24 января 2022 года
«Я» и «Это» в Высших Измерениях
Ценность учения и кармическая связь
Когда вы делаете поклоны, это указывает на то, что вы уважаете учение и понимаете его ценность. Когда вы цените учение должным образом, оно вас благословляет — это признак того, что у вас с ним кармическая связь, что вы через него можете идти по пути освобождения. Многие люди изучают учения, слушают их, но не могут их оценить. Если бы они ценили, они бы делали то же самое. Если они не могут оценить учение должным образом, это значит, что связь между ними ещё слаба. Это подобно тому, как если бы вы смотрели на бриллиант, но сомневались — бриллиант это или стекло.
Считается, что изучать учение и получать передачу нужно именно в состоянии уважения и ценения учения — тогда оно для тебя благословенно. Простирания, подношения — это всё выражение понимания ценности учения. Поэтому учителя и святые в древности, прежде чем передавать учение, должны были убедиться в понимании учеником его ценности: что это нечто очень важное для нашей жизни, для нашей судьбы, для нашего счастья.
«Йога Васиштха», глава шестая «Об Освобождении». История о Манке
«Если ты не поднимешь себя из этого болота удовольствий, ты не сможешь найти никакого другого лекарства. Невежественный человек, погрязший в удовольствиях, ожидает горестей и невезения. Как сила взрослого человека уже проявляется в энергии детства, полнота совершенства (нирвана) начинается с эффективности самодисциплины или отказа от погони за удовольствиями».
Чувственные удовольствия и путь освобождения
Что такое удовольствие? Удовольствие человек получает, когда реализует существующие васаны и самскары — это энергия, к которой он привязан. Когда он привычно контактирует с этой энергией, он чувствует удовольствие, как будто действует согласно некой своей старой природе. Однако эти удовольствия связаны с телом, умом, праной, органами чувств, поэтому их называют чувственными удовольствиями — то есть удовольствиями, приходящими через карма-индрии, через органы чувств. Все люди поглощены именно стремлением получать не трансцендентные удовольствия, а чувственные. Однако путь получения последних без поиска трансцендентных удовольствий — это путь в западню сансары, путь в никуда, путь к страданиям. Поскольку инертность и тенденции ума очень сильны, живому существу ничего не поделать. Только когда у него созревает саттва, ясность, и появляется много заслуг, оно начинает стремиться к освобождению и отворачиваться от привычных удовольствий.
Наверное, вы пробовали кормить собаку и замечали, что вы ещё не налили суп, не положили всё — вы хотели так красиво всё сделать, — но она прибегает, тычется мордой и мешает вам, всё разбрызгивает. Вы не можете нормально покормить собаку, потому что её невозможно отогнать: она очень сильно стремится к удовольствиям. Бесполезно стараться — она выбивает миску из рук, и вы уже думаете: «Ладно, ешь как хочешь». Настолько сильная тяга, такие сильные васаны, что нет самоосознания. Только сильно дрессированная собака может не принимать еду от чужих рук, терпеть, есть по команде — это результат очень сильной дрессировки человеком. Обычной собаке бесполезно это говорить: она просто теряет, забывает себя. Вся её энергия движет ею, её субъектность, её собачья воля, собачья этика (у них тоже есть какие-то понимания) — всё в этот момент отключается. Остаётся лишь энергия: съесть, насытиться, получить удовольствие. Это пример тяги к чувственным удовольствиям.
С человеком немного получше, но в принципе механизм одинаковый. Есть очень сильная тяга к чувственным удовольствиям, поэтому очень сложно идти по пути освобождения — ведь это предполагает разворот от чувственных удовольствий к трансцендентным. Сами по себе чувственные удовольствия подобны болоту, в котором ты погрязаешь. Задача — вырывать свою субъективность из подверженности чувственным удовольствиям.
Путь ануттара-тантры: трансцендентное осознавание как доминирующий фон
При этом важно понять, что учение ануттара-тантры не предполагает запрет на переживание чувств и блаженства от чувств: видимого, слышимого, обоняемого, осязаемого и так далее. Оно даёт запрет на бессознательное переживание — когда нет трансцендентного удовольствия как главного фона. Есть традиции, которые говорят: «Не смотри, не слушай, не обоняй — вообще отдели себя от всего этого, концентрируйся, занимайся раджа-йогой, входи в самадхи, максимально дистанцируйся».
Учение ануттара-тантры предполагает, что мы можем смотреть, слушать, обонять, осязать, вкушать и делать это даже путём практики — но не по модели чувственных удовольствий, а так, чтобы трансцендентное осознавание стало доминирующим фоном. Мы должны воспитать трансцендентное осознавание, которое будет доминирующим фоном на фоне работы органов чувств. Тогда органы чувств усмиряются, чувственное удовольствие как таковое меняет свой вектор: оно очищается, и органы чувств перестают закабалять душу. Вместо этого мы используем энергию органов чувств как движущую силу к просветлению.
Это значит, что мы можем через зрение, созерцая, интегрироваться и получать от зримых объектов благодать, силу просветления, импульс Ануграха-шакти, извлекать саманья- и вишеша-спанду, говоря философским языком. То же самое — извлекать её из звука, из обоняния, из запаха, из всего спектра чувств, которые мы переживаем. При двух условиях:
- во-первых, мы вырастили субъективную компоненту сознания, которая стала доминировать над чувствами;
- во-вторых, мы применяем чувства очень дисциплинированно, очень сдержанно, знаем, как их применять, и можем регулировать это полностью под йогическим контролем.
Например, мы можем видеть, но видим через созерцание, через санкальпу — тогда зримые объекты дают импульс Ануграхи, благодати, и видение в интеграции, в созерцании способствует расширению сознания. Также мы можем слышать звуки, объединяться со звуками музыки во время бхаджан-мандалы, но доминантой здесь является фон созерцательного присутствия — тогда звуки являются причиной для распахивания, расширения сознания. Это касается любых переживаний, любых объектов.
Этот принцип — доминирование фонового присутствия, дисциплина органов чувств и соединение созерцательного присутствия с органами чувств — является признаком учения ануттара-тантры. Это очень отличается как от привычного мирского использования чувств, так и от их намеренного блокирования и неиспользования, что ограничивает практику. Если вы блокируете чувства и не используете их, то практика резко ограничивается состояниями дхараны, дхьяны и самадхи. Только в этих состояниях, а также во время кумбхаки, органы чувств ограничены и не работают. Всё остальное время они работают, и в противном случае вы вынуждены прерывать практику, отрываться от Бога. Когда же вы можете использовать органы чувств таким образом, ваша практика ничем не ограничена. На фоне обычного, даже бытового поведения вы можете вести полноценную садхану, полноценное переживание божественной реальности — но при одном условии: если вы овладеваете мастерством естественной осознанности.
«Жизнь знающего Истину протекает в гармонии, а жизнь невежественного человека полна порогов и омутов. Вселенные возникают в бесконечном сознании, как пузыри на поверхности океана. Они не отличаются от необусловленного существования. Брахман находится вне любого описания и даже не имеет «природы», о которой можно подумать; поэтому невежественно предполагать, что проявление вселенных — его природа!»
Брахма-вичара: исследование Бога как судьба садху
Наша судьба как садху — всегда выполнять брахма-вичару: исследовать Бога, задумываться о Боге. Если мы достаточно умелы, то исследуем Бога не посредством концепции, а посредством пратьякши — прямого восприятия в созерцании. Так или иначе, мы постоянно исследуем Бога, Брахмана, этот божественный космос — так же, как космонавты исследуют космос, и этому нет конца. Например, уже много времени прошло с момента выхода первого человека в космос, но человечество не сильно продвинулось в его исследовании — это бездна. Его можно исследовать бесконечно, этому нет конца и края. Это очень похоже на исследование Бога: вы столько лет практикуете — и что, вы сильно познали Бога? Никто его не познал до конца, вы познаёте лишь какую-то небольшую его часть. Более того, говорят, Брахма, Вишну, великие боги Индра, сиддхи — они также не могут постичь Бога до конца, так как это бесконечный космос.
Однако его можно познать настолько, чтобы не страдать в сансаре. Даже небольшое познание Бога освобождает от страдания, делает человека счастливым. Даже немного знания хватает, чтобы не перерождаться, чтобы быть свободным в рамках человеческих представлений и кармы. Даже небольшое, крошечное познание Бога уже освобождает от страданий. Даже брахмачари уже освобождён от страданий по сравнению с мирским человеком, потому что его ход мыслей уже другой: он не ищет того, что ищет мирской человек, и степень его сватантрии, свободы, гораздо больше.
Наша судьба — это постоянное исследование. Если мы не можем через созерцание или через медитацию исследовать Бога, то мы должны это делать через избранное божество и через мантру, направляя свой ум на Него. Если не можем так — то через философию, интеллектуально. Ментальный анализ тоже не нужно сбрасывать со счетов. Если у нас сильны ментальные способности, мы должны продолжать исследовать Бога — тогда это становится своего рода ментальной медитацией, которая рано или поздно выводит за пределы концептуальности.
Если мы не можем исследовать Бога так, то его надо исследовать через поклонение, упасану, божествам, внешней форме. В любом случае этот процесс направленности на Бога никогда не должен прекращаться — это наш обет. Мы всегда должны направлять свой ум на Бога, не на что-то иное. При этом руки могут быть заняты работой, даже понятийный оперативный ум может что-то делать, но сущностный дух должен всегда быть направлен только на Бога, никогда не отвлекаться. Когда мы начинаем исследовать и интересоваться чем-то другим, мы теряем путь. Однако, пока мы исследуем Бога, мы подобны бесстрашным исследователям-космонавтам, исследователям божественного космоса, которые каждый день открывают новые реальности, новые сферы. Всё это называется брахма-вичара, и шравана — изучение учения — это один из её способов. Правачана — один из способов исследования божественной реальности. Мы должны понять свой уровень, свою адхикару, уровень подготовки, и то, через что нам удобнее всего исследовать Бога.
Учение предполагает разные уровни, разные ступени, пады, и постепенно мы начинаем понимать себя: каковы мы как исследователи, через что мы можем исследовать Бога лучше, через что мы можем проникать глубже. Нам важно понимать самих себя, чтобы вырабатывать свою собственную стратегию. Так же как у учёных, которые проходят базовый курс обучения, после чего начинают выбирать тему, пишут монографии, кандидатские диссертации, защищают их. Далее они разрабатывают свои исследования на какую-либо тему под кураторством кого-то из старших научных сотрудников, и это становится делом всей их жизни. Они вкладывают в это определённую ментальную силу. Затем, если у них это успешно получается, они совершают какой-то прорыв, новое открытие, выводят новые законы или создают свой научный центр, лабораторию, им дают инвестиции, они пытаются перевести это в изобретение, в технологии. Садху таким же образом действует, только он не ждёт инвестиций от своих исследований. Всё, что приходит от его исследований, — это благодать, а результат его исследований — духовная сила, духовная мудрость. При этом каждый должен понять, на каком уровне он способен делать это постоянно, с большим усилием. Если вы правильно поймёте свой уровень, то на нём вы можете прилагать большие, постоянные, непрерывные усилия в исследовании Бога. Тогда вы не потерпите неудачу и всегда будете благословлены.
Быть в исследовании Бога — это значит находиться в соединении с Ним, в наполнении Им и получать благодать, питание, насыщение энергией. Тогда все земные радости, чувственные удовольствия, эгоистичные устремления, привязанности — всё это перестаёт быть важным, потому что вы заняты самым великим делом, которое может быть вообще во Вселенной, — исследованием Божественного Источника. Вы не заняты мелочью, а сансара — это значит быть увлечённым мелочами: кто что заработал, кто что купил, кто что сказал, как там поразвлечься — всё это мелочная жизнь. Садху не признаёт такой жизни, он считает, что это впустую растраченная жизнь. Когда ваша жизнь наделена высшим смыслом и вы каждый день продвигаетесь в своих божественных исследованиях — это и есть жизнь садху, идущего по пути освобождения. Все великие святые — это великие преданные исследованию Бога. Их можно уподобить великим учёным трансцендентного, только объект исследования здесь самый великий, самый высший. Инструментом исследования здесь является наше собственное осознавание — самое тонкое.
«Создание, мир, движение сознания и т. д. — только слова без смысла. Когда от подобных идей отказываются, «мир» и «я» прекращаются и существует только сознание, чистое и неизменное».
Самавеша и трансформация через исследование
В процессе исследования Бога и Божественного Источника мы сами претерпеваем изменения. Есть такая поговорка: «Если слишком долго вглядываться в бездну, то бездна начинает вглядываться в тебя». То есть, когда мы исследуем Божественную Реальность, мы соединяемся с ней, и она начинает влиять на нас ответно. Это называется нисхождение шактипата — просветляющего импульса Ануграха-шакти. Такое нисхождение неизбежно, если мы начинаем вглядываться в Бога. Мы изменяемся под влиянием этого нисхождения. Изучаемый нами трансцендентный объект гораздо выше и больше нас, и мы трансформируемся под его воздействием — невозможно не трансформироваться. Конечно, очень много людей, которые не трансформируются, потому что не получили этого воздействия — только потому, что им не удалось осуществить такую связь, не удалось наполниться, самавеша не получилась, просто было недостаточно проведено исследований. Однако когда осуществляется самавеша и такие исследования непрерывны, мы изменяемся, наша карма очищается, наша свобода увеличивается и усиливается.
«Существует только это сознание, ничего кроме него — нет даже природы разных объектов здесь. Все подобные понятия (о природе разнообразных объектов) — отростки непонимания. Васиштха продолжил...»
Три малы: загрязнения сознания
Такие отростки непонимания о природе разных объектов традиционно называются «мала» — «загрязнение» или «нечистота сознания». Анава-мала — чувство атомарности, отделённости от Бога, сжатости сознания — является основой, на которую опираются две другие малы:
- майя-мала — чувство развлечения, многообразия;
- карма-мала — чувство делателя, увлечение внешними объектами.
Есть большое количество божественных существ, у которых есть разные грани чистоты и загрязнённости всеми этими аспектами. Человеческие существа и подобные им называются «сакала» — в них анава-мала, карма-мала и майя-мала действуют с большой силой, то есть ограничивают очень плотно. Множество же божественных и полубожественных существ не так сильно ограничены, но в них тоже есть разные участки сознания.
Видьяшвары: природа высших существ и майя-мала
Например, есть такие существа, как видьяшвары. У них отсутствует анава-мала и карма-мала, но их сфера ограниченности связана с майя-малой. Видьяшвары — это космические, очень могущественные, очень святые, великие существа, но у них парадоксальная природа. С одной стороны, они лишены анава-малы, лишены атомарности индивидуального существования и отождествляют себя с Парамашивой, с Брахманом, с Абсолютом. С другой стороны, они всё-таки ограничены в каком-то смысле, поскольку у них есть ограничение майя-малой, но анава-малы и карма-малы нет. Будучи ограниченными, они обладают как действием, так и знанием — то есть они обладают джняна-шакти и крийя-шакти. Как субъекты действия, они являются космическими великими божественными существами, и стать видьяшварой или видьядхарой — это то, к чему мы стремимся, стать одним из классов высших божественных существ. Как субъекты действия, они всезнающие и всемогущие, но тело, чувства и мир в таком состоянии видятся отдельными. То есть все проявленные ими энергии ещё видятся разделёнными — но не так, как у сансарных существ, так как они освобождённые существа.
Кто-то может спросить: «Если они видят мир так же, как и сансарные существа, то в чём разница?» Разница в том, что они видят его отдельным через призму недвойственности и способны действовать в сфере двойственности. Наличие такой майя-малы в них, наличие такого ограничения — это воля или милость Шивы, чтобы они были способны действовать в сфере двойственности. Поэтому такие существа помогают другим живым существам освобождаться от сансары.
Более возвышенные существа не формируют вообще никакого различения, у них нет майя-малы, они пребывают в предельной субъективности. У них нет даже видения Вселенной, нет видения других живых существ, поэтому они не способны ни обучать, ни благословлять, ни приходить во снах и в медитациях. Говоря по-другому, они не способны заниматься миссионерской работой, поскольку не видят ни Вселенную, ни других, и этого понятия у них нет.
Однако существа, обладающие определённым различением, могут это делать — они пребывают на уровне высших аспектов майя-таттвы, на уровне шуддха-видья-таттвы. Этой таттве соответствует восторг от изумления, чаматкара — божественный восторг, пребывание в божественном блаженстве от созерцания Бога. Этот восторг от изумления — чаматкара — принимает форму «Я есть Я», «Ахам есть Ахам» и «Это есть Это», «Идам есть Идам». Это состояние недвойственности, предполагающее понимание внешнего мира, некоторое различение внешнего мира. «Это», «Идам», благодаря доминированию это-сти, делает я-тость «Ахам» вторичной — то есть абсолютная бхава «Я» понижается из-за доминирования восприятия внешнего. Благодаря этому они, не обладая анава-малой, являются всемогущими космическими существами, но они не полностью тождественны Парамашиве.
Метафора Садйоджаты: «Я» и «Это» в сознании высших существ
Такой тип восторга у них, как говорит Абхинавагупта, подобен тому, как если бы ребёнок по имени Садйоджата указал пальцем себе на голову. Это способ видения младенца: он смешивает мир и себя, даже своё тело он не вполне различает и не может обозначить его иначе, кроме как указав на свою голову: «Это я». Таков этот тип восторга.
При этом, когда мы говорим «Я» и «Это», это не то же самое, что человеческое «я» и человеческое «это» — для божественных существ это совершенно иные, несравнимо более высокие восприятия «я» и «это». Это связано с тем, что их «Я-сознание» — это состояние совершенства, парата. Совершенство — это пурнатва: независимость от других, целостность, чистота, полнота божественных качеств. Однако их «Это-сознание», обращённое вовне, внешнее объективное сознание — это уже не совершенство, апаратва. Здесь есть зависимость от других, то есть от внешних объектов, но не такая, как у сансарных существ, — гораздо более тонкая. Её достаточно для того, чтобы взаимодействовать с этими существами и помогать им на пути освобождения. Состояние Садашивы и Ишвары — это одновременно и совершенное, и несовершенное: в них присутствует как независимость «Я-сознания», так и зависимость «Это-сознания».
«То, что уничтожается в жизни счастьем или несчастьем, уничтожается; но то, что не уничтожается, остаётся. В этом сущность учений писаний. Имеющий желания проходит через приятные и неприятные ощущения. Если есть желание избавиться от болезни подобных ощущений, единственный путь к этому — избавление от желаний. В высшем сознании нет заблуждения, что «я» и «мир» существуют. Кто выдумал эти выражения и закрыл ими чистое ничто, являющееся безмерным спокойствием? Нет ни «меня», ни «мира», ни даже «Брахмана». Всё это — только слова. Единственная реальность — безбрежное спокойствие. Поскольку это является всем, нет в нём различения и нет того, кто его ощущает. Определения придумываются для обучения. Единственная истина — в сознании, и существует только это сознание».
Ахам и Идам: субъективная и объективная компоненты сознания
Постижение истины адвайта-веданты или истины в шиваизме всегда строится на понимании двух вещей — Я и Это, Ахам и Идам, внутренней субъективной реальности и внешней объективной реальности. Двойственность — это когда они сильно разделены и между ними нет общего базиса. Недвойственность — это когда их разделённость начинает исчезать и возникает нахождение самвита, чистого сознания, общего базиса для «Я» и для «Это».
При этом субъективные и объективные компоненты, внутренне и внешне ориентированные, всегда присутствуют. Это не так, как думают начинающие адвайтисты: хлоп — и ты в адвайте сразу же. Это происходит постепенно, когда разделённость между «Я» и «Это» уменьшается за счёт нахождения общего для них базиса — самвита. Происходит восхождение сознания по таттвам. Здесь «Я» — это совершенная компонента сознания у высших существ, характеризующаяся независимостью и чистотой.
Когда мы говорим слово «воззрение», имеется в виду эта субъективная компонента сознания — «Ахам». А «Это», «это-сть» — это несовершенная компонента сознания, внешне ориентированная, зависимая от других объектов. «Это»-сознание связано с поведением. Когда мы говорим «поведение», то имеется в виду не только «надо вести себя правильно, этически» — это самое внешнее представление о поведении. На уровне созерцания или на уровне божественных существ поведение — это восприятие внешнего мира как такового, взаимоотношения с внешним миром, очень тонкие нюансы сознания, связанные с «это-стью».
Важно понять: чтобы выделилась «это-сть», выделилось Это, требуется сознание, которое будет воспринимать Это именно как Это, — ведь если есть только Я, оно даже Это не будет воспринимать. Такой выделенный вид сознания и есть Это-сознание, где «Это» — не просто объекты, а определённое сознание, которое воспринимает объекты. Поэтому мы и говорим «Я» и «Это».
Совершенное «Я-сознание» — это чистая Ахам, оно само по себе не может видеть «Это» как «Это», потому что всегда во всём видит только себя и чистый свет сознания. Для него даже «это-сти» не существует.
Вопрос: Если взять сознание существ уровня Садашива-таттвы, то как оно звучит в соотношении «Я» и «Это»?
(Ответ из зала — плохо слышно.)
Только «Я» — это в Шива-таттве. Садашива-таттва — это «Я есть Это», так оно звучит. То есть есть Я-сознание и есть Это-сознание, и эти две компоненты пребывают как бы в суперпозиции — они взаимно присутствуют одновременно. Я-сознание, осознавая Это-сознание, видит в нём лишь сияние света и тем самым поглощает, покрывает второе, более внешнее сознание, покрывает его собой. В результате с внешним Это-сознанием происходит трансформация: Это-сознание и познаваемые им объекты становятся чистыми — чистым Сат, то есть просто фактом присутствия Вселенной в свете сознания. Они начинают поглощаться Я-сознанием в случае состояния Садашивы, потому что есть момент равновесия и взаимоприсутствия.
Пять шакти и нисхождение по таттвам
Напротив, в случае более низких таттв и более низких существ внешне ориентированная компонента начинает доминировать. Парамашива — это тридцать седьмая таттва, абсолютная, непостижимая — это и есть Ниргуна-Брахман, Парабрахман. Парамашива — это единство всех пяти шакти:
- чит-шакти
- ананда-шакти
- джняна-шакти
- иччха-шакти
- крийя-шакти
Все они пребывают в нераздельном единстве — присутствуют как в потенциале, и все они едины в одном Сознании. Переход к манифестации тридцати шести таттв означает ослабление этого единства и выход шакти из равновесия. Иными словами, творение Вселенной — это ослабление единства шакти и выход их из равновесия. Шакти начинают получать самостоятельность, независимость друг от друга. Чистые таттвы — это значит, что шакти уже начинают действовать более независимо, но всё-таки у них есть общая основа. Каждая таттва — это просто акцент на той или иной шакти:
- первая таттва — чит-шакти
- вторая таттва — ананда-шакти
- третья таттва — джняна-шакти
- четвёртая таттва — иччха-шакти
- пятая таттва — крийя-шакти
Шива-таттва и Шакти-таттва — это всё-таки ещё определённое равновесие. Начиная с Садашивы начинают нарастать различия между джняна-шакти и крийя-шакти. Если мы понимаем, что джняна-шакти соответствует «Я» — «я-тости», Ахам, а крийя-шакти соответствует «Это» — «это-сти», Идам, то эти различия и разделённости между шакти выливаются в различия между «Я» и «Это», между субъектными и объектными компонентами сознания. Отношения Ахам и Идам в таттвах — это всегда взаимоотношения между основными шакти: джняна-шакти и крийя-шакти.
«Но как отличаются сны двух людей, спящих в одной кровати, и невозможно увидеть сон другого, понимание и внутреннее переживание каждого индивидуальны и неповторимы. Несомненно, что сознание в качестве сознания осознаёт всё во вселенной. Поэтому я — это сознание; я, мир и все предметы в нём не отличаются от сознания. Единое сознание кажется многим, но из-за невежества и исключительной тонкости сознания оно не видится как таковое. Это сознание видит вселенную в себе, как если бы она имела форму, хотя на самом деле она не имеет формы. Все различия, такие как сознательное, несознательное и т. д., хоть и не реальны, используются только для обучения ищущего».
Зачем учение недвойственности говорит о двойственности
Когда говорится о разделении, различиях, философии — это используется для сознания, которое ограничено, для обучения. В Парамашива-таттве, в самом Брахмане нет различий на «Я» и «Это», но для более низких существ эти различия реальны, поэтому о них надо говорить. Если о них не говорить, более низкие существа не смогут понять и не смогут продвигаться. Они реальны не для самого учения — они реальны, потому что различия в умах реальны. Неведение реально не в учении; неведение реально в умах. Поскольку неведение реально в умах, учение недвойственности тоже говорит о двойственности, потому что иначе оно не поможет другим.
Иногда люди, слыша учения не адвайта-веданты, а пара-адвайты, адвайта-ишваравады, имеют такие взгляды: «Это же двойственность — вот эти все разграничения. Зачем это всё объяснять? Давайте будем только о Брахмане говорить и думать». Такова точка зрения адвайты. Если можете — отлично, пребывайте в Брахмане, и всё, на этом можно закончить.
Один раз гуру передал махавакьи: «Сарва эва Брахман», «Тат твам аси», «Ахам брахмасми», «Брахман-сат, джагад-митхья» — дал инициацию, и всё. Я сам в юности так проповедовал. Когда мне было 28 лет, я проповедовал однажды в Харькове, передал махавакьи, объяснил смысл иллюзорности, смысл Брахмана. Затем спросил: «Вы всё поняли?» — «Да, всё поняли». — «Вы верите в это?» — «Сто процентов». — «Тогда теперь попробуйте бродить по свету, бродяжничать, ни к чему не привязываться, оставить всё прямо сейчас и всё до конца жизни. Смотрите на всё как на иллюзию, принимайте всё как есть, просите подаяния. Живите как санньяси, как я живу. Проповедовать можете. Прямо сейчас отправляйтесь. Вы же всё поняли?» Очень большая разница — как понять и на каком уровне понять.
Ахам и Идам в Садашива-таттве: парата и апаратва
Итак, «Я» (Ахам) — это повернутость внутрь и доминирование джняна-шакти. «Это» (Идам) — это обращённость вовне и доминирование крийя-шакти. На уровне Садашива-таттвы, или в состоянии существ класса Садашива:
- Ахам — внутренняя субъективная компонента, характеризующаяся совершенством (парата), независимостью от объектов и доминированием джняна-шакти.
- Идам — внешняя компонента, объектно ориентированная, которой присуще несовершенство (апаратва), то есть зависимость от объекта в определённой степени, и доминирование крийя-шакти.
Любая зависимость, даже от тонких вещей, — это определённое несовершенство. Доминирование крийя-шакти означает, что энергия действия доминирует во внешнем сознании. Этим объясняется, почему даже боги и аватары на относительном уровне могут проявлять кажущееся несовершенство — по-другому они просто не могут действовать в этом мире. Если не проявить «это-сть» и крийя-шакти, войти в этот мир невозможно в принципе, поэтому они окутывают себя тиродхана-шакти и проявляют разные виды несовершенства.
Несовершенство проявляется в зависимости от объектов и действий других людей. Например, есть история, когда Шиве пришлось сражаться с горцем, который охотился в горах. Тот убил кабана, и появился Шива, который сказал, что тоже убил кабана, пустив стрелу, и его стрела там, и это его кабан. Казалось бы, зачем Шиве кабан и стрела? Он может обладать всей Вселенной, но он проявил несовершенство ради того, чтобы действовать в этом мире и благословить лучника. Таких историй множество. Другой пример — когда Вишну проявился в форме Ваманы, карлика. Он принял несовершенную форму брахмачарина с зонтом и ввёл в заблуждение Шукрачарью и Бали Махараджа. Если бы он просто был субъективным недвойственным сознанием, контакт с Бали и Шукрачарьей был бы невозможен — они бы его не поняли, но ему пришлось разыграть всё это. Это и есть игра, поэтому все боги играют в несовершенство. Они принимают человеческое несовершенство, чтобы поиграть, ведь без принятия несовершенства невозможно проявить крийя-шакти.
Для этого все высшие существа окутывают себя тиродхана-шакти, чтобы проявить определённую игру несовершенства. Это и есть их объективно ориентированная компонента — «это-сть», Идам, которой присуще несовершенство, зависимость от объектов и доминирование крийя-шакти. Однако никто из них не подвержен анава-мале, атомарности сознания. У них у всех — единство с Абсолютом, бесконечное сознание, потому что анава-мала — это мала, которая создаёт большие проблемы для живых существ. Она характеризуется разрывом между Ахам и Идам. Одно дело, когда «я-тость» и «это-сть» находятся на одном уровне, соединённые через осознавание чистого сознания, самвит. Другое дело, когда «Я» и «Это», как у людей, субъект и объект разорваны — анава-мала уже есть, и уже нет объединяющего сознания.
Понятие «я» возникает в Брахмане случайно (как садящаяся на пальму ворона и падающий с дерева кокос — безо всякой причинной связи между собой). На самом деле, я есть Брахман, мир есть Брахман, и нет ни конца, ни начала.
Анава-мала: разрыв между «Я» и «Это»
Понятие «Я» возникает случайно вследствие действия анава-малы. Это первичная мала, лежащая в фундаменте всех мал — майя-малы и карма-малы. Сначала зарождается анава-мала, и она производит разрыв между «Я» и «Этим». После разрыва возникает чувство «Я», субъектности, «я-тости». Когда она порождает такой разрыв, возникают существа с двумя качествами:
- те, кто обладает знанием, но не обладает действием — джняна есть, но крийи нет;
- те, кто обладает действием, но не знанием — крийя есть, но джняны нет.
Например, часто в миру, или в кино, или где-то ещё можно видеть два таких типажа: интеллигентный муж, особенно не ориентирующийся в бытовых задачах, но очень учёный, очень умный — и пробивная жена. Она не учёная, но зато способна всего добиться. Этот интеллигентный муж изучает летающие тарелки, смотрит на звёзды, а жена очень активна в жизни — это и есть анава-мала. Так эти две энергии проявляются: «я-тость» и «это-сть». В первом случае есть джняна, но нет крийи, во втором — есть крийя, но нет джняны.
На уровне Садашива и Ишвара-таттвы Ахам и Идам связаны, но когда анава-мала начинает вклиниваться, Ахам и Идам разрываются. В состоянии существ, таких как видьяшвары, Ахам и Идам имеют общую основу. На уровне Садвидьи, пятой таттвы, Я есть Я, Это есть Это, но между ними есть связь через самвит, недвойственное сознание.
Такая же связь есть и у других существ, схваченных анава-малой. На самом деле, даже у кота есть эта очень тонкая внутренняя связь — даже у него она не исчезла, даже у собаки, даже у непросветлённого существа она существует. Кажется, что она полностью разорвана, но даже на очень тонком уровне она есть. Самвит есть даже у кота — он не уничтожается, он присутствует везде. Проблема в том, что они не осознают свой собственный самвит. Кот, даже обладая этой связью между «Я» и «Этим», не может её осознать — силы сознания ему не хватает. Однако самвит никогда не уничтожается, никогда окончательно не пропадает даже у сакала, у омрачённых существ. Божественные существа, святые и пробуждённые, видьяшвары — они осознают. Это-сознание есть, но оно не является внешним познаваемым в чистом виде. Они всегда осознают свою основу, самвит, а значит, Ахам проникает и во внешнее сознание тоже.
«Поэтому, есть ли причина страдать или радоваться? Поскольку Бог всемогущ, некоторые предметы кажутся сознательными, другие — несознательными. Но нет такого разделения в Брахмане. Это создание кажется частью Бога, и между ними существует кажущееся взаимоотношение, но это неверно, потому что в Брахмане не существует ничего, что можно было бы считать его природой».
Крийя-шакти и пределы осознания у видьяшваров
Существа уровня Садашива-таттвы и Ишвара-таттвы осознают свою «это-сть», своё Это-сознание, как манифестацию всей Вселенной в целом. Для них «Я» есть «Это», а вся Вселенная — это зеркало моего сознания. Я-сознание видит в нём своё отражение и отождествляется. Для них «это-сть» — это вся Вселенная.
Что касается таких существ, как видьяшвары, то их крийя-шакти ограничена, и их внешнее Это-сознание осознаёт не всю Вселенную, а только её часть, поэтому оно не отождествляет себя со всей Вселенной. Связь Ахам и Идам через субстрат самвита есть, но уже не через внешнюю крийя-шакти, поэтому видьяшвары не обладают таким всемогуществом, как Шива, как существа класса Шива — шамбхавы. Если существа класса Шивы творят Вселенную, осознают «Это есть Я, это моя Вселенная», сознают себя как Ишвара, то существа, подобные видьяшварам, уже не могут этого делать. Их крийя-шакти ограничена, они не отождествляют себя со всей Вселенной, но у них есть понимание всеохватывающего фонового присутствия. В этом всеохватывающем фоновом присутствии Вселенная погружена в него. Та часть Вселенной, которую они актуально осознают — то, на что у них хватает крийя-шакти, — нераздельна и едина с сознанием. Такие божественные существа охватывают силой своего сияния и своей джняны ту часть космоса, которую могут охватить.
Двойственное ощущение есть несвобода, и освобождение — это отказ от двойственного ощущения. Если двойственность оставлена, все деления между наблюдателем (субъектом) и наблюдаемым (объектом) прекращаются. Движение в сознании считается созданием; и когда это движение видится фальшивым и несуществующим, остаётся нирвана. Брахман необусловлен и неизменен. Вся вселенная является абсолютным Брахманом, безо всяких разделений.
Осознание Вселенной как проявления собственного «Я»
Для высших божественных существ Вселенная является абсолютным Брахманом, потому что познаваемое для них видится многогранно.
- Во-первых, как ограниченный объект, они могут видеть его обусловленно по желанию.
- Во-вторых, они знают его природу как чистый самвит, пустоту, чистое сознание и светоносность.
- В-третьих, они осознают присутствие всей манифестации, всей проявленной Вселенной в целом, обладают всеведением и всепроникновением, и отражаются в этом целом проявлении всей Вселенной, видя её как отражение собственного сознания.
Во всей Вселенной отражается их чистое Я-осознание как Ахам, поэтому они осознают всё мироздание как проявление своего «Я». То же самое говорят про джняни: «Мудрец видит весь мир как долю и часть себя». Поэтому часто можно слышать: «Это же проявление твоего сознания». Если вы знаете философию, вы это поймёте. Если это проявление твоего сознания, то работай с этим. Когда же мы забываем, и нас увлекает «это-сть», и наше внешнее сознание начинает доминировать, мы вместо работы с этой «это-стью» начинаем предъявлять какие-то претензии и ожидания, не понимая, что это наша «это-сть», с которой мы можем практиковать созерцание, объединяться в созерцании и рассматривать её пустотность, иллюзорность — всё зависит от уровня таттвы, которую принимает сознание.
Единый вкус: взаимопроникновение Ахам и Идам
Так как познаваемый объект ощущается связанным с манифестацией в целом, то в нём некоторым образом также отражается Я-сознание. Когда мы видим внешние объекты и эти объекты видятся как единая часть Вселенной, как единая энергия, то мы можем видеть себя даже в отдельном объекте. Когда мы не видим такое единство, мы никогда не сможем увидеть себя и в другом.
Как увидеть это практически, а не философски? Через созерцание. Когда вы пребываете в обнажённом осознавании, вне оценок и суждений, но при этом бдительны, осознаны, пребываете в атма-вичаре, — вы можете это видеть. В этом состоянии — это и есть сахаджа — если она глубокая и подлинная, то Ахам и Идам, «я-тость» и «это-сть», как бы проникают друг в друга. Начинается смешивание, соединение внутреннего пространства и внешнего, и отсюда возникает то, что мы называем «единый вкус». Всё пронизано чувством трансцендентального единства — самарасья.
Тогда либо «я-тость» и «это-сть» взаимопроникают друг в друга, либо нет. Либо внутреннее и внешнее, Ахам и Идам, соединяются, и вы воспринимаете чувство трансцендентального единства, либо не воспринимаете. Это принципиальный момент, который решается на уровне второй и третьей таттвы — это период, когда вы должны решить этот вопрос не философски, а практически в своём опыте созерцания, и философия должна вам в этом помогать.
Нидидхьясана: жизнь в трансцендентальном единстве
Когда вы решите этот вопрос, вы совершите великую работу, потому что вся дальнейшая ваша жизнь будет пребыванием в этом состоянии трансцендентального единства. Для вас больше не будет ни вопросов, ни сомнений, ни ошибок, ни поисков — вы перейдёте на другую стадию жизни: нидидхьясана. Это очень радостная, очень весёлая, очень свободная стадия, очень оптимистичная и вдохновляющая. Все страдания, поиски, заблуждения уже позади. В нидидхьясане вы следуете Богу совершенным, воспитанным в себе инструментом. Вы всегда живёте в благодати, хоть иногда она может понижаться из-за оставшихся карм. В целом это уже ни на что особенно не влияет, потому что вы осознаёте тот единый субстрат чистого сознания — самвит — как единство между Ахам и Идам, между внутренне ориентированным сознанием и внешне, объектно ориентированным сознанием.
Это и есть соединение воззрения и поведения — на таком уровне их соединять правильно. Это не смешение воззрения и поведения, когда реально Ахам и Идам различны в душе, при этом говорится: «Я Брахман», — и предпринимается попытка вести себя соответствующим образом. Напротив, это реальное соединение воззрения и поведения через соединение внутреннего и внешнего, Ахам и Идам, «я-тости» и «это-сти», когда самвит обнаружен. Всё это есть нидидхьясана.
«Бесконечное сознание, О Рама, существует повсюду и потому кажется переходящим из одной части вселенной в другую в мгновение ока. Каково бы ни было занятие, в которое ты погружён, оставайся в необусловленном сознании. Характеристика невежества состоит в том, что невежество пропадает, если его исследовать; если его можно увидеть и понаблюдать, то оно становится знанием».
Вопрос: Гуруджи, чистый самвит без примесей и без упадхи мы можем пережить в нирвикальпа-самадхи, правильно?
Без разделённости на Ахам и Идам его можно обнаружить и в созерцании — во время глубокого созерцания в бодрствовании, без нирвикальпа-самадхи, при условии достаточной глубины вашего созерцания.
Вопрос: Мы же можем его не распознать, потому что чувствуем на него какое-то наложение. Я имею в виду чистый самвит, без упадхи, без каких-либо примесей — это уровень нирвикальпа-самадхи?
Да, турья-турья. Нирвикальпа-самадхи в своей предельной глубине — это турья-турья. Если оно меньше — это может быть турья-джаграт, турья-свапна, турья-сушупти или просто сушупти.
«Только Брахман существует, как если бы он был миром, единый и будто бы разделённый, чистый и будто бы нечистый, полный как пустой, пустой как полный, подвижный как неподвижный и наоборот, неизменный как изменяемый, спокойный как беспокойный, реальный как нереальный, сознательный как инертный, сам как объект, не-сам как сам, вечный как мимолётный, непознаваемый как познаваемый, очевидный как скрытый в темноте, — и хотя Брахман есть всё существование, его трудно увидеть».
Вкус к исследованию Брахмана и естественная вайрагья
Вкус к исследованию Брахмана, к брахма-вичаре, прививается душе в результате упражнений, занятий философией, шраваны и мананы. Когда вы получили такой вкус, нет для вас более сладкого занятия, чем исследование Брахмана, медитация на Бога. В любое свободное время вы думаете: «Сейчас я исследую Брахмана, что там нового, какие там вообще новости». Вы не стремитесь получать какие-то внешние новости. Для вас это самый приятный, самый желанный объект. Тогда вайрагья происходит естественно. Это такая вайрагья, которая возникает вследствие поглощённости и увлечённости.
Как учёный поглощён своими исследованиями и не ищет богатства, золота, власти. Если ему сказать: «Вот власть, золото», — он ответит: «Давайте золото, я лабораторию открою, ещё лучше буду исследовать». Ему не нужно само золото, ему нужно его исследование, он живёт только этим. Ему не интересно, какой костюм носить, какие светские вечеринки посещать — у него есть естественная вайрагья, он поглощён своим делом. Таким же образом садху легко обретает вайрагью, если он поглощён своим исследованием Бога. Для него вопрос вайрагьи решён, потому что вичара находится на очень высоком уровне.
Вопрос: Гуруджи, джняни, как говорит Рамана Махарши, отличается от аджняни тем, что джняни во всём видит Атмана. Я знаю, что всё есть Атман. В чём принципиальная разница между моим видением и видением Рамана Махарши или вашим?
Вы как знаете? Какова природа вашего знания?
— Оно интеллектуальное, парокша.
Парокша-джняна. А неведение способна разрушить только апарокша-джняна. Это значит, вам надо искать апарокша-джняну. Но как её найти? Есть парокша-джняна, а есть апарокша. Последней должна предшествовать вичара и нидидхьясана: непрерывная вичара и непрерывно вынашиваемая нидидхьясана. Нидидхьясана приведёт к апарокша-джняне. Это значит, что исследование, которое вы годами, длительное время поддерживаете, должно дать такой результат. Сейчас есть исследование, которое вы непрерывно поддерживаете?
— Как могу.
Есть — тогда продолжайте. Всё, что нужно, — это ревностно, с усердием, но без напряжения, из секунды в секунду, из минуты в минуту, из часа в час, изо дня в день, из года в год продолжать это исследование. Рано или поздно такое продолжающееся исследование приведёт к качественному изменению.
«Бесконечное не обусловлено и потому не кажется существующим в каком-нибудь определённом месте. В нём нет разницы между исполнителем, действием, инструментом и причиной. Оно существует как всё, всегда и везде. Оно невидимо, хоть и прямо перед тобой. В нём нет разницы между сознанием и инерцией. Я есть, и я являюсь даже понятием «меня нет», и если есть кто-то другой, то это тоже я.
Все эти вселенные кажутся существующими в бесконечном сознании, хотя в нём самом такое появление или разделение невозможно. Это как если бы сознание пожелало увидеть себя и стало своим собственным зеркалом, в котором оно отразило себя без всякого такого намерения. Так чистое сознание становится своим собственным инертным отражением — вселенной. Бесконечное сознание само известно как мир».


