связанная с парамартха-сатья — с абсолютной истиной. Вичара, когда мы производим исследование этой внутренней части, отдельной от всего, активирует внутреннюю часть вивеки.

И тогда появляется другой вид распознавания, связанный с Богом: нам приятно думать о Боге, нам интересно думать о Боге, нам азартно думать о Боге — это самое интересное, что есть в жизни. У нас появляется вкус, мы начинаем понимать нюансы, аспекты, формы проявления Бога, Его игры, метафизические слои, Его проявления. У нас появляется различение — как можно увидеть Бога в любой ситуации, как можно Его распознать. И у нас корректируется смысл жизни, наша судьба: мы понимаем, что раз я соприкоснулся с такой глобальной энергией, бесконечной силой, бесконечным сознанием, то вся моя жизнь должна подчиниться этой энергии, связать себя с ней.

Не то чтобы подчиниться — вопрос даже не в подчинении, а в связи, в непрерывной связи. А когда такая связь наступает, покорение души Богу происходит само, потому что бессмысленно строить отношения как-то иначе. Когда муравей рядом с солнцем — какие отношения могут быть у муравья с солнцем? Муравей покоряется солнцу. Таким же образом, когда душа видит реальность Бога, Абсолюта, она понимает, что шансов каких-то других отношений просто не может быть. Не могут быть равные отношения — нет демократии у души и Бога. Самоотдача, покорение. Это результат вичары — исследования природы Бога.


Полная самоотдача и жизнь садху

Полная самоотдача означает, что душа непрерывно находится в Боге, и её задача — это:

  • прославлять Бога и служить Ему;
  • проводить Его волю;
  • восхвалять Его и поклоняться Его проводникам-носителям — садху;
  • почитать Его, памятовать Его;
  • шравана — читать о Нём, слушать о Нём, воспевать Его;
  • поклоняться тем, кто служит Ему;
  • видеть Его во всём.

Это другая культура жизни: когда ум занят божественной реальностью, он больше не занят слишком земной реальностью. Даже если он занимается земными делами, то занимается под видением божественной реальности — это уже не дела, это уже игры, это служение тому же Богу в проявленной форме, в форме Его энергий.

Тогда уже нет больше двух людей, выясняющих между собой отношения, — есть служители Бога, которые делают севу друг другу. Нет материальных проблем — есть различные лилы, различные подношения, и вся жизнь садху направлена на одно. Это результат вичары. Вичара всегда приводит к великой преданности и великой самоотдаче, великой погружённости в Брахма-ахам-бхаве.

Таким образом, атрибуты настоящего садху — это вичара, вивека, вайрагья. Поэтому если ум говорит: «Я садху» — сразу спрашивайте: «Ум, а вичара есть у тебя? А вивека есть? Как с вайрагьей?» — «Есть». — «Ну, всё нормально, значит я садху». И распознать любого садху можно именно по этому: вивека, вичара, вайрагья. Такой садху — где бы он ни был, чем бы ни занимался — не вовлечён в эти действия. Каждое его действие — это подношение Богу, это преданность Богу, это песнь преданности и любви к Богу, это лила, пребывание в лиле — в игре.


Шлоки 26–27: Атман как самосветящееся сознание

При познании же того, что «я» не есть жизнедеятельность, но высший Атман, страх исчезает.

  1. Сам Атман освещает разум и другие силы, как лампа — сосуд, в который она поставлена. Атман же не может быть освещаем этими вялыми силами.
  1. При самопознании познание чего-либо другого не имеет значения, так как познание Атмана есть самостоятельная сущность. Свет не нуждается, чтобы его освещал другой свет; он светит сам из себя.

Питание тонкого тела и причинного тела

Душа всегда питается чем-либо — так же, как питается ум и тело. Телу нужна материальная пища, иначе оно будет чахнуть. Прана тоже питается (энергетическое тело). Душа питается впечатлениями, концепциями, образами, разговорами, информацией, новостями. Тонкое тело питается образами в сновидениях. А вот причинное тело питается светом Атмана — и больше ничем.

Чем выше уровень садху, тем меньше ему нужно питания от различных внешних вещей. Тело имеет материальность, ему нужна материальная пища, но в плане ума, в плане души, садху не питается ничем, кроме света Атмана. Ему не нужна информация, не нужны разговоры, а если разговоры и есть — то только для помощи другим.

Сам по себе я не нуждаюсь в компании, но я постоянно в компании — но в компании какой? Тех, кто желает обучаться, получать помощь, получать наставления. Если такой компании нет, мне другой не надо. Это компания, связанная только с Богом, в другой компании садху не нуждается.

Чем выше уровень садху, тем меньше у него желаний и тем меньше ему нужно внешнего питания — он питается светом Абсолюта, самой внутренней энергией Бога.

Примеры святых, питающихся внутренним светом

Известно много святых, которые всю жизнь проводили в пещере или в келье, которые по тридцать лет не покидали комнаты своего монастыря. Среди буддийских монахов также есть такие примеры: один монах двадцать лет прожил, ни разу не выходя за пределы зала медитации и кухни, — и был при этом совершенно счастлив. Двадцать лет он не выходил за территорию монастыря, пребывая в величайшем счастье. Ему не нужно было смотреть по сторонам, разговаривать с гостями, следить за политическими событиями — он питался своим «Я».

Я также долгое время жил подобным образом. Сейчас я более активен, но в целом я стараюсь питаться только высшими аспектами божественного «Я» и не чувствую нужды ни в чём другом. Если бы я не проповедовал, я бы жил точно так же — это мой привычный образ жизни.

Опасность резких переходов и постепенность пути

Однако чтобы такое питание состоялось и чтобы не оказаться на голодном пайке, нельзя действовать резко. Если человек думает: «Я буду питаться светом высшего "Я"» — и разом лишает себя любой информации и общения, а свет высшего «Я» при этом ещё не получен в должной мере, то ум начинает хандрить, раздражаться, чувствовать нехватку питания и всё равно искать внешние источники.

В христианстве известно много историй о том, как начинающие послушники и молодые монахи брались за суровые аскезы: постились, умерщвляли плоть, надевали вериги, уходили в уединение. После этого у них происходили тяжёлые переживания, поднимались кармы, и ум словно сходил с цепи — так, что самих их едва не приходилось держать на цепи. Долгое время уходило на то, чтобы прийти в себя и восстановить душевное равновесие. Когда таким людям уже за сорок или за пятьдесят и равновесие наконец восстановлено, их спрашивают: «Вы ведь в юности носили вериги, постились?» — и они сердятся: «Бог не хочет этого». Они сердятся, потому что совершили ошибку в юности, получили за неё определённый негативный опыт и потратили долгое время на возвращение.

То же самое происходит и в других духовных традициях. Переход на духовное питание светом должен совершаться постепенно и очень мягко.

Признаки правильного перехода на духовное питание

Как понять, что переход происходит правильно?

  • Если вы способны усмирять свой ум в повседневной жизни, в общении, в севе, в служении, в послушании — это признак того, что вы переходите на такое питание.
  • Если вы способны длительное время жить дисциплинированной жизнью — это тоже признак.
  • Если ваш ум не желает излишних раздражений, лишней информации, исполнения мирских желаний — значит, вы привыкаете к такому питанию.

Это нужно делать очень аккуратно и очень постепенно. И когда вы станете полностью самодостаточными — это станет возможным.

Атман
Вивека
Брахман
Шанкарачарья
вайрагья
преданность
Джняна
неведение
вичара
Атма Бодха
divider
i
Этот материал доступен по подписке
Откройте для себя сотни часов эксклюзивных материалов, которые поддержат вас на пути духовного роста. Ваша подписка — это мгновенный доступ.
Ваша поддержка помогает распространять духовные знания на благо всех существ.
Статьи
Видья AI
Поиск
Лекции