Воззрение, медитация, поведение
Считается, что то, что мы почитаем, что мы уважаем, то и увеличивается в нашей жизни, чему мы поклоняемся, те черты мы и приобретаем. Это означает, если вы кланяетесь Гуру, то вы всё больше должны приобретать черты Гуру, но не физически, по крайней мере, внутри. Если вы кланяетесь Даттатрейе, то вы всё больше должны приобретать черты Даттатрейи, Шивы, то всё больше быть похожими на Шиву – это результат упасаны. В этом смысл йоги, ишта-девата-йоги – это аксиома тантры, веданты, всей Санатана Дхармы. Не так много людей это понимают даже среди практикующих, но принцип упасаны – уподобиться тому, чему ты поклоняешься. Такой принцип в «Йога-Васиштхе» описан: о чём ты думаешь, тем ты и становишься.
Что значит – всё больше становиться похожим на Гуру, похожим на Даттатрейю, похожим на Шиву? Это значит – всё больше утверждаться в том же воззрении, что и Гуру, в том же воззрении, что и Шива, и Даттатрейя – в недвойственном воззрении, привыкать к нему.
Природа истинного воззрения
Что значит воззрение? Очень часто многие совсем не понимают, что такое воззрение. Иногда под воззрением понимается философское мировоззрение, впитанное шастрами, концептуальное – это только частичка воззрения. Истинное воззрение – это не концептуальное, не философское.
Воззрение можно сравнить с верой, которая стала личным опытом, вот что такое воззрение. Допустим, где я бы ни шёл, я пребываю в воззрении, что это значит? Примерно у меня такое настроение: «Это всё иллюзия, а я блаженный Атман», – неважно, какую практику я делаю, занимаюсь я служением, мирскими делами, медитируя – это воззрение никогда не покидает, то есть я устойчив в воззрении. Я не только в него верю, а я его переживаю, то есть я соединился с ним полностью, поэтому я никогда не отвлекаюсь, какие бы я ни решал проблемы с монахами, с мирянами, какие-либо ещё, чем бы ни занимался, я устойчив в этом воззрении. Буду я смотреть кино, или есть, или быть в поезде, лететь в самолёте, я пребываю в этом воззрении устойчиво, рассуждать на мирские темы. Вот это воззрение – это главная часть моей души, тайная, секретная, внутренняя, не показываемая никому, только вам, и я в него глубоко и сильно верю, поскольку это испытано на опыте и подтверждено писаниями, множеством других, это сложилось очень давно и стало моим собственным состоянием.
В это воззрение входит не только одна махавакья «Брахма Сат Джагад Митхья», а также махавакья «Ахам Брахмасми» (я Брахман) – это тоже воззрение, все махавакьи, которые во время нитья-садханы практикуете, – это всё махавакьи воззрения, даже если вы забыли: «Так, что здесь вообще, кто я, где я», – вам говорят: «Брахман Сат Джагад Митхья, Тат Твам Аси, Айям Атма Брахма, Шивохам», – то есть воззрение означает на очень глубоком уровне, и во сне, и наяву, держаться определённого видения, верить в него всей душой, опираться, быть в нём всем сердцем. В воззрение также включены различные виды бхав, например, «Шивохам», отождествление с Даттатрейей, величие божества и так далее, всё это есть воззрение.
Формирование воззрения
Это можно сравнить с такими базовыми настройками программного обеспечения в компьютере на диске С. Мне так рассказывали монахи, я сам не разбираюсь вообще, но рассказывали, по слухам, на диске С в компьютере – базовые настройки, поэтому туда не надо лазить, чтобы не сбивать программное обеспечение. То же самое, у вас в душе базовые настройки – это воззрение, и воззрение формируется с помощью Символа веры, дикши (инициации), оно формируется не сразу, а годами, с помощью изучения текстов, сатсангов, слушания Гуру, анализа, размышления – всё это называется шравана и манана.
Если вы хорошо проделали шравану, то есть прослушали двенадцатилетний курс лекций по адвайта-веданте и глубоко осмыслили их, это становится постепенно вашим, вы не можете уже покинуть это, поскольку вы глубоко пережили, убедились, и оно стало вашей верой – всё это воззрение. Кроме этого, созерцание, когда воззрение зарождено, можно сказать, есть вера, то есть вы уже ни во что иное верить не будете, где бы вы ни были, кем бы вы ни были, во сне, наяву, даже в ад спуститесь, вы ни во что уже верить не будете, как бы не переживались энергии, какими бы ни были взаимоотношения. То есть если вы верите во что-то другое, значит, вы уже потеряли воззрение – это фатальная ошибка, это значит, стёрлось базовое программное обеспечение, и мы должны посвятить свою жизнь выработке этого программного обеспечения – это воззрение, в любых условиях, при любых обстоятельствах.
Воззрение включает в себя и веру, и философское мировоззрение, и самоидентификацию (самоидентичность), поскольку в адвайта-веданте вера, философское мировоззрение и персональная идентичность нераздельны. Можно понять философию, веру, сложно с персональной идентичностью всегда, потому что она всегда запаздывает. В двойственных религиях просто, мы не трогаем персональную идентичность, есть Бог, Аллах, Иегова, Авраам, я вам дал десять заповедей, вот вам скрижали, верьте и поклоняйтесь, и это понятно, философия тоже понятна, а вот как сделать веру и философию единой с личной идентичностью в адвайте – это большой вопрос. Когда мы делаем философию, веру единой с нашей личной идентичностью – это воззрение, и джняни – это тот, кто устойчив в воззрении, поэтому его называют – брахма-ништха (устойчивым в Брахмане), поэтому достичь устойчивости в воззрении, привыкнуть к воззрению – это наполовину достичь просветления.
Практика привыкания к воззрению
В ануттара-тантре, лайя-йоге практика заключается в привыкании к воззрению, то есть мы должны постепенно привыкать, как говорят: «Нелегко выдавливать из себя раба по капле», – и сансарный раб внутри нас в виде кармы очень глубоко укоренился, даже если мы хотим его из себя как-то исторгнуть, выдавить, он не спешит расставаться, этот раб – это эго (ахамкара), самскары, васаны с привязанностями. Воззрение устанавливает новую идентичность, поэтому если вы кланяетесь Гуру, вы должны знать, чему вы кланяетесь, вы кланяетесь воззрению, которое внутри Гуру есть. Или вы кланяетесь Даттатрейе, кланяетесь Шиве, вы кланяетесь их сознанию, которое пребывает в воззрении, в недвойственности. Это значит, что постепенно ваше сознание должно переплавляться под влиянием благословений и уподобляться такому же недвойственному воззрению, становиться всё более похожим. То есть годы идут, и в воззрении я всё более становлюсь похож на Гуру, на Даттатрейю, на Шиву, на Гуру Брахмананду, на всех святых древа Прибежища – это одно на самом деле, не бывает так, что у Гуру – одно воззрение, у Даттатрейи – другое, у Брахмананды – третье, у Шивы – четвёртое, это всё одна Гуру-парампара, это всё одно воззрение, не разное.
В ануттара-тантре практика заключается в том, чтобы привыкать к воззрению постепенно, и идентифицировать себя в самых глубинных настройках своей души с воззрением. Когда вы приобретаете такое воззрение естественным образом, реакции эго, кармические планы, планы перерождаться ещё на многие жизни тоже начинают меняться, а то, что ум строит коварные планы перерождаться в следующей жизни, будьте уверены, конечно, строит. Вы-то может не строите, и вы герой, йог, вира, никто не хочет считать себя пашу, минимум вира, и вы говорите: «Мокша в этой жизни, освобождение», – и Гуру говорит, шастры говорят, что надо не упустить свой шанс.
Но ум строит коварные планы, то есть за вашей спиной втихаря он собирается где-нибудь переродиться, пожить подольше, понаслаждаться духовной жизнью, но поскольку ещё его желание не исполнено, он что-нибудь там хочет, он может сказать так: «Ну, ты не спеши освобождаться, там ты успеешь – это же бесконечность, а смотри, ты вот то не прожил и это, и жизни не хватит, чтобы это прожить, и опыт не получил ещё, царём не побыл, царём небес не побыл, с апсарами не понаслаждался возвышенной любовью, опять же, славы не получил свою долю, ты достоин славы, магии тоже не получил, сиддхи ещё, не понаслаждался многими вещами», – и ум выстраивает такие коварные планы.
Мы должны обесценить эти планы ума, истощить его планы совершенным воззрением, и совершенное воззрение без сожаления все эти планы ума предаёт Богу, оно говорит: «Это всё не интересует, извините, не интересует». Это как на чёрном рынке вы проходите мимо, на чёрном рынке где-нибудь в Нижнем Новгороде, вам говорят: «Медали ВОВ, сорок пятого года интересуют? А вот это? Вам вообще это не интересно?». «Не интересует», – то есть, если вы так скажете своему уму силой воззрения, то ум постепенно перестанет строить свои коварные планы, всё это воззрение.
Созерцание как поддержка воззрения
Кроме этого есть созерцание, созерцание – это способ поддерживать воззрение с помощью особого направленного внимания на воззрение. Воззрение сродни вере, а созерцание сродни тому, что освещает эту веру и делает актуальной в данный момент, особый вид осознавания, поскольку воззрение, если не поддерживается осознаванием в данный миг, прямо сейчас, начинает тускнеть, забываться, отходить на второй план, и если вы отвлекаетесь, наверно, вы чувствовали, что когда вы разговариваете, увлеклись чем-то, вы в глубине сознания помните: «Да, Брахман Сат Джагат Митхья, я Шива, я Даттатрейя, я Брахман», – но куда-то это всё уходит. Потом, может, думаете: «Шива я или не Шива, может, я вообще не Шива, человек, Даттатрейя или не Даттатрейя, вообще ограниченное кармическое существо», – потому что у ума много своих отождествлений во внешнем мире и созерцательное присутствие, подобное небу, девается куда-то и мы забываемся быстро.
Очень легко посмотреть фильм, подумать о чём-то, впасть в эмоцию, обидеться на кого-то и всё это легко шатается, то есть наша идентичность очень слабая, и чтобы её поддерживать надо очень много опор: древо Прибежища, Гуру-йога, ишта-девата-йога, шастры, вы должны научиться сразу моментально вспоминать шастры, на любой вопрос вы не сами должны отвечать, не с помощью своего ума, пока ваш ум не очищен, а с помощью шастр.
Ваш ум что-то говорит, а вы говорите: «А вот «Йога-Васиштха» это говорит, Даттатрейя это говорит в «Трипура-рахасье», «Ишвара-гита» говорит это, Гуру говорит вот это», – то есть научиться вести дебаты со своим умом, со своим эго с помощью шастр. Созерцание – это то, что поддерживает наше воззрение непрерывной осознанностью и направленным вниманием, то, что не даёт сбиться вашему воззрению, потеряться в вашей собственной идентичности. Уподобляться во время упасаны ишта-девате, Гуру – это значит тоже применять такое же созерцание, то есть так же, как Гуру, быть в созерцании.
Поведение как проявление воззрения
Кроме этого есть поведение, поведение означает то, как воззрение и созерцание проявляются в жизни – это самая сложная часть учения, потому что даже опытные практики, научившись пребывать в воззрении, научившись до некоторой степени созерцанию, испытывают затруднения в поведении, потому что в поведении есть какой аспект, кто знает, да, энергия (шакти), а шакти здесь всегда есть такой фулл-контакт, прямое противостояние, прямое взаимодействие, вы не можете не заметить шакти, воззрение можно потерять и не заметить, в созерцании можно отвлечься и не заметить, а шакти вы не можете не заметить, она всегда на вас влияет, попробуйте, сядьте на доску с гвоздями и сделайте вид, что вы её не замечаете, есть такие садханы.
Поведение означает, как взаимодействовать с энергией (с шакти), поддерживая воззрение и созерцание, и как, играя с шакти, постепенно учиться развивать силы, чтобы эта шакти не выводила тебя из баланса, а чтобы она была твоей помощницей, очень сложно. Большее количество ошибок делается именно в поведении, при взаимодействии с шакти, потерь созерцаний и потерь воззрения, то есть во время взаимоотношений. Вы общаетесь с каким-нибудь человеком, у человека Раху, Кету и Сатурн, и просто в его присутствии вы не знаете почему, как говорят: «Что-то лезет», – вы со всей любовью внутри намасте делаете, а вот его поля так действуют, что делать – это проверка, шакти вас пытается зацепить за ваши слабые места, это общение.
При общении очень сложно удерживать то идеальное состояние, которое удерживается в ритрите, но если вы не научитесь этому, вы останетесь слабым садху, и при столкновении с шакти будете проигрывать, а столкновение с шакти будет всегда, то есть даже если вы убежите в самый дальний горный ритрит на всю жизнь, вы не убежите от шакти, она всё равно к вам придёт, она всё равно будет надавливать на ваши больные места, не через людей, так через духов, не через духов, так через питрисов, не через питрисов, так через мирских богов, всё равно, это проверено на сто процентов, и даже ещё с большей силой.
Все невыученные уроки, шакти будет цеплять ум до тех пор, пока вы не ответите правильно, она как такая методичная учительница, будет ставить двойки, задавать одни и те же вопросы, обязывать сдавать те же самые экзамены, пока вы не ответите правильно. Взаимодействуя с энергией (шакти) садху учится, как на первый план выводить воззрение и созерцание, взаимодействуя с шакти оставаться свободным, освобождённым. Именно поэтому очень важна монашеская сангха, важно общение правильное, важно правильное взаимодействие, важно научиться правильно взаимодействовать, и не просто ради этикета или не просто, чтобы стать хорошим психологом, понимать людей, хорошим дипломатом, быть гибким – это всё хорошо, но это всё не играет роли для освобождения, а в том, чтобы в таких связях в таких отношениях, во взаимоотношениях созерцание и воззрение не терялись, а поддерживались, и вы принимали правильные решения, в этом смысл общения садху, в жизни в сангхе, практики в сангхе, сотрудничества и совместного взаимодействия.
Принцип уподобления Гуру
Когда вы учитесь у Гуру, кланяетесь Гуру, вы стараетесь так же действовать, как Гуру, понимаете, во взаимоотношениях, во взаимодействии, а если не знаешь как, хотя бы можно спросить, – это тренировка, это практика. Если вы уподобляетесь, то воззрение, созерцание и поведение со временем пробуждаются тоже у вас, и тогда вы становитесь тем, кто осуществляет путь. Я точно знаю, если бы я был управляющим, я бы с любым махантом поладил легко, если бы я был послушником, я бы очень легко сошёлся характером с любым управляющим, никаких проблем и так далее, то есть в любом статусе, в любых отношениях, потому что я знаю, как убирать себя, я знаю, как работают люди, психологию отношений, как работает мандала, никаких проблем, если вы поняли принцип убирания себя и принцип взаимодействия, то вы понимаете весь секрет, он везде одинаков, и в мирских отношениях, и в духовных отношениях, он всегда один и тот же повторяется, вам не нужно изучать его много раз.
Если вы поняли принцип чистого видения, смирения, отбрасывания себя – это легко всё, то же самое, как можно уживаться с любым человеком, терпеть его, даже если он несносный, если вы поняли принцип убирания себя, смирения, чистого видения, и вы просто рассматриваете это как тренинг, везде тренинги, вы становитесь учеником шакти, и понимаете – это превосходный тренинг, вы даже радуетесь. Допустим, приехала группа практикующих, появился сосед какой-нибудь, который вообще несносный, и вы не страдаете, вы думаете: «О, отличный тренинг, сейчас проверим своё чистое видение, своё смирение, самайные отношения и свои Четыре бесконечных, заодно всё проверим». Это отличная возможность, потому что с хорошими людьми нельзя всё проверить, хорошие люди будут вести себя хорошо или так скажем, хорошо воспитанные люди с превосходными качествами, с превосходными манерами, не всё можно проверить, не всё, а в таких случаях можно проверить что-то более глубокое.
То же самое и со служением, с хорошим служением не всё можно проверить, которое не преодолевает нашу зону комфорта, то же самое – с условиями, в хороших условиях не всё можно проверить, узнать о себе, а условия, преодолевающие нашу зону комфорта, очень много нам могут показать, рассказать нам о нас самих, и поэтому, когда они происходят, надо их радостно воспринимать – это способ практики, всё воспринимать как способ практики. Если же мы забываемся, для чего мы, как садху, вступили на этот путь, мы не будем считать себя учениками шакти, не будем применять поведение, забудем, что это способ практики, будем что-то другое искать – это всё поведение.
Развитие качеств через Гуру-йогу
Со временем мы должны уподобляться Гуру, чтобы такие же качества у нас росли. Если проходит какое-то время, эти качества должны в нас проявляться, и мы должны задать себе вопрос — насколько они проявляются.
Ответственное служение может в нас проявить эти качества. Вы должны понять, как бы Гуру действовал, если бы он получил такое же служение. Я же должен стараться походить на него. Если я практикую Гуру-йогу, значит, мне надо те же качества проявить. Я не могу уже действовать иначе, надо стараться. Даже если нет качеств, я должен проявлять их — это есть Гуру-йога в поведении.
Ответственное служение означает возглавлять какую-то мандалу. Не очень ответственное служение, но требующее старания — это, например, возглавлять веник, тряпку. Принцип тот же самый.
Нидидхьясана в поведении — это проявленное воззрение и созерцание. Когда пройдут годы, вы почувствуете, что да, я уподобился, я изменился, я созерцаю, я поддерживаю превосходное воззрение, и я гибко, смиренно, чисто действую в поведении. Могу в поведении, при взаимодействии с шакти не терять ни созерцание, ни воззрение.
Это значит, ваша Гуру-йога удалась, ваша упасана удалась, ваш путь изменил вас в отличную сторону. Вы обрели какие-то частички просветлённых качеств и идёте дальше, чтобы их углублять и развивать. Поэтому, когда вы кланяетесь, вы должны знать, что это имеет долгосрочные последствия, благие последствия, разумеется — это всё принцип тантрийской упасаны.
Комментарий к тексту «Йога-Васиштха. Глава 6. Об освобождении»
Монашество, путь монаха
«Васиштха продолжил:
— О Рама, оставайся в спокойствии, как царь Багирата и как Шикхадваджа, откажись от всего мирского. Я расскажу тебе сказку о Шикхадвадже. Молю, слушай».
Отречение — это путь садху. Оставаться в спокойствии и отречении — это одно и то же, и в первую очередь здесь имеется в виду внутренняя тапасья (внутренняя аскеза). Как минимум, мы должны прилагать большие усилия, чтобы ум был всегда спокоен и отрешён.
Становясь монахами, мы принимаем восемь обетов, из них три главных:
- обет не обладать личным имуществом
- обет безбрачия
- обет служения Дхарме и послушание
Это обеты одинаковые для всех монашеских орденов мира вообще — католики, разные ордена монашеские христианские, буддийские.
Многие считают, что обладание имуществом — это счастье, радость, а садху считает, что это обременение, это майя Пракрити (материальной энергии). Это всё равно, что вам песком карманы набили, и песком обувь набили, и рюкзак ещё с песком дали — иди и беги к просветлению. Вот что такое имущество. Это то, что реально тянет, привязывает к сансаре, поэтому быть санньяси — это величайшее благо, величайшая мудрость.
То же самое — безбрачие. Когда люди живут в браке, то они подстраиваются друг под друга, они уже не думают о Боге, они Бога делят с кем-то ещё — как угодить Богу и как угодить супругу. Сложные взаимоотношения, плюс секс, плюс совместное ведение хозяйства, плюс переплетение всего, а также дети. Это очень сложно, как говорят: «Коготок увяз, всей птичке пропасть».
Что такое семейная жизнь — те миряне, которые ещё умудряются практиковать, вы должны их уважать, это герои, на самом деле. Я не знаю, как так можно вообще — это героизм. Тут монахи имеют большие сложности, а чтобы быть мирянином на фоне этого всего, представьте — надо ходить на работу, надо воспитывать детей, надо как-то заботиться о супруге и поддерживать всё это хозяйство, и ещё практиковать надо. Это очень сложно, настоящие герои, они достойны уважения. Поэтому в этом смысле монахи очень сильно облегчили себе жизнь.
Смирение и послушание означает, что мы учимся всегда и везде руководствоваться божественной волей. Для нас божественная воля выходит на первый план, мы не сами по себе, мы признаём власть Бога. Мирской человек может позволить себе не признавать власть Бога, до поры до времени, на словах. Реально-то он тоже следует власти Бога, он может вообразить себе, будто власти Бога нет, будто нет божественной воли и не надо следовать. Но мы прямо сразу её признаём и учимся с ней взаимодействовать. В процессе такого взаимодействия, наоборот, раскрывать свою волю, чистую, очищенную, становиться единым с божественной волей.
За двадцать лет, если монах практикует ежегодно по три месяца в ритрите, то он проводит где-то пять лет в ритритной практике только. За время ритритного правила, как оно есть в нашей традиции, примерно за двадцать четыре года он проводит около восьми лет в ритрите. Пусть потом кто-то скажет, что монашество — это бегство от жизни и так далее. Тот, кто говорит так, он должен столько же попрактиковать, тогда он будет героем. Монашество — это серьёзный выбор. Это выбор серьёзней которого нет, в первую очередь потому, что он связан с отрешением, тапасом, подчинением себя божественной воле и садханой, очень много садханы.
Другой вопрос, что не всегда мы готовы к этому выбору. Если кто не готов, не следует форсировать, ему надо в состоянии карма-санньяси очистить свою карму. Поскольку, если кто не готов, и будучи неготовым принимает монашеские обеты, он почувствует себя как человек, который взял большой кредит и который не может оплачивать.
Есть люди, которые берут ипотеку, покупают в кредит машину, а затем они теряют работу, а банк говорит: «Вы должны оплатить». Он говорит: «У меня нет работы сейчас, подождите». Банк говорит: «Ничего не знаю, платите». Он не может найти работу, заслуги кончились, деньги кончились, приходят коллекторы, начинают звонить, он меняет номер телефона, скрывается от них, они приходят, находят его и звонят, надоедают, потом уже начинают угрожать, а потом приходят, описывают имущество решением, судебные приставы забирают квартиру, машину, всё — ваш кредит аннулирован, ваше имущество перешло в пользу банка. Вот так современная система работает.
Когда монах становится монахом, он тоже своего рода берёт определённый кредит, получает дикши, принимает обеты, ему надо его отдавать потом постепенно, и надо брать так, чтобы отдавать, не переоценить свои силы. Как он отдаёт — служением, садханой, севой, работой над собой, усмирением ума, аскетичной жизнью более-менее, внутренней работой над собой, соблюдением монашеской этики. Тогда этот кредит выплачивается, и через некоторое время все монашеские принципы становятся его собственностью. То есть то, что ему не принадлежало, то, что он взял в кредит, стало теперь его собственной сущностью, стало его собственностью.
Это подобно тому, если банку выплатили весь кредит, то машина и квартира — всё ваше. То же самое, только у монахов вместо машин и квартир что? Освобождение — это очень большое такое имущество духовное, хотя бы качества, качества садху, превосходные воспитанные качества садху, мудрость и сила духовная. Их не было, но вы отдали этот кредит, и эти духовные вещи стали вашими собственными.
Но надо трудиться. В монашестве надо трудиться, не время расслабиться и только сказать: «Всё, я предаюсь на милость Бога», — потому что милость Бога ещё не осознана. В монашестве надо очень серьёзно трудиться, в первую очередь над самим собой каждый день, каждый день воспитывать эти качества, каждый день смотреть в свою душу, каждый день вспоминать свой выбор — для чего я пришёл в монахи.
Когда я поступил в военное училище, помню в шестнадцать лет на курсе молодого бойца в лесу на военно-морской базе, там всех строили, и выходил полковник или капитан первого ранга каждое утро, и громким голосом в микрофон тысяча триста человек, по-моему, абитуриентов-курсантов спрашивал: «Кто передумал поступать в Высшее военно-морское киевское политическое училище, выйти из строя на два шага», — и прямо колебание в умах реальное, потому что курс молодого бойца, кто служил в армии, то они знают, что это такое. Это время, где тебе объясняют, что ты не есть это тело — например, пятнадцать часов ходить по плацу или чистить картошку до пяти утра, а потом в шесть утра бежать на зарядку. И это не один день, а так методично каждый день такие игры. Многие думают: «Оно мне надо вообще, может, я ошибся, здесь так всё серьёзно».
Этот строгий полковник, и выбор сразу у людей, умы начинают шататься, и каждый раз, каждое утро, один-два человека сдаются, выходят, отсев — это естественный отбор психологический происходит. Такая система воспитания, что если ты сомневаешься, ты дрогнешь и уйдёшь просто, ты не готов делать тапасью, ты не готов, ты должен это признать, тебе не надо здесь быть, потому что это сложно для тебя, ты должен идти более простым путём. Стать мичманом, офицерская честь, офицерская сила не для тебя — вот такая психология, кшатрий, кшатрийский дух.
Монахи тоже до какой-то степени должны быть кшатриями в душе. Снаружи они должны быть как боги, а в душе не мешает быть кшатрием на начальной стадии, потому что кшатрий только может справиться с эго. Если вы будете как боги со своим эго, эго быстро возьмёт вас в оборот с мирскими желаниями и прочим. Кшатрий долго не разговаривает, он своему эго показывает кулак, он говорит: «Ты всё понял? Ну и всё, иди, не выпендривайся», — и уму то же самое. Он не пытается с ним долго много разговаривать, убеждать и прочее, он быстро с ним расправляется, потому что по-другому нельзя, пока не выработаны качества, нельзя с эго по-другому, эго — не друг.
В этом смысле ум может быть и другом, и врагом в зависимости от ситуации. Ум может предавать так же, как и служить, он такой, пока не воспитан, не обрёл преданность, он тоже может быть таким переменчивым. Его легко перевербовать, он шпионом может быть.
Здесь такие кшатрийские качества монахам нужны по самовоспитанию, чтобы самовоспитание произошло — это и есть спокойствие и отрешённость, которые надо воспитать.
7 стадий просветления
Тогда из каништха-адхикари, из сосуда низшего уровня, начального уровня вы становитесь мадхьяма-адхикари. Адхикари — это достойный сосуд, достойный кандидат для обучения. Вначале мы все каништхи, но в процессе воспитания, в процессе внутреннего перебарывания, садханы мы становимся мадхьяма-адхикари. Мадхьяма означает средний, мы уже не начальный сосуд, не низший уровень, а вполне себе нормальный.
Есть ещё уттама. Уттама — это наивысший, это святые, джняни, сиддхи и просветлённые, это сосуды высшего класса, которыми нам предстоит стать. Но дойти до мадхьяма-адхикари вполне возможно за двенадцать лет. Когда вы сдаёте на четвёртую ступень, обретаете третью землю мудрости, вы вполне себе можете быть мадхьяма-адхикари, то есть сосудом среднего класса.
Мадхьяма-адхикари может стать уттама-адхикари. Уттама-адхикари — это садху с совершенными, наивысшими, превосходными качествами, который получает право на освобождение и просветление. Чтобы стать уттама-адхикари надо очень много очищать свой ум, очень много смирения, очень много веры, преданности, садханы, созерцания из состояния мадхьямы делать.
Уттама-адхикари начинается от стадии рождения, созерцательной стадии, от пятой земли мудрости — это всё уттама-адхикари. Мадхьяма-адхикари начинается от стадии зачатия, даже может быть немножко на стадии передачи начинается, но в общем, стадия зачатия — это стадия мадхьяма-адхикари. Мадхьяма-адхикари начинается от третьей земли мудрости, а всё, что ниже, это каништха-адхикари. Первая-вторая земля мудрости и стадии до зачатия — это всё начало, каништха-адхикари.
Каништха-адхикари имеют больше всего внешних сложностей — трудно контролировать желания, трудно контролировать эго, трудно контролировать ум, заниматься концентрацией, простыми такими вещами, в этике или отношениях сложности. Всё это проблемы каништх — у каништх свои проблемы: простые, мирские желания, сексуальные желания, привязанности, эго во взаимоотношениях, отсутствие аскетизма, сложность в концентрации ума, сложность понимания текстов — проблемы каништх.
У мадхьяма — совсем другие проблемы, вообще другие проблемы, потому что они воспитали в себе эти качества, но у них тоже есть свои сложности. Какие, например — младших воспитывать сложно, не могу найти к их сердцу ключик. Это проблемы, но уже не с ними, а с теми, кто находится под их опекой. Миссионерскую работу вести непросто, надо думать, большая ответственность. В самадхи не могу войти, в ритрите мог, а вот вышел и каналы загрязнились, не могу — проблема, тоже проблема. Это всё проблемы мадхьяма-адхикари. Созерцательное присутствие, медитация, понижается в движении — медитация сидя превосходная, а по выходу из ритрита понижается, не могу поддерживать — другого уровня проблемы.
У уттама-адхикари тоже есть свои проблемы, нельзя сказать, что это абсолютно безоблачное состояние, это вообще другого плана проблемы. Например, не могу спасти человечество, или давно с Даттатрейей не общался, не является что-то уже целый год, раньше свободно беседовал, сейчас какие-то энергии пошли, не хочет здесь быть, призываю его, призываю, призываю — то есть другие проблемы. Или турья осознаётся как-то слабо вообще, раньше был на уровне джагадананда, а теперь самые какие-то первые два доступны только, а выше какие-то силы над землёй сгустились — это проблемы уттама-адхикари.
Можно сказать, это и не проблемы вовсе, как говорят: «У кого-то суп жидкий, у кого-то бриллианты мелкие», — примерно того же плана, но это тоже разные задачи перед живыми существами на уровне каништха, на уровне мадхьяма, на уровне уттама. Не могу в тонком мире дакини какую-то усмирить уже, сильная очень попалась, преображаться надо в силовые формы Даттатрейи, сделать её преданной Дхарме тоже, чтобы помогала, чтобы благословляла, не мешала.
В процессе этой духовной жизни мы вырабатываем в себе качества, идём от каништха к мадхьяма, от мадхьяма — к уттама.
Основа, путь и плод
«Жили однажды двое влюблённых, которые переродились позднее из-за своей божественной любви друг к другу.
Рама спросил:
— О мудрый, как это возможно, что супруги снова рождаются и становятся опять супругами?Васиштха ответил:
— Такова тонкая природа мирового порядка, О Рама. Некоторые вещи появляются во множестве и потом снова появляются также. Другие рождаются сейчас, хотя раньше никогда не были, или, будучи сейчас, не рождаются никогда более. Другие появляются каждый раз в той же форме, как и были ранее. Это подобно волнам в океане — среди них есть похожие, и есть не похожие. В царстве Малва жил король по имени Шикхадваджа. Он обладал всеми признаками царского величия, был благороден, добродетелен, смел и учтив. Он рано потерял отца, с молодого возраста он смог утвердить независимость и правил королевством с помощью своих преданных министров.Началась весна, в воздухе витали романтические запахи. Молодой царь начал мечтать о супруге. День и ночь его сердце страдало. Мудрые министры поняли состояние царя. Они отправились в царство Саурастра, чтобы просить для царя руки принцессы. Скоро король Шикхадваджа женился на Чудале. Шикхадваджа и Чудала настолько любили друг друга, что казались единым существом в двух телах. У них было множество общих интересов, и они вместе развлекались в прекрасных садах. Как солнце посылает на землю свои лучи, чтобы развернулся цветок лотоса, так царь светился любовью к своей жене и пытался всячески доставить ей удовольствие».
В монашестве монахи не мечтают о супругах. Здесь модель поведения примерно, как в том рассказе про дзенскую монахиню, когда она пришла в монастырь, и кто-то из молодых монахов или послушников в неё влюбился, начал тайком писать ей записочки. Тогда она взяла раскалённую кочергу и приложила её к лицу, лицо стало обезображенным и она сказала: «Ну, теперь отлично, теперь никто не будет больше мне докучать, я сюда пришла, чтобы достичь освобождения, а не для того, чтобы искать отношений».
Таким же образом в монашестве мы не ищем отношений мирских, с Богом — да, ищем отношений, с Гуру-парампарой — ищем, правильные отношения с Гуру, Дхармой, сангхой, но мирских никогда не ищем.
Тот, кто ищет мирские отношения, значит, он что-то не понимает, значит, он в чём-то фундаментально заблуждается в монашестве. Если это карма-санньяси — это нормально, потому что карма-санньяса, грихастха-ашрам, карма-санньяса-ашрам предназначен для этого именно, для того, чтобы через отношения как-то строить семейную жизнь, идти к Богу — это нормально. Но когда санньяса-ашрам, то мы не ищем отношений, кроме отношений с Богом, и здесь должна быть строгость.
Разумеется, мы всё равно строим отношения, но эти отношения как брат-сестра, старший-младший, ровно, Четыре бесконечных, монашеская этика, культура и всё, ничего лишнего. Это очень важно — поддерживать правильные отношения, если вы ошибётесь в отношениях, то это может испортить вашу монашескую духовную жизнь, вашу монашескую карьеру, ваш духовный путь, сбить вас с траектории, тогда вы подумаете: «Я столько оставил, пришёл в монашество и зачем?» — для санньяса-ашрама это очень важно, то есть санньяси не надеется на отношения.
Санньяси отсекает мысль об отношениях, любые мысли, кроме отношений с Богом, Гуру-парампарой, Даттатрейей, ишта-деватой, он один на один строит отношения с Богом, ему надо следовать монашеской иерархии, уважать старших, дружить с равными и сострадать, помогать младшим — вот и все его отношения, поддерживать чистое видение, Четыре бесконечных, всё очень просто, простая схема этики.
«Они делились знаниями и мудростью и таким образом они оба стали весьма продвинутыми во всех отраслях знания. Каждый цвёл в свете сердца другого. Воистину, казалось, что сам Вишну со своей половиной спустился на землю для выполнения специального предназначения!
Васиштха продолжил:
Так Шикхадваджа и Чудала наслаждались друг другом много лет, без единого неприятного момента, но никто не может предотвратить ход времени. Жизнь появляется и пропадает, как фокус жонглёра. Удовольствие, к которому стремишься, пролетает мимо, как стрела, спущенная с тетивы».
Весь грихастха-ашрам, все сансарные отношения вне ашрамов, все они построены на неведении, на желании наслаждаться друг другом, с точки зрения мирской жизни — это нормально, но с точки зрения дхармы — это невежество, поскольку наслаждаться безопасно и длительное время сансарными энергиями невозможно, рано или поздно они разрушаются. Когда они разрушаются, то и наслаждение сменяется страданиями, и потерянное время, и всё это бесполезно, и человек оказывается в роли старухи у разбитого корыта, поэтому садху приучает себя, ограничивает наслаждения, не стремится к внешним, материальным наслаждениям.
Это с самого начала с послушничества воспитывают, и когда становятся монахом, когда он распоряжается монашеской собственностью, учит других, это у него встроено видение, как началось, так должно всю жизнь быть. Садху старается наслаждаться Богом и только Богом, не материальными вещами, другими людьми, связями, отношениями и прочим, садху отрешается от таких наслаждений, особенно это важно в служении, когда мы хотим наслаждаться каким-то служением, — это неправильная позиция, то есть в принципе заблуждение, неведение.
Принцип служения в монашестве
Нам надо наслаждаться не конкретным служением, которое нам нравится, а наоборот, учиться наслаждаться тем служением, которое нам не нравится. Часто раньше, когда у нас человек приходил с каким-то сформированным опытом, ему давалось служение не то, которое он привык делать, а совершенно другое, потому что, если есть человек, который наслаждается каким-то видом служения, он перенесёт принцип наслаждения и в монашескую жизнь, а этого никогда делать не следует.
Наслаждаться надо не конкретным самим служением, а тем, что мы служим Богу независимо, какое служение, понимаете разницу — это способ прийти к единому «вкусу». Например, художник наслаждается живописью, но в таком случае художнику хорошо научиться класть кирпичи, но есть тот, кто наслаждается кладкой кирпичей, и тогда ему хорошо в таком случае освоить живопись или скульптуру, и наслаждаться самим фактом послушания, самим фактом служения, отбрасывая себя через это, то есть личные предпочтения в служении в монашеской жизни — это неправильно.
В жизни карма-санньяси, наоборот, это нормально, поскольку, жизнь основана на этом и хорошо, когда личные предпочтения совпадают со служением, тогда человек, делает на энтузиазме, на личных самскарах, он может много чего добиться, да, но монахи делают по-другому, они делают это не на личных самскарах, не на личных предпочтениях, а на самоотдаче, на служении — это гораздо более широкое видение. Это значит, что я могу сформировать нужные самскары за короткое время для любого служения, я универсален, я не ограничен вообще в принципе служения, я не ограничен своими собственными тенденциями и самскарами, я могу их формировать силой намерения, я могу проявляться как угодно. Для меня принцип самоотдачи в служении, сам факт служения важнее, всё равно, что делать, единый «вкус» действия, картритва-буддхи, карма, карта (делатель) не властны надо мной, всё равно что делать. Единый «вкус» действия — вот что такое принцип служения, когда мы не наслаждаемся собственными самскарами. Сангха позволяет реализовать это, мир не позволяет это реализовать, поэтому она очень ценна в этом смысле, поэтому у монахов есть принцип — не выбирать служение, очень важный принцип.
Начало атма-вичары
«Страдания преследуют разум, как гиены умирающее животное. «Достигнув чего в этом мире, разум не будет более страдать?», — раздумывая таким образом, царская чета начала изучать духовные тексты. Они пришли к заключению, что только самоосознание даёт возможность преодолеть страдания и посвятили этому всё свое сердце и душу. Они обратились к мудрецам, пребывающим в само осознании и поклонялись им. Они постоянно рассуждали о само осознании и стремились пробудить его друг в друге.
Постоянно раздумывая о методах самопознания, царица мыслила думала таким образом: «Я сейчас вижу себя и вопрошаю «кто я есть?», как может возникнуть невежество и заблуждение? Несомненно, физическое тело инертно и, конечно, оно не является мной. Оно ощущается только из-за движения мысли в уме. Органы действия — только части тела и потому они тоже инертны. Органы чувств инертны, потому что они зависят от ума, чтобы они функционировали нужен ум. Я считаю, что даже ум инертен, он думает и придерживается различных понятий, но его заставляет так действовать разум, который является главенствующим».
Итак, после изучения писаний йогин должен приступать к постоянной вичаре, вичара должна стать его сущностью. Вичара означает радикальную смену восприятия с бахир-вичары, когда ум исследует внешний мир, а любой развитый мирской ум повёрнут наружу и выполняет бахир-вичару (исследование внешнего мира), он поворачивается на атма-вичару, на внутреннее, более тонкое самоисследование. Считается, для того, чтобы повернуть ум по-настоящему в сторону атма-вичары, ум должен испытать внешний материальный опыт, достаточно познать материальный мир, чтобы быть достаточно от него отрешённым, повидать жизнь.
Одна муха попала в туалет авиалайнера (самолёта), и он летел Москва-Берлин, Берлин-Париж, Париж-Лос-Анжелес и обратно, и две недели она сидела в этом туалете, перелетала из одного в другой, в третий город. Наконец, когда он прилетел обратно в Москву, она вылетела, встретилась с другими мухами и рассказала: «Ну, я-то жизнь повидала», — но при этом она никуда не вылетала, она всё время была в одном и том же месте на самом деле.
Атма-вичара означает, что садху достаточно повидал мир, чтобы в нём разочароваться, разочарование в сансаре, разочарование только во внешнем исследовании мира, неудовлетворённость внешними отношениями, связями заставляет ум повернуться к атма-вичаре и начать такое внутреннее самоисследование. Для внутреннего самоисследования мы должны запастись силой веры, в «Гандхарва-тантре» так написано: «Неверие — великий недостаток, вера — причина совершенства», — царица как раз пришла к этой стадии.
«Но даже этот разум инертен, потому что он направляется чувством эго, и даже чувство эго инертно, потому что оно только воображается индивидуальным сознанием, как привидение воображается маленьким ребёнком. Индивидуальное сознание — это чистое сознание, будто бы окутанное жизненной силой, оно обитает в сердце. Я осознала, что это — чистое высшее сознание, существующее как индивидуализированное сознание, потому что оно осознаёт себя как собственный объект. Этот объект несознателен и нереален, и из-за того, что собственная сущность идентифицирует себя с этим объектом, она забывает свою сущность сознания».
Атма-вичара означает, что методом панча-коши-вивеки, методом самоисследования «кто я», мы должны обнаружить чистое сознание, пустоту как свою основу. Пусть это будет не глубокая пустота, но когда мы её обнаруживаем, мы понимаем кое-какие истины, например, то, что моё «я» не находится в физическом теле, в грубом теле, в грубом физическом мире. Меня нет также в астральном теле и в астральном мире — это энергии, оболочки, которые действуют по своим законам просто. Меня нет в ментальном теле, в ментальном мире, в самых тонких райях, в самых тонких оболочках астрального мира моё «я» также не находит Прибежища.
Затем начинается причинный мир, ещё более тонкий, и там настоящая атма-вичара немного уже начинает расплываться, поскольку требуется ещё более тонкая вивека, чтобы отделить причинное тело от «я», от Атмана. Атма-вичара и панча-коша-вивека, метод Шанкарачарьи, данный нам в традиции, взаимосвязаны. Атма-вичара должна пронзить пять оболочек, привести нас к состоянию Атмана, к состоянию турьи, тончайшего, чистого, недвойственного сознания.
Когда мы обнаружили, что «я» нет в грубом, физическом мире, «я» нет в тонком мире, «я» нет в энергетическом теле, «я» нет в ментальном мире, мы отрешаемся от этих миров, и они больше не имеют над нами власти, они нам неинтересны, при этом не следует их отвергать, поскольку действовать нам всё равно в них придётся, и они должны быть использованы, потому что мы не можем отвергнуть свои оболочки буквально, например, вытащить своё астральное тело, энергетическое и выбросить его куда-то — это наш инструмент на пути освобождения, мы должны знать, как правильно жить в тонком теле, в энергетическом, физическом. Но больше мы с ними не отождествляемся, и мы способны отделять своё тонкое сознание, жить независимо от них, наблюдать эти состояния и пытаться постепенно управлять.
Достижение просветления
«Потому что такова сущность сознания — чем оно считает себя, будь это реальным или воображаемым, тем оно и становится, как бы оставляя при этом свою сущность, поэтому, хотя мое «я» является чистым сознанием, оно воображает себя несознательным и нереальным из-за своего восприятия объектов». Размышляя таким образом довольно долго, Чудала достигла просветления.
Васиштха продолжил:
— Обрадованная этим осознанием, царица воскликнула: «В конце концов я достигла того, чего стоит достичь. Теперь это невозможно потерять. Даже разум и чувства — это только отражения сознания, хотя они нереальны вне зависимости от сознания».
Достижение просветления начинается примерно с четвёртой земли мудрости по семи землям мудрости, со стадии рождения по стадиям шестнадцати кала, с переживания пятой дхьяны и выше. Это означает, что вы способны войти в причинное тело, и ваша идентичность, ваше сознание, вошедшее в причинное тело, меняет вашу идентичность, меняет ваше видение, вы способны войти в недвойственное видение, воспринять из причинного тела измерение турья, и затем привнести измерение турья в бодрствование, в сон со сновидениями и следует хорошо изучить таблицу, где описаны шестнадцать стадий сознания, то есть турья, джаграт, свапна, сушупти и их разделение на четыре, и понять, какие из этих сознаний осознаны мной, а какие — не осознаны.
Полное просветление означает, что все шестнадцать квадратиков должны быть заштрихованы полностью, и мы начинаем с того, что нам доступно сознание джаграт, джаграт-джаграт, бодрствование-бодрствование, одно из шестнадцати, может быть два из шестнадцати. Мы же говорим о том, чтобы полностью залить светом осознавания все шестнадцать квадратиков, то есть четыре уровня бодрствования, четыре уровня сна со сновидениями, четыре уровня сна без сновидений, четыре уровня турья — это очень большая работа на самом деле.
Закрыть их все даже для великих святых — не так это просто, и когда мы их закрыли все, мы утвердились, очистили означает, что везде реализовано состояние турья, все шестнадцать пропитаны состоянием турья, все они остаются на своих местах, но состояние турья присутствует, оно выведено на первый план. Тогда начинается углубление турьи, у турьи есть восемь состояний выше него, это называется — турьятита, описанные, например, в «Сваччханда-тантре» и других, и углубление восьми состояний турья — это практика, идущая уже после просветления.
Чудала достигла начального уровня просветления благодаря манане и нидидхьясане. Такое просветление достигается благодаря очищению ума, самоотдачей, самоузнаванием. Самоотдача означает, что мы переносим фокус своего внимания в измерение турья, предаёмся ему, игнорируя все наши ограничения, цепляния, надежды, амбиции и привязанности, потому что надежды, амбиции и привязанности находятся в низших состояниях. Где находятся наши цепляния? В состоянии свапна, в тонком теле, какие-то — в джаграт, например, в бодрствовании кто-то может быть привязан к своей жене, а во сне он о ней может даже не вспомнить, все привязанность ушла, то есть в джаграт привязанность есть, а в свапна — уже нет, или амбиции какие-то, зависть, кто-то может считать своих врагов — всё это в джаграт, а во сне, в глубоком сне без сновидений ничего нет, ни врагов, ни друзей, ни зависти, всё это исчезает, стоит перейти только в другое состояние сознания.
Наоборот, у кого-то в подсознании, в свапна, в состоянии сновидений есть какие-то тонкие привязанности, и в бодрствовании он не чувствует их, потому что бодрствование заполняет его ум, но стоит ему войти в подсознание, как они активируются, какие-то клеши скрытые, может быть, или какие-то кармы во сне, часто снятся одни и те же сны, потому что слой бодрствования уходит, а тенденции тонкого тела могут возобладать. Например, человек держит брахмачарью наяву, а во сне куда-то его налево тянет, наяву он может всё хорошо контролировать, потому что джаграт дает контроль, но сознательного контроля обетов нет во сне, он не помнит, и возникают разные искушающие сновидения. Но когда он переходит в сон без сновидений, снова ничего нет во сне без сновидений, просто нет ни образов, ни тенденций — чистое сознание. Турья означает, что мы возвысились над всеми этими тенденциями, мы стали выше них, обнаружили чистейшее тонкое сознание и отдались ему.
Самоотдача осуществляется в бодрствовании сначала. Самоотдача связана с состоянием джаграт-турья или, как минимум, джаграт-сушупти, она означает, что где бы что бы то ни было, мы воспринимаем Бога через наше причинное тело или через Атман, и всё, что ни есть, связываем с ним, сразу прыгаем в это состояние, полагаемся на него безусловно. Самоотдача — это способ активировать состояние джаграт-сушупти или джаграт-турья, поэтому йог, который предан Богу, живёт в самоотдаче, он всегда счастлив, потому что он живёт в причинном теле наяву, он находится в физическом теле, но его сознание живёт в причинном теле, а причинное тело — это анандамайя-коша (оболочка блаженства), всегда в блаженстве, он никогда не страдает за счёт самоотдачи.
«Существует только это высшее сознание. Это есть высшая истина, незагрязнённая никакой грязью, всегда в состоянии совершенного равновесия и лишённая чувства эго».


